Тогда заволновались, зашумели ребята.
— А винтовки нам будут? — крикнул кто-то.
— Без винтовок не повоюешь!
— Винтовки будут, когда нужда в них будет, — сказал товарищ Федотов. — А сейчас все в зал. Построиться. Сегодня идем на стрельбище — на практическую стрельбу.
— Ура-а!.. — заорали ребята
Пуговочкин схватил шапкуб и побежал тоже вниз, к подъезду, но, столкнувшись в дверях Романом, остановился.
— Слышал? Был на собрании?
— Был, — сказал Роман. — С самого начала.
— Вот, брат… Пойдем сейчас стрелять, — гордо сказал Пуговочкин.
— А мне можно? — спросил Роман.
Пуговочкин задумался.
— Ты ведь не комсомолец… Да чего там, пойдем, только на глаза Федотову не попадайся.
Стрельбище находилось на окраине города, на огромном поле, заваленном мусором.
Шел отряд по темным пустынным улицам с песнями. Комсомольцы, шагая в ногу, дружно орали:
Смело мы в бой пойдем…
На стрельбище их встретили несколько красноармейцев. Объяснив коротко, как обращаться с винтовкой, с прицелом, товарищ Федотов отошел в сторону, а первая пятерка, получив винтовки, заряжала их под наблюдением красноармейцев.
Стреляли по очереди в смутно видневшиеся белые мишени. Старательно прицеливались, долго не решаясь спустить курок, мазали.
Роман с нетерпением ждал своей очереди. Вот Пуговочкин взял винтовку, вот другой, рябенький комсомолец, торопливо вырвал винтовку из рук красноармейца. Еще один парень, отстреляв положенные пять патронов, передал винтовку красноармейцу, и красноармеец держал ее, не зная, кому давать. Тогда подошел Роман.
Красноармеец с сомнением оглядел его и ухмыльнулся. Роман испугался и, с испугу, что ли, заорал на красноармейца:
— Чего вылупился? Гони винтовку-то…
Красноармеец, продолжая ухмыляться, выпустил винтовку и достал обойму с патронами.
— Как же это ты будешь-то?
Винтовка была тяжелая, но Роман, напрягая все силы, старался обращаться с ней как можно свободнее.
Осторожно вставил обойму, защелкнул затвор и попробовал было приложиться, но дуло сразу опустилось книзу, как он ни старался удержать его.
Стало стыдно. Неловко было даже взглянуть на красноармейца, потому что тот, наверное, смеется. Но красноармеец вдруг перестал ухмыляться и ласково сказал:
— Стреляй с колена, пузырь. Легче…
Роман опустился на одно колено, приложился, задержал дыхание, ловя в прорезь мушки темное пятно мишени.
— Поймал? — спросил красноармеец.
— Да.
— Пали.