Мегорский молча кивнул, после чего бросился в распахнувшуюся чёрную воронку.
Я же, понимая, что к нам на этаж пока просто так не проникнуть, начал успокаивать потерявшую контроль девушку. Не бесполезной болтовнёй, разумеется — вместо ненужных слов я просто приобнял её, положив ладонь на горячую и мокрую от слёз щёку.
И стал разворачивать ментальную связь. Не очень плотную, чтобы не получить себе прямой поток эмоций девушки, но достаточный для мысленного контакта.
И уже затем, пользуясь прямой мысленной связью, которую не искажают внешние факторы, я «заговорил».
— Оля, ты меня слышишь? — направил я мысль ей в голову, попутно остужая её собственную панику своими эмоциями. — Мы почти выбрались.
То, каким взглядом одарила меня девушка, трудно передать словами. В блестящих от слёз голубых глазах смешалось неверие, шок и затаённая радость. Девушка перестала дрожать, прижимаясь щекой к моей горячей ладони.
Она явно ещё не пришла в себя, но доверилась мне и моим словам. Я продолжил, не ожидая пока ответа:
— Я могу помочь тебе, Оля. Тебе насильно вживили Дар ментальной магии. Я пока не знаю, насколько широкого он профиля, насколько силён. Но если ты доверишься мне, я помогу тебе контролировать и развивать его. Научу сдерживать эмоциональный психоз, который случился с тобой сейчас. Я такой же, как ты.
Не такой же, разумеется. Я знал о том, какое будущее меня ждёт, со дня, когда выучил слово «менталист». Мой первый эмоциональный взрыв случился раньше, чем я научился ходить. Сдерживать эти взрывы меня учили лучшие из лучших…
Но теперь я — лучший из лучших. Теперь передо мной взрослая девушка с нашим даром и контролем уровня ребёнка. Если ничего не сделать — она погубит и себя, и окружающих, и быстро сойдёт с ума.
А если сделать — я получу полноценного члена Рода. Другого менталиста… А ещё спасу жизнь этой девушки и тех, кто будет её окружать. Уже это стоит немало.
Ведь сейчас я — последний менталист как минимум в десятках ближайших миров.
К тому же, ей явно вживили часть Дара Айлин. А она росла очень сильным эмпатом. Быть может, потенциально даже сильнее меня. Эмпатия — самая слабая моя сторона, я больше по прямому контролю воли и управлению чистой ментальной энергией, а не влиянию на чувства.
— Ты пойдёшь со мной? — спросил я мысленно, выждав паузу и дождавшись осмысленности во взоре Оли.
— Д… Да. — прошептала она пересохшими от волнения губами, после чего уже громче повторила: — Да!
Когда она, спустя ещё полминуты, сумела встать на ноги и идти сама, мы бросились в мерцающий чёрный портал. Не стоит оставлять Мегорского одного. Он мне ещё пригодится.
На другой стороне оказалось жарко.
Как только нас протащило сквозь изнанку миров, и выбросило на свежий воздух, глаза тут же резануло отблеском пламени, а сквозь тот же звон в ушах раздался грохот выстрелов.
И злорадный хохот графа.
— Что, отбросы, думали, я уже не вернусь⁈ — ревел он, паря над площадью, объятый языками пламени, будто комета. — Думали, разделались с Родом Мегорских⁈ Не дождётесь!..
Очередная лавина алого пламени нахлынула на складское помещение, проникая в окна и расплавленные ворота. Внутри кричали и бегали люди, объятые языками огня.
Страшная смерть. Но этих как раз ничуть не жаль — они здесь не бумажки заполняли, а сидели, вооружённые до зубов. Если ты встаёшь на тропу криминала — будь готов лечь в канаву возле неё.
Но тратить время нельзя. Портал-то теперь закрыть некому.
— Хватит этого ребячества! — подлетел я к Мегорскому, воздушным потоком сбивая с него пламя. — Тебе ещё оборону своего поместья готовить!
— Так ведь этих же выродков по мою душу и пошлют! — возразил он, накрывая струёй огня пару высунувшихся автоматчиков. Я лишь усмехнулся.
— Не суди людей по себе, граф. Они не такие идиоты. Даже если пошлют их — выдадут им ещё десяток подавителей магии. Тогда ты будешь не таким жизнерадостным.
Похоже, воспоминания о полном бессилии сильно задели графа. Он тут же переменился в лице, устремляясь на землю.
Там, спрятавшись за грудой стройматериалов, нас уже ждала Оля. Девушка на глазах приходила в себя, психоз миновал, и теперь она смотрела на меня с искренним интересом.
Но молчала. Похоже, быстро поняла, что мы с Мегорским далеко не друзья.
— Уходим как можно тише. — бросил я графу, когда мы, прикрывшись воздушным и огненным щитами, отступили с открытой площади с пылающими складами. — И каждый своей дорогой.