Damn your eyes (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Любишь шоколадные шарики? — парень нагибается за коробкой и, подняв её, передаёт Чимину. — Знаешь, сколько там сахара? — приподняв бровь, спрашивает он.

— Хоть сколько, — безразлично пожимает плечами Пак. — Живём один раз.

— Так давай жить здорово и долго, — улыбается курьер и протягивает ему руку. — Меня Чонгук зовут, твоё имя я знаю. Тебе мои татуировки нравятся?

— Ага, — кивает Чимин.

— Пойдём и тебе набьём, — загорается Чонгук. — Я знаю тут отличного мастера.

— Ты шутишь, да? — растерянно улыбается Чимин. — Я вижу тебя второй раз в жизни, с чего ты взял, что я пойду с тобой тату набивать?

— Живём один раз, — цинично говорит Чон. — Сам ведь сказал.

Чимин на это не находит, чем ответить, и толкает тележку в сторону мясомолочного отдела. Чонгук не отстаёт. Чимин закидывает в свою тележку кусок пармезана, клубничное молоко, пакет сливок, ветчину, нарезку из индейки и кучу разных йогуртов с наполнителями. Наполняя корзину, он исподтишка следит за Чонгуком, который берёт только обезжиренное молоко и бутылку кефира. Чон намного выше ростом и хорошо сложен, более того, он видимо занимается спортом, потому что как бы Чимин ни мечтал обладать такими широкими плечами и накачанными руками — в реале он рядом с ним замухрышка. От этих мыслей Пак грустнеет и, решив заесть плохое настроение сладким, тянется к банке шоколадной пасты. Чонгук косо смотрит на банку в руках парня, а потом не выдерживает и подходит вплотную.

— Ты почему ешь столько гадостей? — спрашивает он и внимательно рассматривает содержимое тележки парня.

— Тебе-то что? — возмущается Пак, которому почему-то неудобно и даже стыдно за свою корзину, он чувствует себя нашкодившим школьником, которому выговаривают за плохое поведение.

— Ну, значит благодари своих родителей за гены, — тепло улыбается Чонгук. — Потому что вся эта кошмарная еда, которую ты употребляешь, никоим образом не отражается на твоей внешности.

До Чимина не сразу доходит фраза, сказанная парнем, а стоит дойти, как он заливается краской и даже уводит взгляд. Чимин совсем не из робкого десятка, но рядом с Чонгуком мозг тормозит, и нужные слова приходят на ум с опозданием в несколько секунд и так и остаются невысказанными. Чимин разворачивается к тележке и толкает её к кассе. Чонгук идёт за ним, по пути захватив ещё две упаковки с помидорами-черри и одну упаковку персиков. Пока они стоят в очереди на кассе, Чонгук рассказывает, что переехал в Скотсдейл недавно из Феникса. По его словам, его родители путешествуют по стране, а он сам по себе. Чонгук кем только не работал, начиная от лесоруба, что по мнению Чимина и помогло ему нарастить такую мускулатуру, до разносчика пиццы. В Скотстдейле он подрабатывает курьером, официантом в семейном итальянском кафе, а на досуге ещё помогает другу, который владеет небольшим приютом для животных.

— Скажи ещё, что старушек через дорогу переводишь, и я в тебя влюблюсь, — громко смеётся Чимин, раскладывая на ленте продукты, и резко умолкает, поймав на себе долгий, пробирающийся под кожу взгляд.

— Перевожу, — без намёка на шутку говорит Чонгук и случайно-неслучайно касается руки Чимина, якобы помогая ему с продуктами. Пак отодвигается, понимает, что глупо сейчас смотрится с растерянным выражением лица, но взять себя в руки не выходит. Ситуацию спасает сам Чон:

— Не убегай, я за свои расплачусь и помогу тебе, а то ты столько всего набрал.

— Я просто раз в неделю отовариваюсь, — Чимин сам не знает, почему оправдывается.

Чонгук, тем временем расплатившись, легко берёт в одну руку все, как свои, так и паковские пакеты, и, несмотря на протест последнего, идёт к выходу. Чимин просит положить пакеты на скамейку и ищет сигареты. Вытянув из пачки своих любимых мальборо голд одну, он только обхватывает её губами, как Чонгук, достав зажигалку, ему прикуривает.

— Значит, спортом занимаешься, здорово питаешься, а при этом, судя по зажигалке, куришь? — Чимин глубоко затягивается и, прикрыв веки, медленно выпускает дым.

Чонгук и так со вчерашнего дня об этих губах забыть не может, а сейчас его от потери самоконтроля удерживают только годы практики. Чон тянет руку к Чимину и, аккуратно выдернув сигарету из его пальцев, подносит к своим губам. Пак ошарашенно смотрит на хамство своего нового знакомого, но не комментирует.

— Не могу же я быть идеальным, — говорит тем временем Чонгук и возвращает Паку сигарету. — Идеальность — скука.

Чимин докуривает сигарету, невозмутимо тушит окурок об урну, и пусть фанючка в нём визжит от непрямого поцелуя — он мужик и вести себя будет по-мужски. Чонгук провожает его до дома, передаёт пакеты и просит подумать о тату. Парни обмениваются номерами и расстаются. Чимин, в честь своего отличного настроения, впервые за последние дни решает не обходиться бутерами, а готовит себе на ужин спагетти со сливочным соусом и пармезаном.

