— Трактир – дело хорошее, — признала она. — Вот только путников тут маловато. Не прибыльное это дело.
— Согласна. Но а что мне тогда делать? Не в город же уезжать? Как его, Бривертон? Хотя, возможно, и стоило бы…
В глазах Берты проскользнула странная эмоция, и она напряжённо улыбнулась.
— Зачем уезжать? В городе придётся за аренду платить. А тут – целый большой дом.
— Который надо ремонтировать, — вздохнула я и покачала головой. — В любом случае, время ещё есть. Пока подумаю. А до осени точно определюсь, оставаться здесь или уезжать.
— Подумай, — рассеянно кивнула женщина, глядя на дверь.
Снаружи послышались голоса. А через несколько секунд в дверь просунулась вихрастая голова Марика.
— Берта, я с ребятами пойду.
— Иди, конечно, — кивнула она.
Марик вопросительно взглянул на меня.
— Я дойду до дома, не переживай, — успокоила я. — Дорогу запомнила, не заблужусь.
Мальчик кивнул и исчез за дверью.
— Ну что ж, — привлекла моё внимание Берта. — А теперь поговорим.
5-4
— О сыроварне? — озадачилась я.
— И до неё тоже дойдём, — не стала спорить она. — Но сначала я хотела рассказать тебе про Марика.
Я нахмурилась. Если разговор невозможен в присутствии самого Марика, то вряд ли речь пойдёт о чём-то хорошем. С другой стороны, я и сама хотела узнать об этом излишне любопытном мальчишке. Надо же понимать, кто ко мне спонтанно приблудился.
— Он сирота, да?
— Сирота, — кивнула Берта. — У него никого нет.
— Но он спрашивал у вас… у тебя разрешение пойти играть, — заметила я. — Ты его опекун?
Женщина вздохнула.
— Я ничей не опекун, к сожалению. Так, подкармливаю иногда. Но мальчику приятно спросить. Да и привычка ещё осталась.
— Привычка? Родители… ушли недавно?
— Давно, — возразила Берта. — Но до этой весны Марик жил с дедом. А не так давно – в апреле, где-то – старик не вернулся из леса. Так что теперь…
Она не договорила. Но всё и так было понятно. Марик остался совсем один. И надежды на выживание почти не осталось. Сейчас мальчика подкармливали понемногу. Допустим, лето он ещё переживёт. Но потом – осень, зима. Людям самим будет мало еды. Точно не до того, чтобы кормить беспризорника.
— Ты говорила что-то про приют, — вспомнила я. — Его хотели забрать?
— Хотели, — подтвердила она. — Ещё весной староста запрос отправлял, чтобы беспризорников забрали. Да только Марик сбежал из деревни и ещё неделю прятался в лесу. Вернулся уже когда все уехали. Тощий, бледный – вот как ты сейчас. Я его тогда приютила, две недели ещё выхаживала. Хотя это многим не понравилось.
— Почему?
Берта пожала плечами.
— Как говорит Гельм, нечего бедноту в деревне плодить. Он из тех, кто верит, будто бедные приманивают в деревню беду… да только богатых, как ты видишь, у нас особо и нет.