— Значит, это не нечисть? А кто? Человек?
— Не могу сказать наверняка. А вот то, что задействован ритуальный нож, несомненно, — отчеканил Профессор. — Причём нож, которым уже пользовались неоднократно. Я чувствую на ране следы некротической энергии. Той самой, что была на теле недавно найденного юноши. Это почерк одного и того же мастера. Или мастерицы. Ведьмы. Назовем пока так.
— Почему вы упорно делаете ставку на женский род? — Поинтересовался я. — В Договоре указывались, к примеру, колдуны. Да и чернокнижником может быть какой-нибудь злобный мужик.
— Может. — Согласился Профессор. — Однако, тут дело в другом. Мужчины, они видят мир более масштабно, но чуть примитивнее. Чернокнижник, решивший воплотить какие-то особо опасные планы, вел бы себя иначе. Как мыслит среднестатистическая особь мужского пола? Взять кувалду, идти громить врагов. А что делает женщина, если ей приспичило сделать гадость? Строит козни, придумывает многоходовые варианты, в которых постарается использовать всех, кого только может. Женщины очень любят загребать жар чужими руками. И совсем не важно, кто перед вами, смертная, ведьма или суккуб. Но мы пока рассматриваем оба варианта.
Профессор снова сел в кресло, сложив пальцы домиком.
— Этот… субъект обладает значительной силой и недюжинным интеллектом. Он не просто убивает. Он манипулирует. Создает иллюзии. Подставляет одних, чтобы уничтожить других. И он явно считает вас серьезной угрозой, раз пошел на такой рискованный шаг. Поздравляю, инквизитор, вы официально стали мишенью.
От этих слов мне как-то не было радостно. Хотя, судя по лицу вампира, он считал подобный поворот событий едва ли не моим личным достижением. Наверное, у кровососов факт наличия сильного врага считается признаком крутости.
Я почувствовал, как тяжесть ответственности и множащаяся с каждым днём опасность наваливаются на меня с новой силой. Миссия, которая казалась странной, но в целом понятной, превращалась в затяжную историю с непредсказуемым врагом и с еще более непредсказуемым финалом.
Профессор что-то продолжал говорить, анализируя возможные мотивы, пытаясь понять слабые места в плане врага, но я вдруг перестал понимать смысл его слов.
Голос вампира начал отдаляться, становясь монотонным и густым, как мед. Адреналин, который держал меня на плаву все утро, наконец отступил, обнажив чудовищную усталость.
Недосып, стресс, эмоциональное выгорание — все это навалилось разом. Веки налились свинцом.
Я осторожно присел на край жесткого стула, находившегося рядом с креслом Профессора, и в ту же секунду комната поплыла перед глазами. Голос Павла Игнатьевича превратился в далекий, убаюкивающий гул…
В следующую секунду мои веки закрылись, а в мозгу что-то щелкнуло. Реальность резко и внезапно изменилась.
Я находился в абсолютной пустоте. Вокруг не было ни света, ни тьмы, ни верха, ни низа. Вообще ничего. Такое чувство, что я висел в воздухе, но в то же время явно стоял на чем-то твердом. Вокруг — только бесконечное серое ничто, и в нем — стандартный офисный стол, заваленный папками. За столом сидела Лилу.
Мой демон-куратор выглядела немного измотанной. Ее растрепанные волосы торчали в разные стороны, под глазами залегли фиолетовые тени, в руке она сжимала огромную кружку с надписью «Не трожь, а то убьёт». Судя по запаху, исходившему от этой кружки, Лилу пила кофе.
— Ну что, герой? — голос кураторши прозвучал хрипло и раздраженно. — Разбудил меня среди цикла отдыха. Только отключилась. Хотела поспать, сделать маску для лица, послушать хорошую музыку. А тут — ты. Какие-то серьёзные проблемы?
