Республика Шкид. Дом веселых нищих: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И вдруг стенка распалась. Роман сначала ничего не понял. Только увидел, как разбегались во все стороны ребята, а он остался один на середине улицы. С угла на него надвигался городовой.

Роман метнулся было в сторону, но споткнулся и упал. Городовой зарычал, сгреб за шкирку Романа и потащил.

Роман заревел:

— Дяденька, миленький, отпусти!

— Я те отпущу, сукин сын! — ругался городовой. — Посидишь в каталажке, узнаешь!

И так было все дико: и солнце, и празднично разодетая толпа, глядевшая на Романа, который ревел и, упираясь, тащился за городовым, оборванный и избитый.

А черкеска, гордость атамана, висела лохмотьями. Одного рукава не было совсем, патронташи болтались оторванные, а полы были продырявлены.

В участке молодой пристав, вытаращив зеленыe злые глаза, орал на Романа, потрясая кинжальчиком:

— Драться!.. С ножом!.. Ах, ты, башибузук!.. Повесить тебя мало!..

Потом, оттрепав Романа за уши, сказал городовому:

— Сведи к родителям, пусть выдерут.

Полчаса спустя тот же городовой привел Романа домой и, передав матери под расписку, рапортовал:

— Задержал я его на Троицком. Дрался. А уходя, наставительно добавил:

— Вы его ремнем поучите. Чтоб не разбойничал.

На другой день Роман вышел во двор в старых синеньких штанишках с заплатами.

Ребята старались не смотреть на него, и никто уже не вспоминал о «Саламандре», а Роман почувствовал, что вместе с черкеской погибла и атаманская честь.

ДАМЫ ИЗ ТРОИЦКОГО СОБОРА

РЫЖИЙ ИСЬКА

Роману и его товарищам лето принесло много новых развлечений. Весь день проводили ребята на дворе, где теперь было особенно шумно и весело.

Из раскрытых настежь окон неслись протяжные песни портных, писк грудных детей, звон кастрюль и чугунков, ругань.

Гремели кувалды в кузнице, вздыхали с присвистом меха. Из открытых окон сеточной доносилось рокотанье станков. На площадке каждый день выколачивали ковры и разную рухлядь.

Во дворе стали появляться музыканты и бродячие певцы. Забегали китайцы-фокусники, приходили торговцы шелком с огромными тюками за спинами и с железными аршинами в руках.

Каждый день приезжали телеги. Привозили дрова, песок, кирпичи, глину.

Прямо дня не хватало ребятам, чтобы за всем уследить и все увидеть.

Однажды на господском дворе загрохотали колеса телеги и на «курорт», покачиваясь, выехал доверху нагруженный воз с мебелью. Извозчик, сидя наверху, на драной перевернутой кушетке, рычал на лошадь и стегал ее длинным кнутом, а рядом с телегой шел часовщик Эфройкин с маленьким рыжеголовым мальчиком.

Телега остановилась у лестницы.

— Рыжий! — удивленно воскликнул Женька, поглядывая на мальчишку. — Рыжий, а батька черный.

— Да это не батька, — сказал Васька. — Это Эфройкин.

— Ну и дурак! Батька и есть Эфройкин… Пока ребята спорили, издали наблюдая за рыжим мальчиком, к возу подошел дворник Степан.

— Перенесть, что ли? — лениво спросил он часовщика, стоявшего в нерешительности.