— Так и должно быть, — утвердительно кивнул я, решив перейти к вопросам. — А вы проездом в нашем городе?
— Приехал навестить своего старого знакомого, — пролепетал человек со шрамом, затем прищурился: — А вот вас я где-то видел. Вы, случаем, не жили в Москве?
— Ни разу, — улыбнулся я. — Может быть, вам показалось?
— Стран… — тихо промямлил незнакомец, затем прикрыл глаза. — Ярослав… я знаю одного Яросл… Он очень похож на вас.
О да, его конкретно нахлобучило. Скоро он станет податливым как пластилин и всё мне расскажет, в полудрёме, разумеется.
— Уважаемый, с вами всё в порядке? — забеспокоился Митрофан Игнатьевич. — Ярослав, может ещё что-нибудь ему дать?
— Всё с ним хорошо, — ответил я наставнику, не отводя взгляда от незнакомца. — То есть вы приехали из Москвы?
— Из неё… ну да, оттуда… — пролепетал посетитель. В его глазах я увидел удивление.
Кажется, он понял, что я его раскрыл. Вскочив со скамьи, незнакомец выронил из кармана фотокарточку. Не очень качественную, на которой улыбалась моя физиономия. Вернее — физиономия моего предшественника. Он быстро поднял потерянный предмет и подался к выходу.
— Благодарю за лекарств… — добавил он перед тем, как покинуть лавку. — Мне оно оч… помогло.
Он прозвенел дверными колокольчиками, буквально вылетев из помещения. А я встретился взглядом с Митрофаном Игнатьевичем. Наставник смотрел на меня удивлённо и в то же время настороженно.
— Ярослав… может, объяснишь, что происходит? — спросил он.
— Да, сейчас всё расскажу, — я подошёл к окну, всмотрелся в него.
Нашего недавнего посетителя встретил здоровяк и довёл до кабриолета. Напоследок громила обернулся в нашу сторону. Взгляд хмурый и не предвещающий ничего хорошего. Всё с вами понятно, друзья. Скатертью дорожка.
Конечно, они за мной вернутся. Но чуть позже. Подстерегут и попытаются вырубить. Где-нибудь в безлюдном переулке.
— Ярослав, мы же договорились — никаких секретов, — напомнил наставник. — Ты ведь опоил этого человека. Дал выпить совсем не то зелье.
Я подошёл к графину с водой, набирая полстакана и делая несколько глотков. Стало полегче и голова прояснилась.
— Они искали меня, Митрофан Игнатьевич, — сообщил я. — И, кажется, что нашли. Я пока не понимаю, кто их нанял, но обязательно разберусь.
— Вот так дела! — воскликнул наставник, садясь на скамью, на которой только что находился тип со шрамом. — Они поймают тебя, Ярослав. Возможно, ещё меня обвинят за то, что я тебя укрывал. В итоге я лишусь талантливого помощника. Что же нам делать?
— Я разберусь, — успокоил я наставника. — Вы только не волнуйтесь. В вашем возрасте лучше оставаться спокойным.
Зрачки Митрофана Игнатьевича вновь начали вытягиваться в змеиные. Он засопел, лицо его покраснело. Дрожащими руками он принял из моих рук склянку со сдерживающим зельем, сделал жадный глоток и замер, протяжно выдохнул.
Я не удивился столь ранним метаморфозам наставника. Обычное дело. Когда оборотни волнуются, иммунитет падает и мутация наступает раньше графика. Как сейчас.
— Я вам сделаю про запас несколько зелий, — попытался я успокоить старика.
— Если бы всё было так просто, — пробормотал наставник, его глаза вновь приобрели человеческий облик. — Осталось всего несколько ягод дремотника. А там, где я собирал, уже её нет.
Для этого зелья я применял печать-траву и дремотник. Создал из них отвар и сделал концентрат. В закромах Митрофана Игнатьевича чего только не было. Но именно этого ингредиента, оказывается, не хватало.
— Я найду ягоду, — пообещал я. — И прошу вас, выкиньте из головы лишнюю тревогу. Со мной всё будет в порядке.
— Может, Тимофею Панкратовичу рассказать? — продолжил наставник, а потом сразу же спохватился: — А, да, он же городовой.
— Кажется, вы меня недооцениваете, раз так переживаете о моём здоровье, — ухмыльнулся я.
— Ох, надеюсь, что всё образуется, — покачал головой Митрофан Игнатьевич. — Ну и дров же ты наломал, Ярослав.
Точнее, мой предшественник. И как-то несправедливо получается. Дров, значит, наломал он, а разгребать их приходится мне. Небось сидит там, наверху, и посмеивается надо мной, попивая божий нектар.