Моя новая сестра: читать начало книги онлайн

Он берет меня за руку. Мы находимся в нескольких сантиметрах друг от друга, глаза у него темные в полумраке, царящем в комнате, взгляд напряженный. Мое сердце бешено стучит, меня колотит нервная дрожь. Не знаю, кто делает первое движение навстречу, но вдруг выясняется, что мы целуемся, его руки запутались в моих волосах, а мои ладони гладят теплую мягкую кожу его спины под рубашкой. Я не испытывала такого сильного желания со времен отношений с Каллумом. Я прижимаюсь к Бену всем телом, так что нас разделяет только одежда. Его напряженный член упирается мне в живот, а его зубы покусывают мои губы. Я не знаю, как долго мы целуемся, но в конце концов понимаю, что в комнате уже стало темно. Затем Бен резко останавливается, мягко отталкивая меня, так что я чуть не спотыкаюсь об одну из своих коробок.

– Прости, – выдыхает он, приглаживая свои волосы рукой. – Я не знаю, что на меня нашло.

Я хмурюсь, чувствуя неловкость.

– Бен, все в порядке. Я хотела, чтобы ты меня поцеловал. Я рада, что ты это сделал.

Я смотрю, как он подходит к окну, в свете луны, льющемся в незашторенное окно, его лицо кажется пергаментным. Его явно что-то беспокоит.

– Беатриса предупредила меня, чтобы я держался от тебя подальше, – говорит он в конце концов.

– Что?! – Я в шоке. Зачем Беатриса это сделала? Неужели я недостаточно хороша для ее брата-близнеца? – Почему?

Впервые я испытываю ярость по отношению к ней.

– Из-за твоей сестры-близнеца. Она сказала мне, что та умерла. Я так тебе сочувствую, Аби.

Я сглатываю комок, образовавшийся в горле.

– Спасибо. – Я умолкаю, понимая: что-то здесь не сходится. Я подхожу к Бену, стоящему у окна. – Но зачем ей делать подобные предупреждения?

Он поворачивается ко мне лицом.

– Она считает тебя слишком уязвимой после всего, что с тобой случилось.

Я хмурюсь, колеблясь между радостью от того, что Беатриса заботится обо мне, и злостью на то, что она сует свой нос в дела, которые ее не касаются.

– Она не знает, что со мной случилось.

– Конечно, не знает, – подтверждает он слишком поспешно. – Но знает, что ты многое пережила. Назовем это женской интуицией, наверное.

– Я достаточно взрослая, чтобы самой принимать решения, – огрызаюсь я.

– Я так ей и сказал, – бормочет он. Обхватив за талию, он притягивает меня к себе и заключает в объятия. Опускает голову, и я закрываю глаза в ожидании, желая… нуждаясь в том, чтобы быть ближе к нему.

Мы уже готовы снова поцеловаться, когда скрип двери заставляет нас отпрянуть друг от друга. Я уверена, что выражение лица с головой выдает меня Беатрисе, которая тенью маячит в дверном проеме.

– Я так и думала, что вы оба окажетесь здесь. Почему так темно?

Она включает потолочный светильник, и я моргаю из-за резкого перехода от темноты к свету, черные точки плавают перед глазами.

– Я занимаюсь распаковкой вещей, Бен решил мне помочь.

Я указываю на коробки, сложенные позади меня, и на одну, почти пустую, у моей кровати. Я знаю, что звучит это не очень-то убедительно.

– Да ладно, я тоже могу помочь, – машет рукой Беатриса. – Бен, будь любезен, принеси вина.

Бен послушно выбегает из комнаты, и я замечаю, что его рубашка вылезла из-под пояса джинсов. Уходя, он одаривает меня грустной улыбкой, и я не могу не улыбнуться в ответ.

Я ожидаю, что Беатриса начнет расспрашивать меня о Бене, скажет, что знает – мол, между нами что-то есть, – но она этого не делает. Вместо этого она подходит к маленькой продолговатой коробке, которую принесла сюда первой, – той самой, в которой лежат письма Люси. Коробка стоит поверх двух других, более объемных, и когда Беатриса берет ее в руки, я задерживаю дыхание, молча желая, чтобы она оставила эту коробку в покое. «Разве ты не знаешь, как это ценно?» – хочется воскликнуть мне. Но Беатриса похожа на сороку, нашедшую новую блестящую безделушку. Она поворачивается ко мне на пятках, коробка лежит на ее вытянутых руках – словно подношение, жертвенный агнец.

– Она повреждена, – невинным тоном сообщает Беатриса, и тут я замечаю, что коробка смята, а коричневый скотч, скрепляющий две половинки крышки, разошелся, так что верхняя часть зияет широкой щелью, обнажая цветные конверты под ней. Нахмурившись, я забираю у Беатрисы коробку.

– Пойду посмотрю, куда пропал Бен с вином, – заявляет она, проходя мимо меня, и я ничего не могу прочесть по ее лицу. Когда она уходит, я опускаюсь на свой провисший матрас, коробка лежит у меня на коленях. Откинув картонную крышку, я достаю пачку конвертов пастельного цвета, перетянутую резинкой, и бездумно перебираю их. Затем, с зарождающейся в душе искрой осознания и ужаса, я снова пролистываю конверты, тщательно пересчитывая. Я знаю, что их должно быть двадцать семь, но, хотя я перебираю их пять раз, с каждым разом все более отчаянно и внимательно, я могу насчитать только двадцать шесть. Одного письма не хватает. Сердце колотится в груди, желчь подступает к горлу. Пропало одно из моих драгоценных писем, единственное, что у меня осталось от сестры-близнеца… единственный способ услышать ее голос. Оно пропало, и я знаю, что взять его могла только Беатриса.

Лазанья, съеденная за ужином, болезненно ворочается в моем желудке. Почему она так поступила со мной?

Я вспоминаю, как Беатриса вела себя в саду на вечеринке у Монти, ее невозмутимое спокойствие, когда она увидела меня с Беном, то, как смотрела на нас за столом сегодня во время ужина… и вдруг с болью понимаю, почему она могла так поступить.