— Нет, я сказал, что ты вернешься после обеда. Тебе нужно было выспаться, не дело это, два дня проводить на ногах.
— Дела, увы, не ждут, — вздохнула я. — Растения в оранжерее обновились, за ними нужен уход. Правда, уборку в замке нужно будет делать не раньше, чем через три дня, мы ведь вчера все отмыли. Часто Ее Светлость устраивает такие приемы?
— Ежемесячно. Старается переплюнуть принцессу, которая зовет гостей каждые три месяца.
— Соревнуются, — усмехнулась я, натягивая на себя комбинезон.
— Ася, мы уже поговорили с Ритой о том, что она вчера услышала… Дело осталось за малым - разговорить Элли.
— А что она услышала?
Вэйтер отвернулся от окна, наверное, совсем забыв о том, что все еще не одет.
— Наденьте на себя что-нибудь, пожалуйста, — я тяжело сглотнула, а когда мужчина вопросительно вскинул бровь, объяснила: — Не могу сосредоточиться, пока вы в таком виде.
— А… Прости, я сейчас, — Вэйтер, усмехнувшись, скрылся в гардеробной.
Вернулся через пару минут, уже одетый в брюки и рубашку.
— Так что узнала Рита?
— То, о чем я и сам догадывался, но боялся признаться в этом даже себе. Фрозес виновен в гибели моего… нашего отца. Осталось лишь доказать это.
— Вы слишком спокойны для человека, который только что узнал, что его брат кого-то убил.
— Я узнал несколько часов назад, — фыркнул Вэйтер. — Но ты права, я действительно спокоен. Потому что я об этом догадывался, а Рита лишь подтвердила мои опасения.
— А то, что Жан и Ее Светлость… — я замолчала, не зная, как сообщить Вэйтеру, что его брату изменяют с лакеем.
— Что Жан спит с Виоленной? Я и это знал.
— Так почему вы ничего не предприняли раньше?
Вэйтер тяжело опустился на диван и прикрыл глаза, собираясь с мыслями.
— Ася, все слишком сложно. Сейчас все мои догадки выстраиваются в логическую цепочку и то, что получается, меня пугает. Фрозес всегда мечтал занять место нашего отца, но наследником был я. Виоленна убеждала Фрозеса в том, что именно он должен унаследовать графство. Она управляет им как марионеткой, тот слушается и не перечит. Думаю ли я, что Фрозес и Виоленна убили нашего отца? Я в этом уверен. Теперь уверен, потому что Рита слышала, как Виоленна говорила Жану о том, что Гай узнал правду.
— Может быть, она имела в виду что-то другое?
— Ты сама-то в это веришь? Гай мертв, Элли перестала говорить сразу после смерти графа… Ася, мы должны разговорить Элли и только тогда у нас буду доказательства.
— Вашего брата посадят в тюрьму?
— Всех виновных заключат под стражу, наследство перейдет ко мне по закону.
Вэйтер резко поднялся с дивана и отошел к окну. Я понимала, что чувствует мужчина, и не желала подливать масла в огонь, поэтому молчала.
— Я ничего не чувствую к Фрозесу. Ни злости, ни обиды, ни любви. Мне не будет страшно, когда он ответит за свои поступки перед королем, но я боюсь оступиться, когда графство перейдет ко мне.
— Я не понимаю ваших опасений, Вэйтер. Вас ведь с детства готовили к этому.
— Меня не готовили к тому, что я останусь один на один со своими проблемами. Я их не боюсь, не подумай, но меня устраивала должность военачальника, потому что… Потому что так у меня есть хотя бы брат. Единственный, кто остался жив из моей семьи.
— Виновные должны быть наказаны, Ваша Светлость, — я проговорила это с придыханием, а когда мужчина услышал, как я его назвала, удивленно взглянул на меня, обернувшись. — А я и Рита поможем вам с этим. Зовите ее, прошу вас, мы должны продумать план.
— Почему ты помогаешь мне, Ася?
— Чувство справедливости во мне сильнее чувства страха. Мне за свою… — я чуть было не сказала “за свою смерть”, но вовремя осеклась. — Мне за свою жизнь некого винить, а у вас есть такая возможность и вы не должны упустить ее. Ваш брат отнял у вас семью и дом, он заслуживает наказания.