Император Пограничья 15: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Один из молодых Стрельцов шагнул было в ту сторону, но товарищи схватили его за плечи. Парень моргнул, словно просыпаясь, и побледнел.

Потом была деревня.

Скальд заметил её с воздуха — десяток домов с целыми крышами, дымок над трубами, движение во дворах. Я отправил разведку из пяти человек во главе с опытным сержантом. Они не вернулись.

Когда через полчаса разведчики не вернулись, я приказал открыть огонь. Артиллерия перепахала деревню за десять минут — снаряды крушили дома, поднимая фонтаны земли и обломков. Иллюзия рассеялась, как дым. Вместо мирного поселения с дымком над трубами перед нами предстали обгорелые руины, заваленные трупами Бездушных. Больше сотни тварей прятались там, ожидая, пока мы войдём.

— Так вот почему разведчики не вернулись, они видели живых людей, — процедил Черкасский, осматривая поле боя. — Женщин, детей. Вошли помочь…

Их тела мы нашли в центре деревни. Пятеро опытных бойцов, попавших в ловушку, которую за счёт наведённого на их разум морока было тяжело распознать. Кощей бил не по телам — по душам.

Голоса появились ближе к ночи. Мы проходили мимо развалин очередной сожжённой деревни, откуда доносились звуки мирной жизни — детский смех, скрип телеги, лай собаки, женское пение, судя по всему прачки у реки. Солдаты скрипели зубами, затыкали уши, но звуки проникали сквозь любые преграды.

Когда встали на ночёвку, последовала целая череда налётов. Не массированные атаки — мелкие группы по три-пять Трухляков. Они не пытались прорвать оборону, просто выскакивали из темноты, пытаясь убить хотя бы одного-двух часовых. Если не получалось, тут же отступали. Каждую ночь. По семь-десять раз подряд в разных точках лагеря.

— Они не дают нам спать, — мрачно констатировал Огнев после очередного налёта. — Измотают армию за неделю.

Колодцы на пути оказались отравлены. Не ядом — некроэнергией. Вода выглядела чистой, но я почувствовал заражение за двадцать шагов. Теперь мы тащили воду с собой, что замедляло движение ещё больше.

Психологическое давление не прекращалось ни на минуту. Постоянный «зов» на грани слышимости — протяжная мелодия, от которой болела голова и хотелось встать и идти в лес. Галлюцинации — то тень мелькнёт на периферии зрения, то знакомый голос позовёт по имени. Маги держали ментальные щиты круглосуточно, сменяя друг друга, но это выматывало их резервы.

Кощей бил по обозу, по арьергарду, по разведчикам — но никогда по основным силам. Стоило мне выстроить армию для полноценного сражения — твари растворялись в лесу. Я пытался навязать бой — враг уклонялся.

Потери были небольшими, но постоянными. Семь человек здесь, двенадцать там. За два дня марша мы потеряли больше шестидесяти бойцов — и ни разу не вступили в настоящее сражение. С другой стороны, Бездушные потеряли больше пяти сотен, но это нисколько не успокаивало.

— Может, стоит вернуться? — спросил Жеребцов на вечернем совете. — Подготовиться лучше, собрать больше сил…

Он не был трусом — просто озвучил то, о чём думали многие. Я видел это в глазах офицеров. Усталость, сомнения, страх перед невидимым врагом.

— Если мы отступим сейчас, — ответил я, — Кощей поймёт, что его тактика работает. В следующий раз он применит её снова. И снова. Пока мы не откажемся от похода вовсе.

Огнев медленно кивнул:

— Князь прав. Нельзя показывать слабость.

Впрочем, наши меры тоже приносили плоды. Ночёвки на открытой местности под защитой Магистров резко сократили потери от ментальных атак. Патрули по пять человек оказались достаточно большими, чтобы отбиться от мелких групп Трухляков. Воздушная разведка позволяла заранее обнаруживать засады.

Армия не экономила снаряды. Каждую замеченную цель расстреливали артиллерией без колебаний. Бездушные умирали сотнями — но на место убитых приходили новые. Кощей черпал силы из руин Гаврилова Посада, где триста лет копилась некроэнергия.

К концу второго дня марша мы вышли к разрушенной усадьбе на полпути к городу.

Большой каменный дом с обвалившейся крышей, флигели, конюшни — некогда богатое поместье, теперь заросшее кустарником и затянутое плесенью. Я приказал обыскать руины, будто чувствовал что-то…

Федот нашёл записи в подвале.

Толстая тетрадь в кожаном переплёте, исписанная мелким почерком. Страницы пожелтели и местами расплылись от сырости, но текст ещё читался. Я открыл первую страницу и замер.

Глава 19

Комната дежурного инструктора находилась в конце коридора, за тяжёлой дубовой дверью. Тёмка остановился перед ней, и решимость, которая гнала его вперёд, вдруг дала трещину. Одно дело — решиться в темноте казармы, рядом с Гришкой. Другое — стоять здесь, в холодном коридоре, и понимать, что сейчас придётся говорить вслух то, о чём он никогда не рассказывал никому.

— Чё встал? — Гришка легонько толкнул его в плечо. — Давай уже.

Артём сглотнул и постучал.

Тишина. Потом — скрип пружин, шорох, тяжёлые шаги. Дверь распахнулась, и в проёме возникла массивная фигура Сергея Игнатьевича Фильченко. Пустой рукав его нательной рубахи свисал свободно. Лицо инструктора — заспанное, недовольное — выражало ту особую усталость человека, которого разбудили посреди ночи.

— Какого… — он осёкся, разглядев двух мальчишек. — Генадьев? Кадетский? Вы что тут делаете? Отбой был два часа назад.