— Он просто появился? Без звонка, без предупреждения? — выпалила я.
— Да. Никто из нас не знал, что он придёт. Кирюша испугался и убежал в группу. Мы старались его успокоить.
Гнев сжёг меня изнутри. Как он посмел? Как он смеет вдруг появляться, когда у него была возможность быть рядом все это время, и он её просто упустил? Я поднялась со скамейки, голос дрожал от напряжения.
— Этот человек отказался от своего сына! Мы выживали вместе с Кирюшей, я работала на износ, чтобы он не чувствовал себя брошенным. А он теперь появляется — как будто хочет всё исправить! Он даже не заслуживает называться его отцом!
Слезы навернулись на глаза, но я сдержалась. Никогда раньше не чувствовала такой злобы и боли одновременно.
Позже вечером, когда Кирюшка крепко спал, я села рядом с Русланом на диван и рассказала ему всё.
— Он был у сада, — сказала я, стараясь не плакать, — и хотел подойти к сыну, но Кирилл убежал. Я... я просто не знаю, что думать.
Руслан внимательно слушал, потом крепко сжал мою руку.
— Ты знаешь, я понимаю, как тебе больно. И у тебя есть полное право быть в ярости. Но я думаю, нам стоит подумать о том, чтобы перевести Кирюшу в другой сад. Место, где мы сможем контролировать, кто с ним общается, и где он будет в безопасности. Это важно для тебя и для него.
Я вздохнула глубоко, впервые за долгое время почувствовала облегчение.
— Может, ты прав... — тихо сказала я. — Я не хочу, чтобы Кирюша снова испугался. Не хочу, чтобы прошлое нависало над нами.
Руслан обнял меня, и в этом объятии я почувствовала, что мы наконец вместе, что вместе сможем защитить нашего сына от боли и предательства.
Глава 24
Оля
Прошло два года с тех пор, как Руслан вошёл в мою жизнь. Сначала просто рядом, потом — с каждым днём всё ближе, глубже, нужнее. Год назад мы поженились. Без пышной свадьбы — но как-то очень по-настоящему. Были мы, Кирюша, Лена, пара близких людей. Я помню, как он держал меня за руку, когда мы говорили клятвы, и как мне казалось, что это — и есть мой новый дом.
Петя... Петя исчез. Совсем. Не звонил, не появлялся. Будто растворился. И, честно? Я не вспоминала о нём. У меня была другая жизнь. Настоящая.
Кирюша уже совсем взрослый. В этом году идёт в первый класс. Маленький мужчина в рубашке, который каждое утро делает вид, что ему «всё равно», но я-то вижу, как горят его глаза. Он стал спокойнее. Увереннее. Потому что рядом был Руслан. Не биологический отец — но настоящий. Настоящий во всём.
Мы много путешествовали. Я начала дышать. Смеяться чаще. Стала мягче. Мы были как команда. До недавнего времени.
Последние недели Руслан был каким-то... другим. Постоянно напряжённый. Уставший. Резкий. Он стал владельцем компании — выкупил контрольный пакет, теперь всё на нём. Я понимаю, это огромная ответственность, но... Я же рядом. Мы же вместе, нет?
А сегодня я узнала, что я беременна. Десять недель. Мы с Русланом пытались давно. Были анализы, слёзы, надежды. Всё впустую. И тут — вдруг получилось. Врач держал снимок УЗИ, а у меня тряслись руки. Маленькое сердечко, которое уже билось во мне. Наша жизнь, наше продолжение. Я не могла ждать вечера. Мне нужно было сказать сейчас . Услышать его голос. Его радость. Обнять.
Я приехала в офис. Поднялась на этаж.Секретаря на месте не было. Я глубоко вдохнула и постучала.
— Руслан? Можно? Я не помешаю?..
Он сидел за столом. Сильно нахмуренный, напряжённый. Без улыбки. Без «привет, любимая».
— Оля, ты сейчас мешаешь . У меня встреча через пять минут, совсем не время. Вечером поговорим.
Мешаешь .
Это слово врезалось в грудь, как лезвие. Я кивнула, выдавила что-то вроде «понятно» и вышла.
Не попрощалась. Не объяснила. Не сказала ни слова. В лифте я начала плакать. Сначала тихо, потом уже в голос. Потому что это было слишком похоже на то, как когда-то со мной разговаривал Петя.
Как будто всё, что я есть — это неудобство. Вовремя и не вовремя. Помеха.
Когда я вышла из здания, мир плыл. Всё закружилось. Я остановилась. Сделала пару шагов. И тут…
Я увидела кровь. На асфальте. Сначала пару капель. Потом больше. Моё сердце остановилось.