Александр сжал кулаки, вспоминая, как едва сдержался, чтобы не высказать все, что думает об этом Илье. Запах того парня, едва уловимый, но все еще витавший в квартире Анны, обжег вчера его ноздри, вызвав ярость Волка. Но он взял себя в руки. Принюхался. Понял, что этот тип некоторое время не появлялся в ее жизни. И его терпение было вознаграждено: Анна сама рассказала ему их историю.
«Идиот», — мысленно процедил Александр, представляя того самого Илью. Как можно было отказаться добровольно от ТАКОЙ девушки? Красивой, умной, полной амбиций, и с таким… волшебным ароматом. Да и семья у нее — не просто известная, а, можно сказать, легендарная. Целители Ветровы — это имя он слышал даже в своем кругу. А этот мальчишка, оказывается, был настолько зависим от мнения матери, что бросил Анну.
«Ну что ж, — подумал Александр, — на фоне такого простака быть хорошим — задача не из сложных». Но дело было даже не в этом. Между ним и Анной наконец-то начали выстраиваться отношения, которые уже нельзя было назвать вражескими. И это наполняло его оптимизмом.
Он отхлебнул кофе, поставил чашку на стол и потянулся к телефону. Надо позвонить Марку и отчитаться о первых успехах. Младший братец, как всегда, дал дельный совет.
Эйфория вчерашнего вечера жгла его кровь, как крепкий виски. Дела спорились, будто подчиняясь незримой магии: бумаги сами ложились в папки, встречи проходили гладко, а посетители, привыкшие к его ледяной сдержанности, уходили ошарашенные его внезапной готовностью шутить и даже… улыбаться.
Ровно в пять, как по расписанию, в кабинет впорхнул Максим, секретарь с вечно встревоженным взглядом. В руках он сжимал расписание, но вместо дежурной фразы о графике выпалил:
— Вы слышали про Анну Петровну? Студенты только о ней и трещат!
Загорский медленно поднял глаза от документов, пальцы непроизвольно сжали ручку. Голос он выдавил ровный, будто выточенный из гранита:
— И что же они так яро обсуждают?
— Студенты после ее пар выглядят так, будто дрались с троллями в подземелье! — Максим заговорщически пригнулся, словно боялся, что новая преподавательница подслушает. — Сегодня она устроила им адский квест: первокурсники отрабатывали заклятья на домовых и оборотней, вторые курсы — усмиряли мантикору-подростка, а старшекурсники… — он закатил глаза, — их она загнала в симуляцию нашествия теневых эльфов! Все еле ноги унесли, но… — секретарь замялся, — вроде довольны. Говорят, «круче, чем дуэли в Академии Темных Искусств».
Загорский прикусил губу, чтобы не вырвался смех. Волк внутри него рычал от гордости — его Анна, та самая, что вчера доверила ему свои тайны, сегодня превратила рутинные пары в эпичные сражения. Но внешне он лишь хмыкнул, откинувшись в кресле:
— Господин Юсупов не терпит халтуры. Если его рекомендация оправдала ожидания, тем лучше для факультета.
Максим, не заметив, как уголки рта ректора дрогнули, кивнул и выскользнул из кабинета. Александр же потянулся к телефону. Набрал номер, который знал наизусть.
— Марк, — прошептал он, глядя в окно, где закат окрашивал небо в цвет пламени, — твой совет… сработал.
Звонок прозвенел, последний студент покинул аудиторию, и Анна облокотилась о преподавательский стол, позволяя себе редкую улыбку. Сегодняшние пары проходили как по маслу. Даже слишком. Иван Иванович подготовил студентов на славу: первокурсники ловко ставили щиты против иллюзий домовых, а третьекурсники отработали комбинации против мантикоры так, будто сами были оборотнями. Она, конечно, не церемонилась — подкинула в испытания адреналина, раздвинув границы учебного плана. Месяц простоя? Пустяки. Их результаты были… достойными.
Обеденный перерыв Анна использовала стратегически. Не просто для того, чтобы заглушить голод — в столовой преподавателей витали слухи плотнее, чем дым от заклинаний в алхимической лаборатории. Коллеги, словно стая пестрых птиц, заполонили кафе, заняв привычный длинный стол у окна. Анна скользнула на стул рядом с Игорем Михайловичем, своим бывшим деканом, чья борода теперь седая, а глаза всё так же пронзительны. Официант-эльф с серебряным подносом мелькнул между столиками, и через мгновение перед ней уже стоял салат с тигровыми креветками, дымящийся куриный стейк с булгуром — блюдо, которое она заказывала здесь ещё студенткой.
— Ну, Анна Петровна, — Игорь Михайлович прищурился, разливая по бокалам вишнёвый морс, — как ощущения в новой роли? Не жалеете, что согласились на замену нашего упрямца Шмидта?
Она аккуратно подцепила вилкой креветку, давая себе время. Взгляды коллег, осторожные и оценивающие, скользили по ней.
— О, я в восторге! — ее голос зазвучал сладковато, как мёд с перцем. — Ваши студенты — просто бриллианты. Иван Иванович, видимо, их так отшлифовал, что даже мои… эксперименты не смогли их существенно потрепать. Обязательно передам ему комплимент.
Тишина за столом дрогнула. Кто-то крякнул, кто-то заерзал. Марта Дмитриевна не выдержала первой:
— Говорят, первокурсники после ваших занятий еле доползли до общежитий.
Анна медленно подняла бокал с водой. Лед звенел, как хрустальные колокольчики.
— Доползли? — её брови изящно взметнулись. — Марта Дмитриевна, они вернулись со своего первого серьезного поля боя. Победителями. — Она сделала глоток, давая словам осесть. — Магическая защита — не танцы под волшебную флейту. Это грань между жизнью и гибелью. Сегодня они научились держать удар. Завтра — спасут чью-то жизнь.
За столом повисло молчание. Игорь Михайлович вдруг рассмеялся — низко, глухо, как бык в горах.
— Точно! Помню, ты и сама на третьем курсе проекцию теневого эльфа голыми руками придушила. Все тогда ахали.
Последний звонок прозвучал глухо, будто сквозь вату. Анна провела ладонью по холодной поверхности преподавательского стола, чувствуя, как под пальцами оживают резные руны — древние защитные символы, выжженные в дубе ещё основателями академии. Четвёртый курс. Те самые, о ком предупреждал Загорский. Она приготовила для них не испытания — ловушку.
Студенты вошли нестройной группой, и воздух в кабинете сразу загустел. Анна не стала включать свет — только магические шары под потолком, отбрасывающие мерцающие тени на стены с портретами бывших деканов. Трое. Две девушки с одинаково тусклыми глазами, будто кто-то выжег в них искры, и парень, чьи пальцы нервно перебирали прядь волос, окрашенную в ядовито-синий — цвет, который тускнел с каждым его шагом, словно краска растворялась в серости ауры.
Испытание началось с тишины. Анна наблюдала, как первокурсники сегодня визжали от ужаса, смешанного с восторгом, сталкиваясь с иллюзиями, но здесь… Заклинания вспыхивали вяло, щиты трескались при первом же ударе. Девушка с каре цвета пепла попыталась отразить атаку мантикоры — её барьер рассыпался в пыль, и Анна едва успела вогнать клинок магического света между когтей чудовища.
— Концентрация! — рявкнула она, впервые за день повысив голос. Волосы взметнулись в статике её силы. — Вы защищаете не себя — тех, кто за вами!