Ага, вот и тот самый щедрый на веревки «умник»! Я с отвращением на него взглянула. Он дал вознице команду остановиться, не очень ловко слез с лошади и, хромая, подошел к телеге.
— Куда мы направляемся? — спросила я, холодно разглядывая недруга.
— Куда прикажут. Тебе зачем?
Как чисто по-человечески болтает, даже речевые обороты без эльфийских изысков.
Я втянула в себя воздух — он поднял полы куртки и сдвинул брюки, чтобы осмотреть рану на бедре.
Ага, еще раздень меня на потеху публике! Я готова была рычать от унижения. Чего тебе, охраннику, надо⁈ Я чувствовала себя такой беспомощной и униженной, жгучие слезы навернулись на глаза.
— Пошел вон! — На последнем усилии я поднялась и с силой ударила его головой по переносице. И тут же провалилась в спасительную бессознательность.
Я тяжело дышал, сжав кулаки, чтобы в полной мере кулаком не ответить этому «проклятию драконов». Нос, налитой болью и тяжестью, не дышал. Я вытер хлынувшую кровь и открыл глаза. Вот оно: телега, женщина и мое проклятье, на этот раз в беспамятстве.
Женщина, оставленная мною для ухода, спокойно сказала:
— Нельзя давать ему спать. Паренек может не проснуться. Я такое уже видела.
Я скривился. О чем это она? Пусть это чудовище спит, готов сам ей отвар достать, лишь бы поменьше лицезреть это строптивое создание!
Женщина потеряно покачала головой, и замолчала, отведя взгляд к «парнишке».
Я приблизился к своему проклятию. И как не заметил раньше? На ее голове была шишка размером с большое яйцо.
— Так вот куда все мозги вытекли… — с раздражением заметил я, ломая голову, как лечить такое эликсиром для открытых ран.
Я склонился над ней, чтобы капнуть бальзам в рот. Никакой реакции. Легко хлопнул по щеке. Ничего. Несколько минут я пытался ее добудиться, прикладывая уже куда больше силы и чувствуя нарастающую панику…
Когда это чудовище очнулось, я был готов ее расцеловать.
— Не спи!
И повернулся к женщине:
— Не давайте ему спать! Используйте любые методы. Если будет метаться, зовите меня.
Она кивнула.
Чувствуя, словно в единоборстве победил тролля, дал команду догонять обоз, а сам взобрался на лошадь. Здорово же драконы кому-то насолили, раз получили такое проклятье. Ведь заметив распухшие и покрасневшие щеки своего чудовища, я почувствовал себя виноватым!
Чуть позже заметил, что шишка видимо после приема эликсира исчезла, «моему проклятию» стало лучше, и я разрешил ей спать.
Шипя от злости, я вырвала руку, чтобы ударить его изо всех сил, но почему-то обмякла у него на руках, лишившись чувств. Уже не понимая, где это происходит, то ли в тех сумасшедших снах, что преследуют меня, то ли наяву.
Очнулась, когда мы подъезжали к старому туннелю, на несколько дней пути сокращающему путешествие к Непругу. Им пользовались очень редко, опасаясь обвалов. Но сейчас, словно никого это не волновало, не снижая скорости, караван въехал под темные каменные своды горы.
Дорога была широкой, на скалах то тут, то там, висели кольца для факелов, края пропасти были отделены веревочными перилами. Вот только случись что, кого они удержат?
Вверх взметнулись сотни магических светлячков, и факелы не нужны. Гул тысяч шагов, передаваемый эхом, создавал ощущение, что здесь передвигается невиданное воинство сказочных великанов.
Голова почти не болела, но мной овладела такая слабость, я не могла заставить себя шевелиться, даже нащупав, что мои руки совершенно свободны. Магия?
Я обернулась к женщине, что весь путь ухаживала за мной. Сейчас она сидела рядом со мной в телеге.
— Отдыхай, парень… Скоро телегу заберут для раненых, пойдем пешком.
О телеге я не думала, но представив себя шагающей в кандалах, испугалась. Это будет мне не под силу. Я удивлено подняла брови, ожидая пояснения.