– Погоди. Там же пуля вроде вытянутая, – не понял старик.
– Передняя часть у нее круглая. Вот сам подумай, дед. Почему для пушек снаряды делают с острым носом, а для винтовок пули с круглым. Ведь снаряд летит медленнее.
– Гм, не замечал раньше, – удивленно протянул князь. – И правда, надо будет задать такой вопрос нашим воякам.
– Вот-вот. Задай, – закивал Сашка, зная точный ответ.
– Ладно, Саша. С оружием и патронами я тебе помогу, а вот уезжать пока не торопись. У нас с тобой еще тут не все дела сделаны, – вздохнул князь, отпуская его.
Попрощавшись, парень вышел из кабинета и отправился в свои комнаты. Нужно было спокойно подумать. Пройдя в свой кабинет, он уселся за стол и, попросив подать чаю, положил перед собой чистый лист бумаги. Теперь, когда главное дело было сделано, нужно было решить, чем заняться и с чего начинать. Теперь, когда просто зарабатывать себе на хлеб ремонтом всякой механики необходимости не было, Сашка пытался найти себе достойное занятие.
То, что он озвучил деду, было чистой правдой. Да и других занятий парень себе не представлял. Что он вообще по жизни умел и знал? Машины и оружие. Значит, от этого и нужно плясать. Особенно если учесть, что в этой реальности пока все эти механизмы только начинают разрабатывать. У того же господина Бенца, например, автомобиль больше напоминал мотоколяску, способную развивать скорость всего двадцать пять километров в час.
– Офигеть, какая скорость, – проворчал Сашка, бездумно рисуя на бумаге общие контуры автомобиля, который пользовался бы спросом в этом мире. Особенно у тех, кто беспокоится о собственной безопасности.
Делать блиндированные машины парень не собирался, но и клепать жестянки тоже не желал. Автомобиль для людей уровня князя Тарханова должен быть крепким, комфортным, быстрым и проходимым. Последнее не самая обязательная часть, но если будет, хуже не станет. В очередной раз вздохнув, Сашка поднялся и, пройдясь по кабинету, встал у окна. Из состояния задумчивого созерцания его вывел Матвей, принесший чай.
Быстро накрыв на стол, слуга бросил взгляд на Сашкины каракули и, не удержавшись, осторожно спросил:
– Александр Викторович, это вы такой автомобиль делать собираетесь?
– Есть такая мысль. Да только боюсь, технических возможностей не хватит. Я ж его не на заводе делать хочу.
– А где производство ставить хотите? – задал Матвей следующий вопрос.
– Ну, до производства я еще не дорос, – усмехнулся Сашка. – Сначала надо действующий образец создать, чтобы потом было что промышленникам показать. А вообще, думаю в имение под Таганрогом уехать. Говорят, там неподалеку и уголь добывают, и сталь варят.
– Имение там не большое, но уютное, – улыбнулся Матвей. – Но только сделать там что-то серьезное не получится. Там ведь кроме кузни и нет ничего. Станки заказывать придется. Но сначала сарай под них ставить. А места там хорошие.
– Станки и купить можно, – снова вздохнул Сашка. – Но ты прав. Начинать надо с самого начала.
Большой прием для представителей иностранных держав проводился в большом зале Зимнего дворца. В связи с громкими событиями приглашены были все послы. Протокол приема выдерживался до последней буквы, и потому император произнес заготовленную речь в полной тишине. Послы выслушали его внимательно, но после завершения по залу пробежал волнами шепоток. Больше всего послов взволновал пассаж о том, что любая политическая деятельность, опирающаяся на силу, будет жестко пресекаться.
Первым, как и следовало ожидать, по этому поводу решился высказаться посол Британии. Шагнув вперед, он поклонился и, оперевшись на резную трость черного дерева, с апломбом принялся вещать о том, что проявления свободоволия и высказывание собственного мнения есть неотъемлемая часть человеческих прав и свобод, и подавление их является первым признаком диктатуры. Молодой император, внимательно слушая его, умудрился сохранить невозмутимый вид, но взгляд, брошенный им на князя Тарханова, заставил старика подобраться, словно бойцового пса перед дракой.
Взгляд этот был исполнен растерянности и легкой паники. Едва дождавшись, когда посол, наконец, заткнется, князь шагнул вперед и, глядя ему в глаза, твердо ответил:
– Господин посол. А вам не кажется, что ваше заявление в свете случившихся событий несколько опрометчивы? Или вам наплевать на ваших погибших? В таком случае я не понимаю, зачем ваша страна вообще стала подавать нам свою ноту?
– Э-э, вы ошибаетесь, – растерялся посол, не ожидавший такого наезда.
– Тогда как прикажете расценивать ваши слова? – тут же отреагировал князь.
– Князь, на вашем месте, я бы не стал вести себя столь дерзко, – окрысился посол. – К вам у меня тоже есть послание от моего правительства.
– Ну, так огласите его, – улыбнулся Алексей Михайлович одними губами.
– Ваш так называемый внук осмелился поднять руку на представителя нашего государства, вследствие чего он больше не может исполнять свои обязанности. Поэтому вы должны передать этого человека нам для проведения над ним суда.
– Запомните, господин посол, сами и передайте мои слова своему правительству. Я вам ничего не должен, – отрезал князь. – Мой внук, подданный Российской империи, и если он окажется под судом, то только под нашим. А что касаемо того, что он якобы не мой внук, так это не вам решать. Что же до вашего человека, так он сам виноват. Ваш подопечный посмел поднять руку на меня. И тому есть множество свидетелей. Я ответил на ваш вопрос?
– Такой ответ сильно обострит отношения между нашими странами, – прошипел посол.
– А они вообще есть? – иронично усмехнулся князь. – Насколько мне известно, вы не воспринимаете Россию как равнозначного партнера, и имеете наглость постоянно пытаться диктовать нам свои условия. Такое положение вещей не может нас устраивать. Так что ваша страна или пересмотрит свое отношение к нашей стране, или все наши сношения будут окончательно разорваны.
– Это ультиматум? – растерялся посол, не ожидавший такого.
– Пока нет.