— Отовсюду, — сказал Олег.
Холл был завален рюкзаками. Из рюкзаков тут горы образовались. А хозяева этих гор, и верно, казались путешественниками, только что возвратившимися из дальних стран. Большинство были в студенческой рабочей одежде, куртки у парней и у девушек были испещрены эмблемами, рисунками, надписями и подписями, даже номерами телефонов. Приглядеться, так по этим рисункам и надписям без труда можно было установить, откуда кто прибыл, где работал, в каких краях оставил свою мету. Иные на куртках хронологией занялись, годы обозначили. В нынешнем году — БАМ, в прошлом — КамАЗ. А еще годом раньше — Казахстан, или вдруг — Подмосковье, или вдруг — Архангельск. Рогатые головы коров глядели со спин, горные вершины тянулись к затылкам, ежастое солнце закатывалось за степной горизонт, белел в морской дали парус, от плеча до плеча ребрилась плотина. Саша очутился возле девушки, куртка которой была испещрена подписями, адресами и телефонами. Очень славная девушка оказалась, с веснушками и длинной косой. На спине у нее паслась корова.
— Привет знаменитой доярке, — сказал Саша.
— Привет! — не поглядев на него, ответила девушка. Она кого-то ждала и нервничала, пиная носком рюкзак.
— А не опаздывай! — сказал Саша. — Так ему! Поделом!
Девушка взглянула на него:
— Без дела тут толкаетесь, молодой человек?
— От газеты.
— Как это вы решились укатить от нее в такую даль? — Служба! А где мы?
— В Башкирии.
— Так там же нефть, а не коровы.
— Много ты понимаешь, объектив. Там луга не хуже, чем в Альпах. Слушай, если тебе нечего делать, помоги мне подбросить эти вещички на тринадцатый этаж.
— Все, больше не ждем?
— Не ждем. Мне были руки нужны. А ты вроде крепкий.
— Рюкзачок подниму. — Саша навесил на плечо рюкзак девушки. Рюкзачок оказался не из легких. — Что там, золотые слитки?
— Да, сконцентрированные в учебники. И этот, и этот еще. И вот этот маленький чемоданчик.
Миг, и три громадных рюкзака и увесистый чемодан повисли на Саше, погребли его.
— Вперед! — скомандовала девушка. — К лифту!
— Вообще-то я тут с товарищем, — сказал Саша, вертя головой.
— Один дотащишь. Вперед!
Саша увидел Олега. Тот стоял в сутолоке посреди холла и тоже вертел головой.
— Олежка, я тут! — крикнул Саша. — Видишь осла с поклажей? Это я! А гонят меня на тринадцатый этаж! Ищи меня там!
— Вперед, вперед! Раскричался! — Девушка взмахнула косой, погоняя Сашу. — Разве ослы разговаривают?
— Иногда. А какая будет награда?
— Ну, нацарапаешь свой телефончик, — сказала девушка. — А там поглядим.
— У тебя вся спина в телефонах и адресах, — сказал Саша, бредя к лифту. Утешало его, что не один он тут стал носильщиком. — Целое стадо у тебя.
— Разберусь. Ты тащи, тащи.
Он тащил, тащил. Смешно и добро было у него на душе. Рюкзаки горьковато пахли брезентом, дорогой, далью неоглядной. И стал он сразу тут своим. Кто-то из парней помог ему, когда влезал в лифт, две девушки, ехавшие с ними, одарили сочувственными взглядами. Он им пожаловался, как родным:
— Совсем загоняла!
— Тяжело в ученье, легко в бою, — сказала одна из девушек.