Какая-то пожилая женщина с испуганным лицом, вероятно служительница, осторожно тронула его за плечо.
– Я сейчас «Скорую» вызову, – торопливо проговорила она.
– Нет-нет, спасибо, со мной все хорошо, – Глеб отвел ее руку и бросился к выходу.
А на ступеньках, перед изрезанной диковинным каменным узорочьем дверью храма, сидела старая женщина с рассыпавшимися по плечам седыми грязными космами. На ней была растянутая кофта неопределенно серого цвета и длинная цветастая юбка, из-под подола которой выглядывали грязные босые ноги.
Глеб порылся в кармане и достал несколько купюр. Благодаря вампирам без средств «русичи» не остались, но и раскидывать деньги налево и направо не следовало. Однако сейчас, в этот переломный момент, Глеб чувствовал острую необходимость пожертвовать – если не храму, то сидящей на его ступенях нищенке.
– Возьмите, – он протянул ей деньги.
Она быстро схватила купюры и сунула за пазуху. А потом взглянула на Глеба мутно-голубыми остановившимися глазами.
«Слепая!» – с ужасом понял парень.
Старуха молчала, но на лице ее было такое сосредоточенное выражение, словно она прислушивалась к чему-то неведомому, а потом вдруг вскочила и отпрянула от Глеба.
– Беги отсюда! – закричала она истошным голосом. – Беги скорее! Твои враги близко! Опереди их, не дай найти то, за чем они охотятся! Иначе будет беда лютая! И умоется земля кровью, и восторжествуют вороны, и придет дракон огненный!.. И придет смерть…
Нищенка договорила и рухнула на ступени, словно брошенная кукловодом кукла.
– Бабушка, с вами все в порядке? – Глеб, напуганный этим пророчеством, наклонился к женщине.
Та слабо застонала и лишь махнула рукой.
– Бабушка?.. О чем вы говорили?
Он постарался ее встряхнуть.
– Люди добрые! Что это делается! – вдруг раздался за спиной визгливый голос. – Матрешку в покое оставь, ирод окаянный!
– Я только хотел спросить у нее, о чем она говорила… Ей, кажется, стало плохо, – оглянулся Глеб на полную женщину с авоськой, застывшую рядом с ними.
– Спросить он хотел! – женщина презрительно фыркнула. – В другом месте сочиняй, сказочник! Матрешка наша от рождения слепая и немая! Ишь, говорила она ему что-то! Сейчас вот полицию позову! Уж они тебе скажут!..
Ждать разговора с полицией Глеб не стал, кинувшись прочь, в темноту парка, подальше от предательских фонарей.
Он хотел знамения и, похоже, его получил.
Глава 9
Все краски ночи
Саша и Динка целые дни сидели над снимками, ища какие-то закономерности в расположении листиков и завитушках. И они, и Глеб были твердо уверены, что во всем этом растительном изобилии содержится зашифрованное послание. Северин не понимал этого. Вот если бы дело касалось настоящих, живых листьев, а тут… резьба белокаменная. Красиво, конечно, но непонятно.
Сидеть без дела оказалось ужасно скучно, и он отпросился у Глеба пошляться денек-другой по лесу, заодно присмотреть, нет ли в округе чего подозрительного.
Вернуться в лес одному было по-настоящему здорово. В последние дни Северина не оставляли странные чувства. Настолько странные, что он не хотел даже о них вообще думать. И вот теперь, под сенью высоких старых деревьев, его по-настоящему отпустило. Тревоги ушли, словно смытые дождевой водой, словно унесенные свежим тугим ветром.
Как же это хорошо – снова чувствовать под лапами пружинящий мох, ощущать сотни разных ароматов, читать послания леса, написанные не буквами, но следами, запахами, звуками. Только в лесу Северин чувствовал себя по-настоящему дома.
До самого вечера он носился по лесу, наслаждаясь ощущением свободы и настоящей полноты жизни. Обедом ему послужил глупый заяц, расслабившийся из-за отсутствия поблизости крупных хищников. При наступлении легких летних сумерек, похожих на тонкую кисейную завесу, наброшенную на небо, Северин вдруг вспомнил о взятой на себя миссии разведки и принялся обходить окрестности.
Долгое время ничего подозрительного не наблюдалось, пока тропинку вдруг не пересек след, от запаха которого у синеглазого волка поднялась на загривке шерсть. Мертвое! Мертвое, но живое, противное природе, богам и людям.
Волк глухо зарычал, но тут из тени деревьев показалась тонкая девичья фигура.
– Вот ты где! – послышался звонкий голос.
Волк попятился и снова зарычал, грозно, хотя и слегка неуверенно. Появление этой девушки вновь внесло сумятицу в его мысли, перевернув все вверх дном.