Центр беженцев не был в состоянии ответить на все вопросы. Но Карл Матсон получил однозначный ответ. От жалости у Хэла Абрамса, следившего за своим директором, перехватило дыхание.
— К сожалению, мы получили от «Звездного Креста» сигнал бедствия, доктор Матсон. На корабль совершено нападение, и связь оборвалась. Не исключена прискорбная вероятность, что все на борту погибли.
— П-понимаю… И никакой… Нет, нет… Спасибо.
Хэл поправил Карла, едва заметно касаясь его локтя, корца тот устремился к стене вместо двери. Губы друга тряслись.
— Ублюдки… — шептал он. — Совершенно безоружных… подлые убийцы…
Они прошли мимо перепуганных беженцев, ожидавших своей порции дурных вестей. Людям с Матсона уже сообщили, что их мир не стоил жизней, которые надо потерять, чтобы вернуть планету. Космические силы концентрировались на защите важных горнодобывающих миров и не могли отвлекаться на пару акров кукурузы и яблонь-недоростков. А сейчас еще и этот нокаутирующий удар.
Миновав беженцев и избежав их пристальных взглядов, Карл спросил:
— Ты обратно, в морскую пехоту?
Хэл кивнул:
— Да, я уже призван из резерва. Корабль отходит через несколько часов…
Карл выпрямился:
— Я сообщу людям… и пойду с тобой. Если меня возьмут.
— Ну, сейчас-то они любому рады. Но сам-то ты уверен? У тебя ведь никакой подготовки. Работа кровавая…
Карл выдержал его взгляд. Глаза, еще влажные, приобрели прежнюю глубину и были холодными, как черная пустота космоса.
— О да. Я уверен.
Хэл молча кивнул.
Он понял, что врагу не будет пощады от Карла Матсона.
Жаль ему только было, жаль до горечи, что месть его друга будет, по всей видимости, очень непродолжительной.
Получаю от живых образцов все необходимые данные. Генная инженерия — мой конек! По всем программам до сих пор я добился успеха в 99,725 процента. Провожу отбор кишечных паразитов анализируемых образцов и начинаю их модификацию. Работаю без спешки. Противник отошел и перегруппировался, образовав новый очаг инфекции. Признаков возобновления попыток проникновения внутрь колонии не наблюдаю. Продолжаю работу.
Обеспечиваю отсутствие потомства у моих экспериментальных партий паразитов. Это будут своеобразные «мулы». Не хочу, чтобы они стали постоянно действующим биологическим оружием. Нужны дополнительные живые образцы. Подбирать их приходится под интенсивным огнем противника. Для большинства экспериментов я клонирую опытные ткани и определяю действие, производимое на них полученными мною нематодами.
Первая партия паразитов получила подкрепление с корабля. Судно не атакую. Оно нужно мне для доставки моего биологического оружия на борт корабля, в родное гнездо паразитов. Лишь через 3,7 недели получаю достаточно вирулентную форму. Добываю живые образцы и заражаю их. Мои нематоды ведут себя предугаданным образом, выделяя токсины в пищеварительный тракт вредителей. В течение 1,72 дня в опытных образцах развивается сосудистая недостаточность. Через 2,6 дня наблюдается некроз конечностей, и в течение 0,25 часа после этого подопытная особь погибает.
Нематоды умирают через 6,25 часа после гибели носителя. Без носителя они выживают в течение 2,36 часа. На образцы земных тканей разработанные мною цематоды никакого заметного действия не оказывают.
Я готов.
— Безнадега! — надрывался Оливер Парлан. — Вы что, ослепли? Чего ради корячиться два десятка лет? Чтобы попасть в лапы людоедов?
— Всегда остается надежда… — снова начала Тилли.
Оливер и Салли Парлан забаррикадировались вместе с детьми в конце коридора, угрожая открыть шлюзовой люк и разгерметизировать судно. Тилли должна была выиграть время, дать капитану возможность занять необходимую позицию. Лиффи нырнул в люк ремонтного лаза в двух ярдах позади нее и теперь тихо пробирался по лабиринту эксплуатационных проходов и лазов к панели управления поврежденного шлюзового механизма. А она должна все это время заговаривать Парлану зубы.
— Я не оспариваю наличие трудностей, но как мы можем знать: что произойдет за двадцать лет? Конкордат наверняка вернет планету к тому времени. Подумайте о своих детях!
— Я как раз о них и думаю! — Салли Парлан разрыдалась. — Я только о них и думаю, Тилли Матсон, будь ты проклята! Ты хочешь обречь их на жизнь в аду…
— Вы не Бог, Тилли. Не вам Меня судить. — С этими тихими торжественными последними словами Оливер протянул руку к рычагу наружного шлюзового люка, внутренняя дверь которого была заклинена в открытом положении.
Льюис Лиффи резко откинул переднюю стенку панели. Тилли упала на палубу. Лиффи стрелял из своего игольника почти в упор. Закричали Салли и дети. Оливер застыл, медленно сложился пополам и рухнул. Он умер еще до того, как Итами Кобе успел подбежать к нему с аптечкой. Говард отвел Салли с детьми. Проходя мимо, она плюнула Тилли в лицо.