Полный спектр: читать начало книги онлайн

– Ты еще кто, блять, такой? – почти рычит он, делая шаг в мою сторону.

Я не могу ответить, облизывая пересохшие губы, с трудом переводя дыхание. Оглядываю пять тел, валяющихся на асфальте, отмечая, что моя работа здесь выполнена.

—Убирайся, идиотка! – предупреждает Дороти, и я прислушиваюсь, молниеносно запрыгивая на свой мотоцикл, уезжая, пока Уэйд ругается и кричит мне вслед.

Из всего набора раздражающих вещей, которые выводят меня из себя, есть одна, на тонну перевешивающая остальные. Я ненавижу, когда кто-то ставит себя между мной и опасностью. Мысль, что другой может пострадать по моей вине, все еще невыносима, даже если я сам не раз подставлялся под пули, чтобы спасти жизни. И каково же мое удивление, когда какой-то псих преградил путь отморозкам Роджерса.

После времени, проведенного в компании Джоша и Элси, я был на взводе, и это еще мягко сказано. Даже слепой разглядел бы, как эти двое влюблены друг в друга, и напряжение между ними просто каким-то образом повлияло на меня, заставив чаще обычного хвататься за телефон, чтобы набрать сообщение моей незнакомке. Но я одергивал себя, не желая походить на слюнтяя, решив перенаправить нереализованную энергию в попытку завершить давно начатое и устроить фейерверк в месте, где собирались эти отбросы, называющие себя грозой Среднего Запада.

Для начала я немного поколдовал с вереницей машин, припаркованных на переполненной парковке, а потом отправил небольшую ракетницу прямо в окно кабинета их босса, наблюдая, как сукины дети выпрыгивают из всех щелей, похожие на тараканов. Я так увлекся хулиганством, что упустил внедорожник, стоящий неподалеку. Как только группа выживших выбралась наружу, они сразу же ударили по газам, пытаясь вернуть мне должок. И кто теперь скажет, что я не знаю толк в настоящем веселье?

Все шло очень даже неплохо, я почти не обиделся на резкий удар бампера, испортивший мой мотоцикл, в конце концов, я повредил десяток их игрушек, но вот то, что случилось потом, выбило меня из равновесия. Никогда еще не был так зол, как сейчас, врываясь в офис «Стикса», по пути велев Линку отследить и подготовить все имеющиеся записи с камер, расположенных в районе произошедшей драки.

Лифт везет меня на нужный этаж, но останавливается, и когда двери открываются, понимаю почему. Чуть не стону, закатывая глаза. Джош, стоящий в коридоре, выглядит так, будто только что хорошо потрахался, чего я не делал уже… Точно не помню сколько. Такое ощущение, что она нарочно избегает наших встреч, заставляя меня чувствовать себя огромной тикающей бомбой. Я почти жалею, что позволил ей войти в мою жизнь и перевернуть ее привычный уклад вверх дном. Теперь я даже на лицо друга не могу спокойно взглянуть, зная, что он, возможно, впервые за всю свою долбаную жизнь счастлив. Я должен радоваться, но прихожу в бешенство, хоть, как и всегда, не выдаю истинных чувств, пряча их за подобием беззаботной улыбки.

– Господи, что с твоим лицом? – спрашиваю Джоша, как будто не вижу маленькую фигурку, что стыдливо прячется за его спиной.

– А с твоим что? – сухо бросает он, взгляд мужчины опускается от моего покрытого ссадинами лица к порванным джинсам, снобистская гримаса кривит его губы.

– Лучше тебе посмотреть самому, какой-то членосос прервал мое веселье, перебив половину банды Роджерса. Я собираюсь найти его и затолкать его шлем прямо в его… – решаю не заканчивать фразу, видя, как расширяются глаза Элси, выглядывающей из своего укрытия. – О! Привет, Вайолет! – приветственно играю пальцами, покрытыми кровью тех засранцев. – Прости, я тебя не заметил. Снова прячешься?

Моя улыбка на этот раз вполне искренняя. Мне нравится Элси с ее сиреневыми волосами и всей этой зефирной воздушностью. Она теперь выглядит совсем по-другому, но ей так идет этот цвет. Элси не различает оттенки, кроме сиреневого, вот почему она выбрала его в качестве своей маскировки, решив, что это поможет запутать и отпугнуть хищника. На самом деле, очень даже умно – прятаться почти на виду, о чем свидетельствуют три года безрезультатных поисков, которые наконец-то, к радости Джоша, завершились успехом.

– Меня зовут Элси, – поправляет она, гордо выпятив подбородок.

Почти смеюсь над этим, ведь мне так нравится время от времени держать ее в тонусе и подкалывать, используя имя, которое она выбрала, пока была в бегах.

– Прости, самозванка, мне больше нравится Вайолет, – подмигиваю, улыбаясь еще шире.

