Развод. Горькая правда: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— В смысле, нет орехов? — хрипит Михаил Ильич и дергает на себе воротник. — Ты, Розанов, что-то попутал? Ты, Розанов, у нас камикадзе? — и добавляет, переходя на ор. — На моей кухне не может не быть каких-то сраных орехов!

— Простите, сегодня утром обнаружил. Прогорклая партия была… — повар съеживается, — Я думал, что успею новые заказать, но этот хрен рано приперся… Через час орехи будут.

— Какой на хрен час! — Михаил Ильич орет, брызгая слюной на бедного повара. — Бриош есть, орехов нет?

— Прогорклые орехи можно в воде замочить… — рискую подать голос я.

Михаил Ильич закатывает глаза.

— Паша, убери от меня эту твою… Технолог она или кто? Кстати, она должна за продуктами следить?

— Не должна, — отвечает Сокольский. И незаметно помахивая кистью руки показывает мне, чтобы я отходила в сторону. Но я, ухмыльнувшись, только скрещиваю руки на груди. Ещё не хватало, когда я ещё увижу Нину в штанах и с усами.

— В общем, так. Розанов — ты бежишь в магазин. А ты, технолог, — направляет на меня палец, — иди замачивай. Потом феном суши или что там по вашей технологии положено делать. Кто первый справится — тот молодец!

— Давайте я лучше канеле сделаю, — спокойно заявляю я.

— Какие на хрен канеле? — Выпучивает глаза Михаил Ильич. — У нас в меню нет такого блюда. Розанов, ты почему ещё здесь, я не понял?

— Ну а что? — пожимаю плечами. — Это же Франция, популярное блюдо. Я быстро приготовлю. Гость не будет ждать. И у вас будет запасной вариант десерта, если не успеете с бриошем. Замените на что-то другое из меню — ваш критик сразу поймет, что с ингредиентами проблема. А так, скажем, что шеф-повар обновил десертную карту, а канеле — наша гордость.

— Хорошая мысль. — Сокольский во время моей речи задумчиво потирает уголок рта большим пальцем.

— Паша, ты же не собираешься…

— Собираюсь, Миш, собираюсь. Дайте ей всё, что нужно. Быстро! — рявкает Сокольский, — по ходу разберемся, что ему подать.

Михаил Ильич морщится:

— Пошли, — цедит сквозь зубы, — фартук и шапочку в шкафчике возьми.

Спустя час я вместе со всеми стою на цыпочках, заглядывая в стеклянное окошко. Сонечка ставит перед Наумовым тарелку, на которой красуется моё пирожное. Красивое, нежное, вкусное… С кокетливым завитком цедры и шоколадным парусом.

Позади битва с шеф-поваром, которую я выиграла. Михаил Ильич съел два моих канеле, но всё равно пытался угрожать, что это безобразие в зал понесут только через его труп. Но сдался, разумно рассудив, что лучше так, чем ореховый бриош без орехов.

Жаль, что издалека не видно выражения лица этого критика. Не нервничаю, не переживаю, сердце не выскакивает из груди — я не запугана ресторанным бизнесом и капризными гостями. Наверное, слишком долго кормила благодарную публику — Глеба, Марию и Сашку, поэтому не представляю, как может кто-то недовольно кривиться, когда пробует что-то новое и вкусное.

Сонечка стоит в отдалении от столика, и послушно подбегает, когда Наумов подзывает ее движением руки. Внимательно слушает, кивает и через несколько секунд вновь врывается к нам, ещё более перепуганная чем раньше.

Верещит, прижимая к груди поднос.

— Он шефа требует!

43. «Это что, сон?»

Почти прилипнув носом к стеклу смотрю, как дородный Михаил Ильич, прижав руку к груди, раскланивается с Новиковым.

Издалека похоже, будто кто-то тронул китайского болванчика, выставленного в витрине. Кто бы знал, отчего шеф кланяется — извиняется или принимает благодарность?

Развернувшись, идёт к нам широким шагом. Из-под насупленных бровей зыркает на тонированное стекло, знает, что мы следим за каждым его движением.

Распахивает дверь плечом и коротко кидает мне:

— Иди!

— Куда?

— Он просил шефа, потому что считает, что десерт готовил я. Обманывать я не стал…