— Значит, в других есть?
Келли исподлобья посмотрел на ближайшую переборку:
— Д-да…
— Это очень опасно?
Мак-Тавиш избегал ее взгляда:
— Опасно, мэм. Я вам все объясню подробно чуть позже, но при первой возможности, обещаю вам. А пока проверьте своих людей: есть ли жертвы, раненые. Пошлите кого-нибудь к животным. Персонал судна ближайшие несколько часов будет, к сожалению, очень занят. Он собрался удалиться.
— Мистер Мак-Тавиш!
Келли задержался.
— Есть убитые среди экипажа?
Он еще больше побледнел, хотя больше, казалось, было некуда. Морковные волосы и веснушки выделялись на этой мертвенной коже, напоминая Тилли о детях, только что оставленных ею. Постепенно она осознала, что перед нею тоже почти ребенок. Двадцать лет, ну чуть больше. Все командное звено такое на этом грузопассажирском судне?
— Я вам все расскажу, мэм. Сейчас мне надо было только вас убедить, что худшее нам не угрожает. Держитесь. Я вернусь. Или еще кто-нибудь. И очень скоро, обещаю вам. — И с этими словами он оставил ее дрожащей от страха.
Дурные вести прибыли с членом команды, которого Тилли раньше не видала. Она ругалась с паниковавшими колонистами, желавшими услышать от нее то, чего она сама не знала.
— Но кто напал?
— …или что?
— Сколько продлится ремонт?
— Дети перепуганы…
— Господа, прощу вас… — Тилли подняла обе руки. — Вы слышали все, что я знаю. Корпус где-то пробит, но не знаю, насколько это серьезно. Что мы вышли из сверхсветового коридора в обычное пространство, все почувствовали. Команда просит нас сохранять спокойствие и проверить состояние пассажиров…
— Какого дьявола они не проверят свое состояние?
— Мы заплатили за рейс!
Тилли пришлось закричать, чтобы ее услышали:
— Чем скорее мы определимся, тем скорее команда сможет нам помочь. Итами, Сарос, пожалуйста, займитесь списком. Раненые, потери, все остальное… О животных подумаем позже, сначала разберемся с людьми.
Они приступили к работе, но тут несколько человек уставились куда-то в сторону. Тилли обернулась и увидела в открытом люке худощавого человека в порванной и испачканной форме.
Что тут началось!
— Что?
— Когда?
— Вы должны!..
Тонкие губы сжались еще плотнее, прежде чем взорваться криком:
— Тихо!
Кто бы он ни был, голос у него был поставлен. Командный голос. Колонисты замолчали. Некоторые, не привыкшие, чтобы на них орали, открывали рты как рыбы, выброшенные на берег. Его темные глаза обратились на Тилли.
— Доктор Матсон?