Порабощенная душа: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 2

Каменная пыль прилипла к коже Гевина, как слой наждачной бумаги, когда он провёл бицепсом по лбу и поднял кувалду в воздух. Жар просачивался сквозь лавоподобную руду — элемент, который можно было найти только в адской тюрьме. Каждый взмах обжигал его мышцы, а его раны всё ещё гноились после предыдущего сеанса с демоном-инфорсером, которым было поручено мучить его в качестве наказания. Покрытая пылью кожа чесалась, когда раны пытались затянуться.

Однако в обсидиусе ничего не исцелялось.

Его тело насторожилось, когда краем глаза заметил движение.

Гевин опустил молот и медленно повернулся, столкнувшись лицом к лицу с тремя демонами, чьё вооружение сказало ему, что они не просто мимо проходили.

Никус в центре, узнаваемый по синему оттенку кожи и чёрным узорам, выгравированным на его родном языке, стоял в окружении аекориса справа и витиуша слева.

Все три опасные довольно опасные виды.

У аекориса был красноватый оттенок кожи и рога, торчащие над каждым ухом, напоминавшие бычьи. Что касается витиуша, у которого была тускло-серая кожа зомби и лицо неудачного пластического эксперимента, с маленькими глазами-бусинками, большими деснами и крошечными желтыми зубами, то, должно быть, родиться таким действительно отстойно.

Гевин не удосужился принять форму демона в обсидиусе. По большей части он выглядел человеком. Это значительно облегчало выявление ублюдков, которые хотели нанести ему удар в спину, поскольку для некоторых пород демонов одного лишь вида человека было достаточно, чтобы спровоцировать драку.

Никус склонил голову набок и заговорил через плечо.

— Кажется, нам попался метис. А я-то подумал, что демон, который трахнул ташлу чиновника, был кем-то вроде зверя. — Он наклонился вперед. — Больше похож на сучку.

У всех троих были татуировки оптевила — эквивалент знака ку-клукс-клан в мире демонов, вкладывающего средства в поддержание чистоты демонических видов. В их глазах полукровки, метисы и люди были не чем иным, как приманкой для рабов.

Одним быстрым взглядом он оценил их размер. Изуродованный демон витиуш держал шипованную цепь из стали диаблиса, а это означало, что что бы он ни схватил в помощь, он никуда не денется. Демон аекорис держал боевой топор, который, без сомнения, нанёс бы серьезный урон, если бы его частицы застряли в плоти. Никусу, стоявшему посередине, не требовалось оружие. Его адские когти содержали в себе такой яд, который заставил бы даже инфорсера заплакать, как ребёнка.

Гевин уже обдумал, как всё будет происходить.

— Лучший способ очистить расу демонов? Выбей из грёбаного метиса всё дерьмо. — Лицо Никуса исказилось в улыбке, обнажив потемневшие зубы.

— Не собираюсь ни с кем драться. — Гевин положил молот себе на плечо. — Я здесь, чтобы отсидеть отведённое мне время.

Змеиный язык скользнул по губам демона никуса.

— Что за веселье в обсидиусе, если ты не можешь выместить свой проклятый гнев на свиньях, которые суют свои члены в любые пизды, какие им понравятся, и создают таких ублюдков, как ты?

Удар в адрес отца должен был разозлить Гевина, но, учитывая, что за всю свою жизнь он встречался с демоном всего дважды, это не могло вызвать его ярость.

— О, и правда. — Никус продолжил свою критику. — Твой папаша же не гоняется за шлюхами.

А вот его мать — это совсем другое дело.

Гевин согнул пальцы, испытывая желание выбить демона из дерьма, сжигая его мышцы.

— Я слышал, что другой твой ублюдочный брат ждёт ребёнка от своей человеческой шлюхи. — Глаза демона витиуша расширились от волнения. — Нежная телятинка. Я почти ощущаю вкус новорожденной плоти на своём языке. Чего я бы не отдал, чтобы заставить твоего брата наблюдать, как я трахаю его женщину и сжираю его ребенка.

Зубы скрежетали так сильно, что пронзило череп болью, Гевин широко взмахнул молотом и ударил демона витиуша по яйцам. Отобрав цепь, он увернулся от стремительных когтей и обернул цепь вокруг жабр аекориса, прежде чем забрать боевой топор и отрубить руки никуса.

Бум. Бум. Бум.

Один плавный взмах, и все три демона упали на землю, извиваясь, лягаясь, задыхаясь, борясь за собственное выживание.

— Никогда не говорите о моей семье. Гевин стоял над их дёргающимися телами, их мучительные стоны соперничали по громкости с его словами. — Считайте милостью, что я не отправил всех троих в стигиус.

Металлический грохот позади заставил Гевина развернуться и обнаружить рядом с собой заключённого, сражающегося в рукопашной с демоном породы лубриксиа — это большие краснокожие звери, обычно тупее горстки камней, но чертовски сильные.

Гевин подкрался сзади и прижал боевой топор к шее зверя, придушив его, в то время как другой заключённый в приступе ярости бил его по животу, пока зверь, наконец, не упал. Прежде чем Гевин смог остановить его, заключенный вонзил кирку в сердце демона, и его борьба завершилась.

Холодные, пустые глаза заключенного встретились с Гевином.