— Я никого не будил… — Мой голос прозвучал немного растерянно. — Вообще-то я сейчас должен находиться в доме…
— В курсе. — Резко бросила кураторша. — Я знаю, в чьем доме ты находишься. Не могу сказать, что мы одобряем методы, которыми ты пользуешься. Хорошие отношения с вампирами… Пожалуй, ты первый, кто додумался до подобного. Но разговор не об этом. Ты взрослый мальчик и знаешь, чем рискуешь. По поводу нахождения… Здесь только твое сознание или дух, если хочешь. И да, это ты меня вызвал. Вернее, устроил нам срочную встречу. Я твой начальник, поэтому когда у тебя возникает непреодолимое желание поговорить, ты вот так можешь выдёргивать меня для беседы. Чтоб ты понимал, по ощущениям твой вызов выглядит приблизительно так… Будто меня взяли за шиворот и приволокли на работу. Скажи спасибо, что я не успела погрузиться в ванную с амброзией.
Кураторша многозначительно посмотрела на меня и с громким звуком отхлебнула кофе.
— О-о-о-о-о… Так вот как я могу выходить на связь… буду иметь в виду… Лилу! — Я подошёл к столу. — Ты видишь, что творится? Меня пытаются подставить, девушку чуть не убили, пацана вообще грохнули. Какой-то шаман или дебильная ведьма орудует в городе, а вы мне ничего не объяснили! Я тычусь в углы, как слепой котенок.
— Ну не скромничай. — Кураторша усмехнулась. — Пока что ты тычешься в мадам Ля Флёр. Мой тебе совет, инквизитор, будь осторожен. Эта дамочка не одного сотрудника нам погубила.
— Все под контролем. — Категорично отрезал я.
Конечно, доля истины в словах Лилу точно была. Вампирша опасна, несмотря на нашу с ней внезапную дружбу, но мне она симпатична. Чего уж скрывать. Однако, доверять Ля Флёр на сто процентов все-таки не стоит. Это понятно даже последнему дураку. А я, надеюсь, все же не дурак. Ну или хотя бы не последний.
— Но ты мне даже не объяснила условия освобождения. Сколько дел нужно закрыть? Когда это закончится? — Я сложил руки на груди, стараясь, чтоб мой вид говорил о решительном настрое.
Кураторша зевнула, прикрыв рот тыльной стороной ладони.
— Скучно… — протянула она. — Скучно от таких разговоров. Твои стенания — это пятьсот восьмой пункт в моем списке «Скучные отговорки неэффективных агентов». Читай Договор о ненаблюдаемости, камрад. Внимательнее.
— Читал! Там одни базовые принципы! А мне нужна информация. Больше информации. Почему в Договоре ведьмы упоминается вскользь? Никаких пояснений. В справочнике их тоже нет. Что это за Омега? Ты говорила, нужно просто приглядывать за нечистью. А там, едрить те в нос, все очень не просто, в вашем N-ске! Прямо какое-то проклятое место!
— Вот! — Лилу подняла вверх указательный палец. — Уже теплее! Верно мыслишь. И потом… Товарищ инквизитор, смотри не на буквы, а между строк, — Она ехидно подмигнула. — Пункт 14-б о нашем сотрудничестве. Он прописан мелким шрифтом. «О непредвиденных обстоятельствах высшего порядка». Вся эта история с чертополохом и мутным убийством — оно самое и есть. Непредвиденное обстоятельство. Твоя миссия не «закрыть три дела и свободен». Твоя миссия — стабилизировать ситуацию. А она, на минуточку, только начинает выходить из-под контроля. Так что не ной, инквизитор. Работай.
Лилу сделала очередной глоток из кружки, скривилась и пробормотала себе под нос: "Как они пьют это дерьмо? Потом снова подняла взгляд на меня и хмуро заявила:
— Хватит уже взывать к моей несуществующей совести по пустякам. У меня своя бюрократическая война. Я за последние сутки пять отчетов написала с пояснением, каким это загадочным образом у нас инквизиторы стали ходить на свидание с высшими вампиршами. Беги, герой, тебя будят.