Если итог всё равно один… то…
Мне тошно от себя самой.
Но я отвечаю за своих детей. За их здоровье и жизнь.
Наверное, мама меня бы осудила. Сказала бы, что главное – быть честной.
Выбор небольшой. Соврать, что согласна, обследовать детей за счёт их отца, а потом отказаться от его предложения, уволиться и уехать. Или быть гордой, встать в позу, послать Покровского на три буквы… а потом всё равно уволиться и уехать.
Ну что ж… У меня на совести уже немало всего.
Значит, будет и эта ложь тоже.
Я поднимаю глаза на мужчину.
– Хорошо, – отвечаю чётко. – Я согласна на ваше предложение. Я пройду предварительное обследование и сдам анализы. Если вы сразу поможете с обследованием детей.
Покровский выглядит как-то… обескураженно, что ли. Не ожидал, что соглашусь?
Но мужчина очень быстро приходит в себя и встаёт.
– Отлично. Идём.
– Куда? – поднимаюсь.
– А где сейчас твои дети? – следует встречный вопрос.
– В детском саду, – отвечаю растерянно.
– Поехали, заберём их и отвезём к врачу.
– Но… а запись? – говорю и тут же понимаю, что запись для него не проблема, если он к главврачу запросто ходит.
– Договоримся, – кивает Покровский, подтверждая мои мысли.
– А… я не знаю, мы же должны как-то подписать… ну, договор или что-то такое?
– Ты собираешься меня обмануть? – он смотрит мне в глаза, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не отвести взгляд.
– Н-нет.
– Ну и отлично, я тебе верю, – мужчина пожимает плечами. – В любом случае до сдачи анализов и подтверждения совместимости нет никакого смысла в заключении договора о суррогатном материнстве. А оплатить обследование твоих детей я в любом случае обещал.
Он открывает передо мной дверь кабинета, смотрит вопросительно.
– Что-то ещё? – спрашивает, потому что я продолжаю стоять на месте.
– Я… нет, – качаю головой. – Я просто растерялась. А что насчёт вашей невесты? Разве она не должна одобрить кандидатуру… суррогатной матери?
– Я поговорю с Алиной позже, – хмурится Глеб. – Мы едем или нет?!
– Да, извините, – закусываю губу и прохожу вперёд.
До дома, где расположен наш садик, мы доезжаем в молчании. Покровский садится за руль сам, не объясняя, почему. Вроде бы его невесту всё время возит водитель… Или это его помощник? Не знаю. О том, что просто так отвезти детей до больницы в машине не получится, соображаю, уже когда мужчина паркуется на стоянке, которую я показала.
– Глеб Евгеньевич, я забыла… для детей нужны автокресла, их нельзя так просто возить… – произношу немного виновато. – Давайте я с коляской сама дойду до больницы, а вы туда подъедете? Тут же недалеко, мне идти чуть больше получаса.
Покровский хмурится, молча выходит из машины, открывает мне дверь.