Джейн нырнула сквозь очередную путаницу ветвей и прорвалась на другую сторону, подняв оружие. Она столкнулась лицом к лицу с мужчиной, вооруженным парой садовых ножниц. Мужчиной, который смотрел на нее с выражением крайнего ужаса. Он уронил ножницы для стрижки живой изгороди и поднял обе руки вверх. Одним взглядом Джейн заметила его дождевое пончо и рабочие ботинки и увидела кучу обрезанных веток в заднем отсеке квадроцикла.
Садовник. Я чуть не застрелила садовника.
— “Извините”, - сказала она и убрала оружие в кобуру. — “Мы из полиции. Все в порядке. Это...
— “Риццоли!” - крикнул Фрост. — “Он там!”
Она обернулась и успела мельком увидеть, как человек, за которым они гнались, исчез за воротами кладбища. Теперь он был вне их досягаемости, слишком далеко, чтобы они могли его поймать.
— “Эм... могу я теперь их опустить?” - спросил садовник, все еще держа руки поднятыми над головой.
— “Да”, - сказала Джейн. — “И, может быть, вы сможете нам помочь. Тот человек, который только что выбежал за ворота, вы знаете, кто он?”
— “Нет, не думаю”.
— “Когда-нибудь видели его раньше?”
— “Я не разглядел его лица...”
Джейн вздохнула и повернулась к Фросту. — “Возвращаемся к исходной точке”.
— “... но он может быть на видео”.
Внимание Джейн снова переключилось на садовника. — ”Каком видео?"
— “Жаль, что нам вообще нужны такие камеры, но увы, таков мир в наши дни. Никто больше не уважает частную собственность, как в былые времена, когда я рос”, — сказал директор кладбища Джеральд Хаас, который, безусловно, был достаточно взрослым, чтобы помнить мир таким, каким он был когда-то - или каким он думал, что он был. Он осторожно опустился в кресло и включил компьютер. Как и приемная морга, кабинет директора был обставлен со вкусом, выдержан в спокойных пастельных тонах, а на стенах висели цитаты в рамках.
Важна не длина жизни, а ее глубина.
— Ральф Уолдо Эмерсон
Ибо жизнь и смерть едины, как едины река и море.
— Халиль Джебран
Также на стене висела карта растянувшегося на 250 акров участка, дорожки которого были названы в честь цветов и деревьев: Лавандовый Путь. Гибискус Лейн. Озеро Магнолия. Как будто эти земли были засажены садами, а не бренными останками людей.
Артритными руками Хаас неуверенно управлял компьютерной мышью, но каждое движение, каждый щелчок занимало мучительно много времени. Джейн подумала о проворных пальцах Джамала Берда, печатающих с головокружительной скоростью юности, и ей пришлось заставить себя набраться терпения, наблюдая, как скрюченная рука Хааса прокручивает и щелкает, прокручивает и щелкает.
— “Может быть вам помочь, сэр?” - спросил Фрост, вежливый, как всегда, без намека на нетерпение, от которого изнемогала Джейн.
— “Нет, нет. Я знаю эту систему. Просто мне нужно некоторое время, чтобы вспомнить, как это делается...”
Еще одна прокрутка. Ещё щелчок.
— “Вот и оно.”
На экране компьютера появилось забрызганное дождем изображение. Это была зона высадки пассажиров у входа на кладбище.
— “Это камера видеонаблюдения у наших главных ворот, на южной стороне”, - сказал Хаас. — “Она установлена прямо над аркой, и записывает всех, кто входил и выходил этим утром”.
— ” А как насчет северного входа? - спросила Джейн, указывая на карту на стене. — “Там тоже есть камера?”
— “Да, но этим входом пользуются только наши сотрудники. Эти ворота постоянно заперты, и для входа требуется кодовый ключ. Так что посетитель не мог войти таким образом.”
— “Тогда давайте просто посмотрим видео с главного входа”, - сказала Джейн. — “Поскольку мы знаем, что именно так он и ушел”.
— “За какой промежуток времени вы хотите посмотреть записи?”