Весь вечер Чимин сидит, включив «Тетрадь смерти», но разборки Эла и Лайта он пропускает мимо ушей — гипнотизирует экран телефона. «Зачем обмениваться номерами, если не собираешься звонить», — возмущается про себя Пак и идёт на кухню покурить. Время переваливает за одиннадцать, и Чимин уже готов написать первым, послать что-то вроде банального «что делаешь» или «как дела» и плюнуть на свою гордость. Чимина припёрло, притом точно к стенке. Это не потому что, когда Чонгук улыбается, у Чимина внутри все трещины срастаются, не потому что от его взглядов он на грани будто балансирует — то к нему шаг ближе сделать, то номер удалить и никогда не вспоминать, и точно не потому, что Чонгук выглядит, как греческий бог. Пятиминутный диалог перед супермаркетом будто в Чимина жизнь вдохнул. В своём аду, где он варится почти что год, Чимин и забыл, каково это, когда тебе искренне улыбаются, помогают с пакетами и просто общаются. Чимин затягивается и, вновь прикрыв веки, вспоминает мелодичный голос Чона, как они раскурили одну сигарету на двоих, и чувствует, как тянет в паху от одной этой мысли. Он тушит сигарету, спрыгивает с окна и видит, как загорается экран мобильного в полуосвещённой кухне.

Чимин засыпает к пяти утра. Только в этот раз не из-за своих сериалов и аниме, а из-за Чонгука. Шесть часов они разговаривают почти без перерыва — Чимин только отлучается за зарядным устройством, печеньями и соком, ну и в туалет. С Чонгуком оказывается невероятно интересно. Парень, который объездил половину мира, из-за свободного нрава не поладил с родителями, бросил учёбу, каждый месяц набивает новый рисунок — Чонгук полная противоположность прилежному ученику и примерному сыну своих родителей Чимину. Пак только после трагедии понял, что всю жизнь жил неправильно, что старался соответствовать сперва ожиданиям преподавателей, потом своих родителей, в частности отца, из-за которого он поступил на юридический, хотя всегда хотел стать педиатром. Пока смерть не проходит совсем рядом, попутно костлявой ладонью не погладив по голове — не поймёшь, что самое главное в твоей жизни и насколько мизерны каждодневные людские заботы. Чимин почти двадцать лет пытался соответствовать, последний год и не старается, но возможности уже ограничены.

Чонгук зовёт завтра вечером погулять, и Пак сперва соглашается, а потом сомневается. Проснувшись к обеду, он долго думает, звонить ли своему куратору или нет, и решает, что в этот раз он не позволит им испортить новую дружбу. Пора заканчивать только на словах объявлять «живём один раз», пора и вправду начать так думать.

Чимин весь день места себе не находит, всё ждет шести часов, когда по словам Чонгука у того закончится смена, и он приедет.

С Чонгуком Чимин посещает рок-концерт на открытом воздухе, ест хот-доги, сидя на ограждении водохранилища, и за весь последний год впервые долго и от души смеётся. О себе Чимин почти не рассказывает, а Чонгук и не давит, понимает, что парню тема неприятна. Пак просто говорит, что поссорился с родными и живёт теперь здесь за счёт денег, которые зарабатывает, будучи фрилансером.

С того вечера жизнь Чимина полностью меняется. Теперь он каждый день ждёт вечера, когда за ним придёт Чонгук и они пойдут гулять. Чонгук показывает Чимину Скотсдейл, водит по вкусным местам, постоянно смешит, а один раз даже кутает в свою толстовку, чем сильно того смущает.

Через две недели знакомства парни заходят в небольшой бар в центре, и пока Чонгук пьёт своё любимое пиво, Чимин помешивает соломкой мохито и любуется им. Пак, не привыкший пить, хмелеет уже от второго коктейля и контролировать свой взгляд больше не в состоянии. Чонгуку такой Чимин нравится — он раскрасневшийся, хмельной, и у него блестят глаза. Чонгук рассказывает ему, что на следующей неделе арендует машину и возьмёт его в небольшое путешествие, Чимин только поддакивает, зная, что придумает что-то — покидать Скотсдейл он всё равно не может. Чимин замечает, как последние несколько минут Чонгук косится куда-то вправо и напрягается. Он прослеживает за его взглядом и замечает троих мужчин за столиком, один из них самый крупный, похабно смотрит на Пака и, поймав его взгляд, подмигивает. Чимин сразу отворачивается и начинает тараторить обо всём подряд, лишь бы отвлечь Чонгука. Мужчина на подмигивании не останавливается, подходит к парням и, по-хозяйски положив руку на плечо Чимина, просит бармена угостить «куколку» за его счёт. Чимин даже ответить не успевает, как Чонгук вскидывает кулак и бьёт мужчину в челюсть. Пак спрыгивает со стула у стойки, но Чонгук смотрит так, что тот понимает — не подходи — убью. Чимин прижимается к стойке и следит за тем, как Чонгук один за другим укладывает всех троих мужчин, а потом, не реагируя на подбежавшую охрану, схватив Чимина за локоть, тащит к выходу. Пак еле успевает за идущим по тротуару парнем, который всё всматривается на дорогу и пытается поймать такси.

— Чонгук, постой, — Чимин спотыкается и бьётся лбом о грудь резко остановившегося и повернувшегося к нему Чона. — У тебя кровь, — он тянется пальчиками к разбитой губе парня, но Чон перехватывает его руку и резко притягивает его к себе.

Молчит. Всматривается в испуганные глаза, щурит свои и с силой сжимает руку парня, Чимин морщится от боли, и только тогда Чонгук его отпускает.