Представление окончилось четверть часа назад. Театр постепенно пустел, гости неторопливо расходились, оставляя за собой шлейфы дорогих духов. Где-то в галерее громко смеялся подвыпивший барон, довольный произведённым на гостей впечатлением и прекрасно прошедшей премьерой спектакля…
Герцог Квинси появился в гримёрке юной графини Воронцовой с букетом свежих роз. Он учтиво поклонился, прикрыл за собой дверь и протянул своей невольной партнёрше по сцене цветы.
— Прости, я там немного сорвался, — буднично, будто ничего особенного не произошло, произнёс Квинси. — Поужинаешь со мной?
— У меня есть жених, — холодно бросила Селестина, сидя перед зеркалом и смывая с лица остатки грима. — У нас скоро свадьба.
— Да? — удивился Квинси и через мгновение усмехнулся. — Поздравляю!
— Что я ему теперь скажу? — растерянно пробормотала юная графиня.
— Ничего, — пожал плечами герцог. — Пусть это будет нашим с тобой секретом… А когда у тебя следующее выступление, кстати?
— Зачем вам это знать? — насторожилась Селестина, нахмурив лоб и внимательно взглянув в сторону непрошенного гостя.
— Ну… Я хочу поучаствовать ещё. Мне понравилось. Да и залу тоже…
— Да вы! — моментально вспыхнула девушка. — Да вы… монстр!
— Ты даже не догадываешься, насколько… — подойдя к графине и склонившись у неё над ухом, вкрадчиво прошептал Квинси. — Так когда?
— Я больше не буду играть!
— Жаль… — покачал головой герцог. — Из-за такого пустяка, из-за маленького недоразумения положить конец карьере? Это ты зря…
— Пустяка⁈ Пустяка⁈ — повысила голос Селестина. — Да вы… вы… вы меня… — она запнулась и побледнела. — Ты! Вы… Вы сделали это в меня! — выдохнула девушка наконец, дрожащим от стыда и гнева голосом.
— Я же уже извинился за это, — удивлённо произнёс Квинси. — Я не сдержался. Ты такая узенькая там…
— Но самое мерзкое даже не то, что вы были у меня первым мужчиной! — прошептала Воронцова, опустив голову. — Вы заставили меня… — она вся покраснела. — Я…
— Ты получила удовольствие и тебе понравилось? — закончил за девушку герцог. — Не вижу в этом ничего плохого. Даже наоборот. Так как насчёт ужина?
— Это неправильно! — всхлипнула она.
— Ты ведь этого хочешь! — усмехнулся Квинси. — Я вижу.
— Вы мерзкий! Самодовольный! Напыщенный и самовлюблённый индюк! — выпалила юная графиня, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Не подходите ко мне!
Дверь тихо скрипнула, и парочка собеседников одновременно повернулись на звук.
— О чём шушукаетесь? — поинтересовалась мать юной графини, Ариадна Воронцова.
Красивая, опасная женщина, чья красота со временем лишь заострилась. Бордовое платье из тяжёлого бархата облегало её тело так, что казалось, ткань готова треснуть от напряжения. Корсет безжалостно подчеркивал тонкую талию и высокую грудь, выдавая стройность и гибкость, не свойственные её возрасту.
Тёмные волосы графини Воронцовой были собраны в тугую причёску, а в её взгляде таилась та самая искра, сводившая мужчин с ума и предавшаяся по наследству её дочери.
Графиня была ровесницей герцога, но выглядела гораздо моложе своих лет, даже несмотря на то, что она родила и воспитала двух дочерей, словно время не коснулась её красоты, а сделала лишь острее и утончённее.
— Да так, — торопливо ответила юная актриса своей матери, бросив на герцога испуганный взгляд. — Просто обсуждаем постановку…
— Хм… Ну тогда ладно… — кивнула строгая графиня. — Дорогая, а ты не могла бы оставить нас с герцогом наедине? Я бы хотела с ним поговорить… — невозмутимо проронила она.
— Да, конечно, мамочка, — снова бросив взгляд в сторону замершего позади неё герцога, произнесла Селестина, поднялась со своего табурета и через мгновение поспешно вышла из комнаты.
— Ты ничуть не изменилась за эти годы… — задумчиво произнёс Квинси, глядя на графиню. — Все такая же красивая, как и в день твоей свадьбы. Ты была тогда такой невинной и грешной одновременно…
— Ты мразь! Ты знаешь, что я пережила? — сделав три шага вперёд и приблизившись вплотную к герцогу, зашипела графиня ему в лицо.