Я молча вышла из кухни, даже не обернувшись. Игнорировать хабалку, вот и всё, что могла теперь в собственном доме. Прошла к себе и закрыла дверь. Воспоминания, вот всё, что мне осталось…
- Ты сама виновата, - кажется, Лёля даже не удивилась присутствию Оксаны в нашем доме.
Ольга вернулась на следующий день к обеду, чуть удивлённо приподняла брови, когда Виталик представил ей свою любовницу, и ушла к себе. Поговорили мы с ней гораздо позже.
- Ты ведь как мышь серая! – Дочь кричала на меня, будто это я привела чужую тётку в наш дом, - как привидение, сидишь целыми днями в квартире, ничем не интересуешься. С тобой и поговорить-то не о чем!
Моё лицо налилось кровью, будто от пощёчин. Закрыла за собой дверь Лёлиной комнаты. Дочь не заступится за меня. Я сама загнала себя в угол, из которого не было выхода. Хотелось хлопнуть дверью и красиво, с гордо поднятой головой, уйти в закат. Только путь мне сейчас один – в петлю. Без вариантов. Эта мысль не раз и не два приходили в мою голову. Кому я нужна? Мне тридцать восемь, а я ничего не умею, кроме как стирать носки и варить обеды.
Тогда впервые достала бутылку вина из бара и выпила его из горла без закуски, сидя в своей комнате.
Глава 3
Я ненавидела свои тошнотворные вечера. Когда мой муж и его новая пассия сидели в гостиной за просмотром телевизора или ужинали на нашей кухне. Дни тоже не приносили мне радости.
Скоро заметила, что Оксана часто приходит со своих тусовок с друзьями к обеду сильно подшофе, однако к вечеру приводила себя в порядок. Как-то ночью, когда Виталик вышел на кухню за водой, я поймала его там.
- Она врёт тебе, беременности нет.
- Вот только не надо оговаривать Окси, - скривился супруг, - это низко даже для тебя.
- Даже? Кто у нас тут святой? Ты, что ли? – усмехнулась я, глядя в глаза Витале.
Он прижал меня к стене, ударив под дых. Точно, прицельно. Бить муж умел так, чтобы не оставалось синяков и желания спорить с ним.
- Заткнись, - зашипел он, - иди к себе и не лезь в нашу жизнь.
К побоям я привыкла, когда дыхание восстановилось, убрала руку мужа:
- Как знаешь. Если тебе нравится ходить в дураках так тому и быть.
Развернувшись, пошла к себе, но новый удар по почкам чуть не сшиб меня с ног. Виталик оттолкнул меня, проходя вперёд:
- Ещё раз услышу от тебя какую-нибудь гадость про Окси, выкину на улицу как собаку. Я терплю тебя ради дочери.
У Данте кругов ада было только девять, у меня же он продолжался бесконечно. Мне приходилось убирать, готовить и стирать, точно служанке. Хотя чего уж кривить душой, я давно жила так. Вот только теперь надо мной принялась командовать и вторая жена, а если я не слушала, жаловалась мужу и тот «воспитывал» меня побоями.
Ситуацию неожиданно изменила соседка. Всё и про всех знающая одинокая бабулька, тётя Зоя. Конечно, от её зоркого взгляда не скрылось присутствие Оксаны в нашей квартире и громкие разговоры в подъезде по телефону про то, как её масик подарил очередную побрякушку. Их «выходы в свет» тоже не остались незамеченными.
- Здравствуй, Сашенька, - тётя Зоя вытянула морщинистую шею, заглядывая мне через плечо.
Оксана, обнимавшая мужа, отпрянула в сторону.
- У тебя соли не отыщется? – бабулька протянула мне небольшую мисочку. - Собралась готовить, кинулась, а ни крупинки и нет.
- Сейчас насыплю, подождите меня здесь, - улыбнулась я ей.
- Здравствуй, Виталик, - донеслось до меня, - смотрю, у вас гости?
- Моя сестра, - соврал тут же муж, - приехала навестить нас. Лёлю давно не видела, соскучилась.
- Родня – это хорошо, - щебетала старушка, - я раньше её не встречала. А тут вижу, вы ходите под ручку каждый вечер. И всё без Сашеньки.
- Жена сильно занята, - в голосе мужа скользнули недовольные нотки.
- Конечно, конечно, - поспешно согласилась тётя Зоя, - такая она, доля женская. За всеми прибери, наготовь. Всё в делах.
Задержалась на кухне, наслаждаясь этим разговором. Пусть Виталий поймёт, во что он превратил нашу семью. Насмешка – самое страшное унижение для него.