Воля владыки. В твоих руках: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Он узнал дальнострел и помнит покупателя, — от порога сказал Дар. — Я уже отправил Вагана.

— Кто?

— Внук почтенного Джасима аль Данифа, Кадорим его звать, — с поклоном ответил мастер. — Юноша водил по ярмарке своих младших братьев. Сделал большую покупку, но дальнострел только один.

— Я рассчитываю на твое молчание, Килим, — сказал Асир. Дару хватило одного взгляда: тут же позвал стражу, кивнул:

— Проводите.

— Погоди, — остановил Асир. Достал кошелек с сотней золотых, подал мастеру.

— Премного благодарен, но доброе имя и верность владыке для старого Килима дороже золота. Я буду нем до тех пор, пока пески не примут мои старые кости.

Асир кивнул.

Килиму незачем было болтать. А денег с этой ярмарки он и так наверняка привезет немало. Умный пес не станет вцепляться в кормящую руку.

Едва исчез за дверью Килим, явился Фаиз. Асир усмехнулся: тайный советник казался единственным спокойным человеком в этом, как выразился бы Дар, блядском цирке. Только сжатые до белизны губы слишком многое говорили, даже если бы Асир не чуял не до конца приглушенный запах. Фаиз был в ярости.

Но Асир и сам готов был убивать и, сдерживая это желание, даже не пытался сдерживать еще и запах. Лекарь, закончив со снадобьями, исчез молча, беспрерывно кланяясь; кродахи из охраны держались по ту сторону дверей; мрачный Дар помалкивал и, похоже, готов был ко всему, включая бассейн с акулами.

— Так. — Асир встал, придавил обоих советников мрачным взглядом. — Я на ужин. Нельзя вовсе там не появиться. Сардар, ты со мной. Фаиз, встретишь Вагана и этого… достойного внука почтенного старого козла. Когда вернусь — хочу услышать что-то еще, кроме имени и того, где этот выблядок взял дальнострел.

— Услышишь, владыка, — Фаиз поклонился коротко, почти кивком, и вышел.

Ужин Асир запомнил плохо. Все силы уходили на то, чтобы не выдать ни бешенства, ни боли. Он благосклонно выслушивал хвалы празднику и собственному щедрому гостеприимству, принимал прощальные дары, просителей и жалобщиков отправлял к Дару или Ладушу и ждал момента, когда можно будет уйти, не оскорбив этим законы гостеприимства. Лалия, ожидавшая его среди гостей, что-то поняла: прикрутила свою язвительность, смотрела вопросительно и явно рассчитывала на объяснения.

К счастью, праздник утомил всех, так что слишком задерживаться не пришлось.

Фаиз подгадал время точно — вошел в спальню, едва Асир скинул надоевшую парадную одежду и повалился на кровать, а Лалия спросила:

— Что происходит?

— Слушай, — ответил Асир и посмотрел на Фаиза: — Ну?

— Кадорим дех Маджид аль Даниф не знает о заговоре, — бесстрастно сообщил тот. От него густо пахло кровью и страхом, ярость сменилась сытым удовлетворением. — Но он слышал недовольные разговоры своего отца, деда и дядьев и сделал собственные выводы. Решил, что старики ни на что, кроме жалоб на жизнь, не способны, зато он, избавив Имхару от негодного правителя, станет героем. А заодно превзойдет своего старшего брата, который слишком много времени проводит со стариками и подцепил от них склонность к пустым разговорам. Содержимое этих разговоров и жалоб я еще уточню, там может вскрыться немало интересного. Пока же ничто не противоречит нашим прежним выводам: отрекшиеся сделают свой ход, когда в Им-Рок прибудут делегации владык Ишвасы. Их цель — вызвать недовольство правлением владыки Асира среди народа, спровоцировать бунт и тем самым показать всему миру, что Имхаре нужен другой правитель. Если в ходе волнений пострадают наши гости, это докажет неспособность владыки Асира поддерживать порядок и обеспечивать безопасность. Пока все.

— Подробности, — потребовал Асир.

— Полно, — рявкнул вошедший Сардар. Фаиз молча отступил к окну. Сцепил руки сзади в замок. Как они работали вдвоем столько лет и не только не выгрызли друг другу горло, но даже ни разу всерьез не сцепились, было загадкой не только для Асира и всего дворца, но и для них самих. — Этот выродок не планировал стрелять. Думал сначала об отравлении, запасся, как заправский аптекарь, но подступиться с этим ни к кому из слуг не вышло — слишком много охраны во дворце. Слишком много глаз и ушей. Потом собирался пропитать ядом что-нибудь из даров. Тот талмуд со стишками…

— Стихами, — без выражения поправил Фаиз. — Стихами почтенного Абу дех Пранта в обработке его правнука.

— Да похрен. Но решил, что это сразу укажет на него.

— Он что, идиот? — спросил Асир.

— Хуже. Потому его и не подпускали ни к чему важному.

— Дальше.

— Дальше шло время, он не знал, что делать. Мысль о том, чтобы использовать дальнострел, взбрела ему в голову сегодня утром, но стрелять в тебя на площади опять же было слишком рискованно. Он привел детей с праздника, попросил себе вина на террасу, дождался, перемахнул через ограду…

— Откуда он знал, что я поведу Адамаса в зверинец?

— Да не знал он ни хрена. Собирался стрелять на ужине.

— В зале, где полно народу и стражи?