Стать тенью для зла: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Пока непонятно, когда будут данные, вчера подключил все мощности, какие смог собрать, так что расскажите мне дальше, у Вас наверняка есть еще факты?

- Сколько угодно. Странности продолжались всю войну. Хотя, признаю, победа японцами честно заслуженна, а русские часто вели себя меланхолично, без азарта. Но иногда на японской стороне вылезает некий фактор, про который можно сказать «ну просто повезло». Японский линкор «Фудзи» последним залпом из поврежденной башни... Представили себе совпадение? Вызывает взрыв погребов на русском линкоре. Причем на «Фудзи» были самые плохие артиллеристы из этого отряда, это показали стрельбы буквально за неделю до сражения.

Русский линейный крейсер «Осляба» в завязке сражения ловит крупнокалиберный снаряд, мало того, что на уровне ватерлинии, так еще в стык переборок, после чего тонет в течении тридцати минут, фактически только из-за этого попадания. Весь полный разгром русских в том бою начался с этого, как говорят моряки, лаки-шота, а полным его сделал второй лаки-шот с «Фудзи» и действия эсминцев.

- Опять эти ваши эсминцы?

- Посмотрите сами: в истории этой войны было две массированные атаки японских эсминцев на идущую ночью эскадру. В обоих случаях корабли были избиты дневным боем. В обоих случаях они шли в точку, известную японцам. И радикально отличались эти ситуации только с точки зрения стратегии. Если их первый флот шел в обреченную крепость, чтобы гарантированно там погибнуть, второй — прорывался на базу, с которой можно было действовать, не опасаясь ее захвата.

- Я, кажется, угадываю результат.

- Да. Первая эскадра не потеряла ни одного корабля, не было ни одного попадания. Вторая — два броненосца и крейсер. Ровно столько, сколько и в первую торпедную атаку этой войны. Два броненосца и крейсер.

И опять давящая тишина виртуального пространства, начисто лишенная покхекиваний, многозначительных вздохов, сопения и шмыганий носом. Всего того, что незримо рисует эмоциональную картину беседы\. Интерфейсы нейропереводчиков, которыми пользовались удаленные на тысячи километров друг от друга собеседники для связи (и, собственно, для понимания друг друга, они говорили на разных языках), считают лишним передавать не несущие информации звуки, пусть они и не требуют перевода.

- Знаете, мне что-то захотелось поскорее получить аналитику, а то Вы мне сейчас тут нарассказываете. При таких переменах рванет как под Таманрассетом в 3028-ом, не меньше. Успеет ли наш ИИ обработать все расклады — не знаю. Повторюсь, будь Вы индусом или немцем — к Вашему докладу было бы гораздо меньше скепсиса, и нам бы подключили гораздо больше мощностей. Всем известно, что вы, русские, носитесь с идеей фикс о своем особом пути похлеще поляков или американцев, вас вечно нечестно обыгрывали и всё такое... Я попробую еще надавить на Совет.

Глава 2.

Отступление.

О хрононавтике для чайников, издательство 2471 года. Глава 3.

Человечеству повезло. В отличие от многих, выпущенных неосторожными потомками Адама и Евы джинов (искусственные вирусы, атомное оружие, социальные сети и гендерная толерантность), хрононавтика еще до своего воплощения в первых работающих прототипах, получила полную и всеобъемлющую теоретическую базу, ясно объясняющую, что делать можно, а что нельзя. База эта была проста, как правило солидного стриптиз-клуба. «Смотреть — можно. Трогать — нельзя».

Если быть точными, то вот вам прямая речь профессора Джоба Смита (Массачусетский технологический институт), и да поможет вам Сатурн (это древнеримский бог времени, а вовсе не устроитель вечеринок-сатурналий):

Вселенная имеет свойства самосогласованности и вероятностного процесса энтропии. Всякий раз, когда любая элементарная частица участвует в вероятностном процессе, рождаются соответствующие версии Вселенных, и этих версий почти бесконечное количество, но всё же не бесконечность. Эти вероятностные варианты Вселенной непрерывно складываются в интерференционную Вселенную Окончательной Реальности. Есть некий Предел затухания интерференционной картины, ~ через 540 лет изменения нивелируются - предел Нанси.

Но если в тонкую структуру изменений Вселенной внести помехи причинно-следственных связей, то через эти 520 лет интерференция реальностей останется несогласованной, возникнут неустранимые разрывы и фазовые сдвиги пространственно-временного континуума, что ведёт к локальной фазовой перестройке пространства- времени, что в свою очередь может привести к преобразованию кварков в антикварки - в некотором объеме пространства произойдет аннигиляция вещества тем большая, чем сильнее искажения интерференционной картины вероятностной энтропии. И это пострашнее термоядерного оружия прошлого.

