Быть неизменным: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Каллисто! — возмущённо воскликнула Айва — Ты совсем с ума сошла⁈

Молодой человек рассмеялся, а девушка начала тараторить:

— А что я тут должна думать? Пришёл ночью, волосы чёрные как смоль, глаза тоже, кожа светлая, даже в свете костра видно, что не загорела, разбойников поубивал, как детей. Ну спросить-то надо было?

Конрад на это забрал бурдюк, сделал новый глоток, чуть поморщился и со смешком проговорил:

— За спрос не бьют. Но вампир бы вас скорее всего уже доедал. Ну точнее тебя бы точно, а с благородной дамой может быть чуть-чуть поигрался.

— Простите мою служанку — слегка повинилась дворянка перед своим спасителем. Конечно он сказал, что является простолюдином, но мать учила её быть мудрой и вежливой. А барду надо было просто дать понюхать пробку, а не присасываться к бурдюку. Бесы его знает, что она ещё сморозит в таком виде.

— Ничего, я не в обиде — снова проговорил молодой воин, передавая ёмкость с пойлом дальше.

Каллисто сделала один отрывистый глоток, а потом быстро отдышалась и спросила:

— А как вы нас нашли? И вообще здесь оказались?

— Я вышел к броду, где остались карета и телега с трупами. Эти ухари натоптали достаточно, чтобы не потерять след тех, кто убивал женщин и детей. К тому же у этих позорищ рода людского, как видишь, оказались не пустые кошели и нашлось добротное оружие — ответил Конрад, обозначив, что пришёл сюда не ради справедливости, мести или воли богов, а за трофеями.

— А у моих почтенных родителей найдётся награда для того, кто спас их дочь — поспешила проговорить благородная дама во избежание недомолвок — Нужно лишь сопроводить меня до родового гнезда, чтобы получить её.

— Я сделал бы это и бесплатно, леди Айва, но с обещанием награды идти конечно будет веселее — вежливо кивнул юноша, но как-то не проявил особой заинтересованности в деньгах. Впрочем у него тут и так была куча трофеев, а бедность местных дворян ни для кого не секрет.

— А где ваше оружие? — тут же опять влезла Каллисто — Это же двуручный меч атамана разбойников.

— А моё оружие украли лесные феи, пока я спал — с улыбкой и честными-честными глазами развёл руками их спаситель, ясно давая понять, что нормального ответа они не получат — Но как мы все видим, если вчера жизнь что-то у тебя отняла, то на следующий день может подарить нечто иное.

— И коня наверно тоже они? — проворчала явно захмелевшая бард, чьё любопытство не удовлетворили, а только распалили.

— Не, русалкам пришлось отдать в плату за проход — рассмеялся Конрад. Наверно это был намёк на то, что его конь и снаряжение утонуло. А может и нет. В конце концов ближайшая бурная река, в которой подобное могло произойти, была не близко, не говоря уже о море — Теперь Гиб будет морским конём. Я ему даже немного завидую.

— Думаете под водой так интересно? — поинтересовалась Айва, тоже чувствуя, как хмель даёт в голову, а лютое напряжение этого дня отпускает.

В конце концов всё могло быть гораздо хуже. Она жива, её не обесчестили, рядом весело горит костёр, напротив него сидит красивый юноша, что спас её, всё прям как в балладах, что пела Каллисто. Кто её знает кстати, может она как раз сейчас новую составляет, для того и расспрашивает Конрада. Дворянка бросила короткий взгляд на девушку и вынуждена была признать, что вряд ли, бард была просто пьяна. Да и её почтенные родители вряд ли обрадуются перспективе брака с неблагородным женихом, даром что тот хорош собой и воин отменный. В голове мелькнула мысль, что Конрад может спаивать их, чтобы залезть под юбки спасённым девушкам, но Айва быстро отмела её, как не состоятельную. Если бы он хотел, то мог бы всё сделать ещё когда пленницы были связаны. Да и сейчас они вряд ли смогут ему помешать, их силы не сопоставимы.

Конрад же похоже вообще не строил планов по этому поводу и лишь со своей, уже становящейся привычной улыбкой, ответил на вопрос:

— Конечно. Там под водой целый огромный мир, что ничуть не менее красив и богат, чем тот, что находится над поверхностью океанов. Уж я-то знаю.

— Русалки рассказали? — хмыкнула Каллисто.

— Они самые — кивнул юноша — Ты кстати сама рассказать не хочешь, как в мужской одежде путешествовать начала?

— Мне кстати тоже интересно — поддержала их спаситель Айва. Она действительно хотела знать, почему сопровождающий её юноша вдруг оказался девушкой.

— Дура потому что была — буркнула та.

— Это не ответ — слегка надавила дворянка на свою слугу, пусть и временную. В конце концов та ей соврала! Кому вообще такое может понравиться? Её почтенный батюшка, если бы простолюдин попытался навешать ему лапши на уши, мог бы такого наглеца вообще насмерть засечь и был бы в своём праве.

— Зато правда — проворчала девушка — Отец у меня купец. Хотел выдать за своего дружка, жирного и старого борова. Но богатого. Как лошадь перед продажей хвалил, ничего мол что грудь и бёдра маловаты, зато умна, обучена грамоте, счёту и даже музыке, поёт так, что заслушаешься. Тьфу! С музыкой и сбежала. И неплохо кстати жила, странствующему менестрелю везде есть и стол, и дом. Песни-то и благородные господа послушать любят, и купцы, и крестьяне. Год почитай ходила по дорогам и горя не знала. А вот где оказалась.

— В балладах в двух шагах от тебя никого не насилуют и не убивают — понимающе кивнула Айва, передёрнув плечами. Случалось и ей слушать песни о дамах, которых кавалеры спасают от неприятностей, но демоновы менестрели явно опускали все неприятные подробности — А разбойники не такие уж страшные. Куда теперь думаешь податься?

— Не знаю — шмыгнула носом девушка — К отцу бы. Но так может и не принять. А за борова идти и сейчас не хочу. Только больше меня нигде точно не ждут. Разве что может в монастыре.

— Ну возможно ты уговоришь одну благородную леди сделать тебя своей личной служанкой — усмехнулся Конрад, а потом добавил — Ну а что? Иных-то слуг вокруг не видно.

— Их бы похоронить — обронила дворянка, отложив пока что вопрос с наказанием за враньё. Были куда более важные темы, чтобы их обдумать и беды, о которых стоило переживать. Кучер, что обихаживал лошадей и карету, почему-то мало запал в душу своей госпоже, а вот Григора было жалко почти до слёз. Тот защищал её до последнего и пал смертью храбрых, а она о нём вспомнила только сейчас.