Рев двигателя заставляет обоих мужчин резко развернуться к открытой двери склада, когда внутрь влетает черный внедорожник. Он с визгом останавливается всего в нескольких дюймах от мужчин.
Это мой шанс. Может быть, мой единственный шанс. И я его использую.
Мне не дадут сбежать через дверь склада, поэтому я проскальзываю за Escalade и бросаюсь к цементовозу.
— Какого хрена? — кричит мужчина.
Я спряталась за грузовиком, поэтому не вижу, что происходит, но слышу, как шины с визгом останавливаются, и внутрь въезжают все больше и больше машин. Я слышу крики и стук сапог по бетону.
И стрельбу. О господи, это гангстерские разборки. И я прямо посреди всего этого .
Я пробираюсь дальше на склад и ныряю под землеройную машину. Они слишком заняты борьбой за свои жизни; может быть, они забудут, что я здесь. И после того, как они перестреляют друг друга, когда все тела падут, я могу выползти и ускользнуть. Сбежать из бойни. Я сворачиваюсь в тугой клубок, прикрываю голову и тихо повторяю мантру: Они не могут меня видеть. Я невидима. Я невидима.
Я так крепко обхватываю руками голову, что мне требуется некоторе время чтобы осознать, что стрельба прекратилась. Что никто больше не кричит. Словно черепаха, медленно вылезающая из панциря, я осторожно высовываю голову и слушаю…
Тишина.
Нет, не совсем. Приближаются шаги. Из-под экскаватора я вижу пару ботинок, остановившихся прямо рядом с тем местом, где я прячусь. Черные ботильоны, узкие, потертые и странно знакомые.
— "Мама?"
Лицо Джейн вдруг смотрит на меня из-под землеройной машины. Мы смотрим друг на друга, и на мгновение мне кажется, что у меня галлюцинации. Как это возможно? Моя блистательная несгибаемая дочь волшебным образом появилась из ниоткуда. Она пришла спасти меня.
— Эй, ты в порядке? - спрашивает она.
Я выползаю из-под экскаватора и бросаюсь в ее объятия. Я не могу вспомнить, когда в последний раз так крепко обнимала свою дочь. Не с тех ли самых пор, много лет назад, когда она была еще маленькой девочкой, я могла взять ее на руки и заключить в объятия. Сейчас она слишком большая для этого, но я все еще могу попытаться, и когда ее каблуки отрываются от пола, я слышу ее смех. — «Ух ты, Ма!»
Раньше я был той, кто приходил ей на помощь, латал ободранные коленки и сбивал лихорадку. Теперь она спасает меня, и я никогда еще не была так счастлива, что у меня есть такая девочка, такая дочь.
— «Ма». — Она отстраняется и смотрит на мое разбитое лицо. — "Какого хрена они сделали с тобой?"
«Меня немного пристукнули. Но я в порядке».
Она поворачивается и кричит: — «Грили! Я нашла ее!"
“Кто такой Грили?” - спрашиваю.
Затем я вижу, как он шагает к нам, человек, которого я когда-то знала как Мэтью Грина. Он оглядывает меня с ног до головы, невозмутимо оценивая мои повреждения. — “Как вы думаете, вам нужна скорая помощь, миссис Риццоли?” спрашивает он.
— “Я просто хочу домой”, - говорю я.
“Я так и думал, что вы это скажете. Давайте попросим вашу дочь отвезти вас домой и привести в порядок. А потом нам с вами нужно поговорить". - Он поворачивается, чтобы уйти.
“О Нине?” спрашиваю я.
Он останавливается. Поворачивается ко мне лицом. — “Что вы о ней знаете?”
— “Я знаю, что она собирается свидетельствовать против него. Я знаю, что если он когда-нибудь найдет ее, она покойница. Я знаю, что у него есть осведомитель в полиции Ревира, который снабжает его информацией, так что имейте это в виду. И один из его людей прямо сейчас находится у Колоннады, ищет ее.”
Мгновение он смотрит на меня, как будто видит меня — по—настоящему видит - впервые. Уголок его рта приподнимается. — “Я думаю, в вас есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд”. — Он поворачивается к Джейн. — “Пожалуйста, отвезите ее домой, детектив. И держите ее подальше от моего дома. Если сможете.”
— “А что насчет Нины?” - окликаю я, когда он отворачивается.
— “Теперь с ней все будет в порядке”.
— “Откуда вы знаете?”
— “Доверьтесь мне”.