__

Где-то в надпространстве, открытым шведским физиком Хальбергом, существует некая эталонная модель Вселенной (популяризаторы типа автора этих строк прозвали ее Велесовой книгой), которая развивается без всякого хроновмешательства. И расхождение с которой на любом уровне, вплоть до раздавленной - не раздавленной бабочки, приводит к болезненным сдвигам и разрывам существующего пространственно-временного континуума. Нет, конечно, с раздавленной хронопутешественником бабочкой, смирится можно, это выльется в энергетический выброс, эквивалентный не вовремя коротнувшей батарее в Вашем телефоне, но вот спасать президента Кеннеди или убивать некого австрийского художника... попахивает если не самоубийством всего человечества, то по крайней мере серьезным членовредительством. Это было бы удесятеренным ядерным конфликтом между Индией и Пакистаном, но с рандомным распределением атомных зарядов по всей поверхности Земного шара. Явление это было названо учеными «хронооткатом», и как выше говорилось, было полностью предсказано еще до первого старта первой хрономашины.

В общем-то, при первом приближении, человечество ожидал гарантированный ад. Ясно, что со временем любая технология будет становится все доступнее и доступнее, и при некотором упорстве и средствах, рано или поздно, пресловутая «машина времени» станет доступна для достаточно широкого круга лиц. И вот представьте - на одной чаше весов возможность выиграть в лотерею или удачно вложить деньги в акции, на другом — взрыв в пару мегатонн в случайном уголке шарика. Понятно, что покушений на хронодевственность будет ровно столько, сколько машинок времени смогут добыть пытливые умы без социальной ответственности. Однако...

Ткань времени невозможно пронзить на бесконечную глубину. Граница Нанси (ударение на последний слог) — отдаленная от нас на примерно 540 лет тому назад дата, дальше которой человечество занырнуть не способно. Определяется сугубо природой нашей Вселенной, неизменна как гравитационная постоянная или скорость света в вакууме. В точке Нанси происходит так называемый Окончательный Рендер реальности — история записывается на скрижали Вселенной, и уже ничто не способно ее изменить. В эту точку наш мир должен приходить ровно таким, как если бы мы его не меняли никакими хронопутешествиями. Было изменение? За него придется заплатить выбросами антивещества через эти самые примерно 540 лет.

Почему мы говорим «примерно»? Потому что точка Нанси движется по таймлайну не с линейной скоростью. Ее движения напоминают то, как накатываются волны прилива на пологий пляж. То останавливаются на некоторое время, то сразу поглощают новый кусок. Эта дельта, получившая название дельты Высоковского, обычно имеет разброс в месяц-полтора, и современными средствами предсказать ее точное значение в данной точке наука не способна. Но даже иногда замирая на таймлайне истории, точка Нанси неумолимо движется за плэйхэдом основного времени, и горе всем, если она найдет хроновмешательство.

Именно потому в Патруле Времени Точку Нанси называют так-же Точкой Расплаты Человечества. И именно поэтому существует Патруль Времени.

14 марта 1904 года, Порт-Артур.

Вот тебе и выходные. Контр-адмирал потер виски и прошелся по комнате. Чертова мигрень, опять засиделся до утра за никому не нужными бумагами, прям раскалывается голова... . Где-то рядышком проживал китаец, который лечил его какими-то иголочками, втыкая их (совершенно, кстати, не больно) в виски. Но нету китаезы, умотал куда-то как только война началась. А доктора вызывать из-за пустяка не хочется. Самому что ли попробовать... Куда-то сюда он колол. Нет, колоть конечно не буду, помассирую пальцами...

Вильгельм Карлович, навалившись локтями на стол, растирал виски. Взгляд вильнул выше лежащих документов. В блюдечке под чернильницей валялась та самая черная горошина, подобранная им на месте покушения. Правда адмиралу больше не казалось что она жужжит и вибрирует, видимо действительно тогда была легкая контузия. А шарик странный, вроде мягкий, но увесистый что твоя дробина. Прохладный...

Прижав ладонью горошину к виску, адмирал задумчиво прокатал ее по кругу. Ооо, снять бы руками эту тупую боль, разодрать ее и выкинуть вот в эту чернильницу.... Или вот пусть боль перейдет на этот шарик, пустой, холодный шарик. Или пусть из шарика выйдет что-то пустое, холодное и равнодушное, и залезет в висок вместо этой тупой, изматывающей боли...

Внезапно рядом, под самым ухом, мелодично скрипнуло тележной осью. А потом легонько два раза стукнули маленьким молоточком по медной пластине над его головой. От неожиданности адмирал дернулся, закрутил головой, не понимая что это сейчас звучало. А шарик... В ладони его уже не было. Наверное куда-то закатился, ну да ладно, потом прислуга найдет...