–Ладно, ладно!– Ян поднял вверх руки, словно сдаваясь.– Считайте, что это была шутка. Лично я готов продолжать работу. Только скажи… как руководитель нашей группы… что мы планируем дальше? Рядовой Ян Белорецкий полностью в вашем распоряжении!
–Планы таковы: завтракайте и купайтесь, а мы с Северином сходим прогуляемся,– сообщил Глеб.– И никаких возражений,– остановил он пытавшегося что-то сказать Яна,– сиди пока здесь, больше пользы будет.
–Жаль!– Динка разочарованно облизала ложечку с джемом.– А я надеялась посмотреть на вражеских агентов!
–Посмотришь еще,– бросил через плечо Глеб, и они с Северином направились в сторону подозрительного бунгало. Правда, передвигались они не по пляжу, а по кромке зарослей, чтобы подойти к чужому лагерю незаметно.
Когда они ушли, завтрак как-то сам собой быстро закончился. Саша убрала со стола и, закутавшись в парео, словно ей было очень холодно, несмотря на солнце, устроилась в отдалении на берегу, неподвижно уставившись на воду.
Вскоре к ней присоединился и Ян. Он сел рядом с девушкой и приобнял ее, словно защищая от всех страшных воспоминаний разом.
Динка, оставшись одна, вытащила из кармана телефон с сим-картой, купленной ею в аэропорту, вышла с него в Интернет, ловко меняя каналы входа, чтобы невозможно было отследить айпишник. И, наконец, зайдя на один из сайтов, отправила с него короткое закодированное письмо. При расшифровке его можно было бы прочитать: «Вы встали слишком близко, вас заметили». Ответ пришел почти сразу: «Это не мы. Наши люди еще в пути».
С чувством выполненного долга Динка закрыла телефон и вынула из него симку. Этих симок у нее было целых пятнадцать штук– хватит на ближайшее время, а рисковать пока никак нельзя.
«Ну и хорошо, что это обычные туристы»,– подумала она с облегчением и отправилась переодеваться в купальник: указания руководства надо выполнять, по крайней мере в той части, в какой они приятны самой Динке.
Домик, действительно, очень похожий на тот, в котором остановились «русичи», казался нежилым.
Глеб вопросительно посмотрел на Северина, и тот пожал плечами: откуда я знаю.
Оба приблизились к дому, насколько это позволяли заросли, и долго вглядывались в темные окна.
–Я не чувствую здесь людей,– сказал, наконец, Северин.– То есть запах есть, но очень слабый. Словно они были здесь недолго, а сейчас уехали. Подожди, я посмотрю поближе.
Глеб кивнул. Он знал, что другу можно полностью доверять. Он сам произведет гораздо больше шума и заметит не в пример меньше, чем Северин.
Вот гибкая фигура юноши скользнула к дому и замерла у одного из окон. Какое-то время Северин приглядывался и, кажется, принюхивался, потом стал осторожно обходить дом. Глеб ждал, не сводя взгляда с бунгало. Ничего. Абсолютная тишина.
Наконец, Северин вернулся.
–Никого,– сказал он с некоторым недоумением.– На двери замок. Я обнаружил следы колес. Чуть правее тебя дорога, там стоял джип. Мне кажется, обитатели дома уже уехали.
Глеб перевел дыхание.
–Вот и отлично. Значит действительно не будут нам мешать. Ничего удивительного, что люди приезжали, скажем, на выходные и уехали с самого утра– вероятно, их ждет долгая дорога.
–Вероятно,– эхом отозвался Северин. Между его бровей залегла легкая складочка. Похоже, он о чем-то напряженно думал.
–Тебе что-то в этом не нравится?– Глеб требовательно посмотрел на друга.
Северин медленно покачал головой.
–Не знаю,– сказал он тихо.– Одни ощущения.
Глеб шел по пляжу один, думая о том, что сказал Северин. Ему, как главе команды, требовалось время на размышление, и, самое главное, он больше не мог допустить ошибку.
Сначала был запах– стойкий запах сосновой хвои и густой тягучей смолы. Глеб удивился, потому что не видел деревьев, и вдруг мир вокруг него дрогнул. Уже почти привыкший к перемещениям, Глеб понял, что опять проваливается в прошлое. Теперь парень оказался в густом лесу, судя по запаху соли, море было где-то недалеко. А откуда-то спереди доносились крики и гулкие, размеренные удары.
Парень попытался идти на звук, но быстро понял, что это не такая простая задача, подлесок густо зарос малиной и шиповником, местность перерезали глубокие расщелины, если не сказать ущелья. Судя по душистым белым и розовым цветам и наливающимся соком ягодам, он понял, что сейчас июнь или июль.
«Залезу на дерево, чтобы осмотреться». Глеб выбрал сосну повыше и легко вскарабкался по толстым, пахнущим смолой веткам. С вершины дерева открывался прекрасный вид, и сразу стало ясно, что идти на звуки было ошибкой.
Глеб узнал знакомый мыс, только сейчас он выглядел раза в два больше, вал казался выше и новее, а по его верху шла деревянная стена с башнями. Все сооружение в высоту было размером с девятиэтажный дом.
Поле перед валом оказалось густо усеяно шатрами. Маленькие, издали похожие на муравьев люди сновали между ними, бежали к стене, карабкались на вал. Много народа суетилось возле одной из башен, откуда и доносились глухие удары.
«Видимо, там ворота и в них бьют тараном»,– догадался Глеб.