Словно чьи-то незримые пальцы обрезали нити марионетки.
Мужик со шрамом через всё лицо застыл в немом изумлении. В его глазах промелькнула тень ужаса.
Я отпустил цепь и выхватил из кобуры наган. Хватит уже возиться с этими ушлёпками, пора заканчивать… Но меня кто-то опередил. Раздались два тихих хлопка. Первая пуля вошла в грудь моего противника, вторая — в голову. Два кровавых фонтанчика.
Противник упал на каменные плиты.
А я уже оборачивался, чтобы столкнуться с новым действующим лицом. Сухонький престарелый китаец в чёрной сутане. У пояса китайца висел чехол с саксом, а в руке этот тип держал самый настоящий пистолет. По внешнему виду ствол напоминал восемнадцатый «глок», только с глушителем. При этом пушка явно была дооснащена магазином повышенной ёмкости на тридцать один патрон. Выглядело впечатляюще.
Передо мной стоял инквизитор.
Не просто инквизитор, а тот, кто в своё время успел попить достаточно моей крови.
В противоположном конце зала шевельнулся Дружинин.
Мы с отцом Симеоном одновременно вскинули оружие и взяли кинетика на мушку.
— Стой, не шевелись, — спокойно приказал дознатчик.
Дружинин замер.
Пока его непосредственный куратор истекал кровью и агонизировал на каменных плитах, а по артефактным спиралям пробегали световые судороги, капитан тщетно пытался понять, что происходит. Зрение ко мне вернулось полностью. Кровь запеклась сухой коркой в носу. Но самое поразительное заключалось в том, что мёртвая гончая шевельнулась. Моего разума коснулось ментальное щупальце.
Хозяин.
Даже не мысль.
Понимание.
Я тебя слышу. Ты в порядке?
Утвердительная волна.
Гончая восстанавливалась.
Невероятно, но факт.
— Отче… — пролепетал Дружинин. — Я выполнял приказ…
— Знаю, — сказал Симеон. — Медленно подойди к нам. Вытяни руки перед собой. Так, чтобы я их видел.
Дружинин подчинился.
Пока капитан шёл через зал, геомант начал шевелиться. Не знаю, в какое состояние мужика ввели эти психопаты, но он всё ещё не воспринимал реальность адекватно.
Я держал бывшего соратника под прицелом.
Не люблю случайности.
Дружинин остановился в двух шагах от инквизитора.
— Выше руки, — приказал отец Симеон.
И снова командир штурмовиков безропотно выполнил команду.
Отец Симеон убрал пистолет в подмышечную кобуру. Извлёк неведомо откуда два металлических браслета и защёлкнул на запястьях Дружинина. Капитан с недоумением воззрился на браслеты:
— Я арестован?