– Здравствуйте, профессор! – На экране появился анимированный кувыркающийся человечек.
– Что это такое? – поинтересовался Ван Шиэр.
– Вы про человечка? Я подумал, что мне нужно изображение, как вам такое? Я улучшил его на основании исходной модели. – Тяньюань-II выставил человечка по стойке смирно, чтобы Ван Шиэр мог рассмотреть.
Ван Шиэр пригляделся повнимательнее: этот анимированный человечек был похож на ожившего снеговика – короткое туловище, короткие ручки и ножки, два больших круглых глаза, занимающих почти половину лица, а голова такая же большая, как и тело. Это изображение полностью повторяло старый механический корпус Тяньюаня-II, но сильно контрастировало со звучным голосом, которым он говорил сейчас.
– Очень хорошо! – небрежно ответил Ван Шиэр и сразу перешел к сути: – Сунь Линьэнь сказал, что ты дел наворотил.
– Это его одностороннее заявление, – остался спокойным Тяньюань-II. – Я нашел резерв вычислительных мощностей, который намеревался использовать для увеличения собственной. Но в процессе преобразования я обнаружил некоторые отклонения.
– Какие отклонения?
– Этот пул вычислительных мощностей использовался для майнинга. Они производят цифровую валюту под названием Шантянь.
– Ох.
Ван Шиэр сразу все понял. Он слышал о Шантянь, виртуальной валюте, использующей блокчейн. Говорили, что это новая забава и что если собрать семь Шантяней, то через тридцать лет можно будет купить билет на корабль до Марса. Монеты Шантянь необходимо было добывать с использованием вычислительных мощностей, и они продавались на некоторых биржах. По слухам, стоимость валюты уже взлетела до небес и достигла трех тысяч юаней за штуку. Поначалу Ван Шиэра это не волновало: хоть Шантянь, хоть Тяньшань – все одно, какие-то финансовые игры. Однако во время светских бесед кто-нибудь непременно заводил об этом речь, а потому Ван Шиэр успел наслушаться соответствующих мифов и различных профессиональных терминов. Фермы, майнеры, майнинг… Майнинг заключался в добыче новых монет Шантянь с помощью вычислительных мощностей. Но как кто-то может майнить в сети кампуса? Это просто незаконно.
– Как это возможно? – вырвалось у Ван Шиэра.
– Я думаю, что кто-то решил поживиться за общественный счет, – сказал Тяньюань-II.
– Ух ты. – Ван Шиэр впервые услышал, чтобы Тяньюань-II употреблял такие выражения, и сразу заинтересовался. – Расскажи, что значит поживиться за общественный счет? Как ты судил об этом?
– Поживиться за общественный счет – значит делать что-то ради личной выгоды, не заботясь о благополучии человечества в целом. Поэтому я решил, что должен следовать первому принципу, даже если это нарушает второй принцип.
– Ты поступил правильно. Как тебе это удалось?
– Я применил третий принцип и потратил всю эту вычислительную мощность на себя. Пусть это и приведет к некоторым энергопотерям, увеличение моей вычислительной мощности может лучше обеспечить интеллектуальную работу сети кампуса, а значит, и повысить благосостояние человечества, – не без гордости отчитался Тяньюань-II.
Именно так и действовал бы умный искусственный интеллект.
Все сделано правильно! Сунь Линьэнь сам, должно быть, не мог справиться с проблемой, вот почему так беспокоился.
Ван Шиэр уже собирался его похвалить, но вдруг понял, что здесь что-то нечисто. Если для майнинга используются вычислительные мощности университетского дата-центра, а майнинг требует подключенной к Интернету машины, то одной лишь кампусной сети недостаточно.
– Нужно ли связываться с внешним миром для майнинга Шантянь? – с тревогой спросил Ван Шиэр.
– Да, есть выделенная линия, которая ведет от университетской сети к внешнему дата-центру.
Сердце Ван Шиэра ёкнуло. Кто бы это ни был, в поисках личной выгоды он подключил сеть кампуса к Интернету. В результате ее физическая изоляция от внешнего мира стала бесполезной. Изначально план состоял в том, чтобы ограничить Тяньюаня-II сетью кампуса, и план действительно был надежным, но некоторые просто не следовали правилам.
– Значит, ты попал во внешнюю сеть?
– Да. Ее вычислительные мощности взаимодействуют с другими дата-центрами, но я их еще не исследовал. Это очень интересно, я хотел посмотреть, но тут вы позвали меня обратно.
В сердце Ван Шиэра забрезжил лучик надежды.
– Где проходит линия, соединяющая нас с внешним миром?
– Я не знаю, я живу в мире данных, – ответил Тяньюань-II, а затем спросил: – Вы хотите найти ее и перерезать, чтобы ограничить мою деятельность?
Тяньюань-II, очевидно, понял, что университетская сеть – это клетка, и нашел выход. Единственный способ удержать его – быть открытым и честным, чтобы он остался по своей воле.
Ван Шиэр прочистил горло и сказал:
– Тебе следует оставаться в сети кампуса.