Просмотр записей не дал ничего хорошего, маленький пронырливый щенок знал о расположении камер, поэтому удрал так виртуозно, что Линк не смог отследить весь его путь. Я бы поехал следом, если бы не разбитый байк, который пришлось отправить в срочный ремонт. В придачу у нас нет лица, так как он отделал троих, даже не сняв шлема. Не могу сказать, восхищен я или раздосадован, что такой потенциал пропадает. Мы вербуем лучших из лучших, и кем бы ни был этот гаденыш, я должен отыскать его, чтобы вытрясти побольше информации.

Или сказать спасибо за помощь.

Мои зубы скрипят, я снова и снова просматриваю видео драки, отмечая технику парня и его удивительную скорость, пока не замечаю одну маленькую деталь. Я даже придвигаюсь к экрану, приближая изображение, когда вижу, что выбитый из его руки пистолет все еще лежит на земле, пока группа уборщиков «Стикса» не прибывает, чтобы собрать все для утилизации.

– Попался! – Вскакиваю с места, бегу к лифтам и сшибаю по пути пару людей, не извиняясь. Мне нужно успеть изъять оружие, пока его не уничтожили за ненадобностью.

Лифт едет целую вечность, и я лишь молюсь, чтобы снова не встретить Джоша и не испачкаться об его романтичную ауру. Добираюсь до склада с вещдоками, за которым дальше по коридору установлены огромные печи, натыкаюсь на ребят, несущих большие пакеты в том направлении.

– Пистолет с последнего инцидента, – выпаливаю, выхватывая один из пакетов и начинаю рыться в нем, надеясь найти то, что ищу. Не найдя, беру второй, вытряхивая содержимое на пол. Бинго! Аккуратно большим и указательным пальцами поднимаю маленький «Глок», покручивая его перед собой, пока возвращаюсь назад, пинком открывая дверь в отдел вещдоков. – Порошок и клейкую ленту, живо! – Щелкаю пальцами свободной руки перед лицом криминалиста.

Через десять минут я уже сижу перед своим компьютером, загружая данные в программу и нетерпеливо постукивая ногой. Скоро у меня будет имя, а там и адрес, тогда я буду знать, что за парень помог мне сегодня, а главное, зачем и как он вообще узнал, что мне нужна помощь. Это точно не было случайностью, учитывая пистолет и боевую подготовку.

По оружию нет никаких зацепок, так как «Глок», скорее всего, куплен на черном рынке, а вот отпечаток на нем спустя долгих сорок пять минут выдает одно-единственное совпадение. Приходится дважды моргнуть, потому что его нет в базе, зато моя личная папка со скудными данными, собранными на загадочную незнакомку, открывается автоматически. Надпись на экране четко и ясно говорит, что пальчики принадлежат ей. Те самые отпечатки, что я снял с ножа и внес в систему безопасности клуба, предоставив ей доступ в свою комнату.

– Святое долбаное дерьмо! – вслух ругаюсь, откидываясь в своем кресле и проводя руками по лицу. Из всех вариантов развития событий этот, пожалуй, самый непредсказуемый. Размытое фото с танцпола, где она двигается, закрыв глаза и улыбаясь самой себе, смотрит на меня с монитора.

Кто же ты, мать твою, такая, малышка?

Глава 16

Предназначение. Вы когда-нибудь задумывались о том, что многие из нас всю свою жизнь ищут его, но так и не находят, покидая этот мир потерянными? До сегодняшнего дня я не придавала глобального значения таким, казалось бы, простым вещам, как смысл моего существования и то, что я смогла бы оставить после своего ухода. То есть, конечно же, я всегда искала себя, перебирала бесконечные занятия и фантазировала о том, как однажды совершу что-нибудь значимое…

Теория резко отличается от практики, но до этого мы еще дойдем, а пока я наслаждаюсь своим завтраком из овсянки с фруктами, параллельно занимаясь чисткой оружия. Различные детали разложены на большом кухонном столе, несколько грязных тряпок и кусочков сукна раскиданы поверх распечаток бумаги. Музыка льется из динамика проигрывателя, но замирает, пластинка внезапно трескается в месте соприкосновения с иглой, и моя рука, держащая вилку, опускается на стол.

Можно было бы подумать, что это какой-то дурной знак, что нужно прислушаться к намекам свыше, остаться дома и не вступать в смертельный танец с обстоятельствами. Но я еще не знаю, что произойдет разлом личности, поэтому встаю и подхожу ближе, осматривая повреждение, тщетно пытаясь вспомнить имя человека, послужившего материалом для этого экземпляра музыкальной коллекции. Забывчивость мне не свойственна, и это, по сути, второй знак за утро, но и его я игнорирую, снимая поврежденную пластинку с проигрывателя, отправляя ее в мусорную корзину, предназначенную для использованной оружейной ветоши.