– А-а, привык уже, – махнул князь рукой. – Я ведь по молодости тоже тот еще подарочек был. Восемь дуэлей. И все по пьяной лавочке. И как не убили, сам не понимаю. Потом, правда, остепенился. Император покойный, царствие ему небесное, – тут старик перекрестился, – к себе приблизил и дело поручил. А уж ему служить, это честь великая. Вот и забросил пьянки да ссоры пустые.
– Так ты, дед, у меня ухарь был, – поддел его Сашка.
– Когда в голове ветер один, и не такое отчебучишь, – рассмеялся князь. – Вон граф наш в свое время добегался по мамзелям. Чуть голову на дуэли не сложил. Вот его и женили силком, чтоб голова на место встала. Может, потому и детей толком не получилось. Девка одна.
– Кстати, дочка его скоро замуж выходит. Ты слышал?
– Сегодня узнал, – скривился князь и, вздохнув, мрачно уставился в окно.
Отпуск Алексей Михайлович хоть со скрипом, но получил. Но Сашка рано обрадовался. Как вскоре выяснилось, император, узнав о похищении и о том, какую роль сыграл в этом деле парень, решил разузнать все из первых рук. Так что спустя четыре часа после того, как князь уехал во дворец, из Зимнего примчался посыльный с запиской от Алексея Михайловича и заявил, что парня ждут немедленно.
Быстро переодевшись, Сашка приказал подать машину и, буквально съехав на первый этаж по перилам лестницы, выскочил на крыльцо. Бежавший за ним следом корнет едва не убился, запутавшись шпорой в ковре, устилавшем лестницу. Дождавшись, когда молодой человек соизволит подняться, Сашка не удержался и, покачав головой, спросил:
– Корнет, вы прибыли верхом?
– Нет, ваше сиятельство, на автомобиле, – смущенно ответил тот.
– Тогда, простите за грубость, на кой ляд вам шпоры?
– Так я ж в кавалергардском полку служу. А нас по их звону и определяют, – еще больше смутился корнет.
– Хотите совет? – улыбнувшись, спросил парень. – Чтобы не было больше подобных конфузов, прикажите перед каждым каблуком своих сапог по паре трехкопеечных монет прикрутить. Но не плотно, а так, чтобы они свободно болтались. Тогда при каждом вашем шаге звону будет хоть отбавляй. И шпоры мешать не будут. А если уж так сильно надо, можно сами шпоры в кармане носить. На всякий случай, – добавил Сашка, пряча улыбку.
– Хитро, – подумав, уважительно кивнул корнет. – Благодарствую, князь. Вот уж и вправду, сразу понятно, что вы механик. Вот так, с ходу такую интересную штуку придумать.
– Там и придумывать нечего, – отмахнулся Сашка. – Медные монеты звенят почти так же, как ваши шпоры. А ежели желаете, чтобы звон вообще не отличался, купите пару таких же, как у вас, шпор и снимите с них сами звездочки. И туда же их, между каблуком и подошвой.
– Да, так даже, пожалуй, лучше будет, – закивал корнет и, не прощаясь, бросился к своей машине.
Спустя час Сашка стоял в кабинете его величества и, не размениваясь на эмоции, подробно докладывал о случившемся. Времени на обдумывание ему хватило, так что рассказ получился не длинным и содержательным. Внимательно выслушав его, Николай поднялся и, выйдя из-за стола, принялся прохаживаться по кабинету. Сашка, словно на плацу, то и дело проделывал поворот в одну или другую сторону.
– Вы и вправду солдат, – хмыкнул император, заметив его повороты. – Вы знаете, что ваш дед испросил у меня отпуск для поправки здоровья?
– Так точно, ваше величество. И должен сказать, ему это действительно необходимо. Не далее как вчера я был вынужден вызвать князю врача. С сердцем плохо стало.
– Да, он рассказал, – удрученно кивнул император. – И куда вы собираетесь отправиться?
– Ко мне, в имение. Там тихо, спокойно, а главное, он от дел отвлечется.
– Да. От дел, – задумчиво кивнул Николай. – Не вовремя это все, – вздохнул он. – На Дальнем Востоке сейчас очень сложно. А тут еще и неприятности все эти. Придворные словно с цепи сорвались. Гучков то и дело на императрицу поклепы возносит. Словно она не супруга мне, перед Богом и народом, а, прости, господи, любовница.
«Кажется, у нас тоже такой персонаж был», – мелькнуло у Сашки в голове.
– Что ж вы все молчите, Александр Викторович? – вдруг повернулся к нему император.
– Прошу прощения, ваше величество, не понял, что это был вопрос, – чуть пожал Сашка плечами.
– Вы о Гучкове? Да, я хотел бы знать, как бы вы разрешили подобную проблему? – кивнул император.
– Так тут все просто. Я бы приказал моему адвокату подать на него в суд за клевету.
– В суд? – удивился Николай. – А я, грешным делом, думал, что вы бы решили разобраться с ним при помощи оружия.
– Дуэль? Слишком много чести для подобной личности, – скривился парень. – А убивать в переулке – самому пачкаться. Нет. Таких людей, что смеют оскорблять женщину, независимо от сословия, нужно бить их же оружием. Публично судить и подвергать остракизму. Для них это страшнее смерти.
– Пожалуй, тут вы правы, – задумчиво кивнул Николай. – А скажите, князь. Если б я вдруг когда-нибудь, однажды попросил вас решить подобную проблему раз и навсегда. Вы бы согласились помочь мне?
– Я бы, безусловно, выполнил вашу просьбу, ваше величество, но только на своих условиях, – подумав, кивнул Сашка.