Щеки Феликса краснеют, но он улыбается, когда Киллиан выводит его из нашей комнаты.
— Я обязательно сделаю Феликсу книгу для секса, — говорит Джейс, когда мы остаемся одни. — Как думаешь, он действительно будет пинать нас по голеням?
— Вероятно.
— Почему у тебя такое лицо?
— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я. — Мое лицо — это твое лицо.
— Тогда почему у меня такое лицо? — спрашивает он.
— Какое?
— Как будто кто-то засунул тебе в задницу огромную палку, но ты слишком напряжен, чтобы получать от этого удовольствие.
— Ничего такого.
Он выплевывает жвачку в воздух и ловит ее ртом.
— Лжец. — Он опускает взгляд, чтобы встретиться с моим. — Твое паучье чутье срабатывает.
Я киваю.
— Это из-за парня? Потому что мое сходит с ума с тех пор, как мы узнали, что он тот, кого мы искали.
Я снова киваю.
— В том, что происходит, есть что-то большее, чем просто его роль в том, что случилось с Феликсом.
— Да. — Он прижимает жвачку к клочку бумаги на столе. — Я тоже чувствую это. С этим парнем что-то не так.
— Я пойду прогуляюсь.
Я резко встаю.
— Ты имеешь в виду, что пойдешь проверить нашего друга-хакера и разведаешь обстановку в Бундокс? — говорит он с понимающей улыбкой.
Я не удосуживаюсь ответить, беру с кровати легкую черную куртку и надеваю ее. Джейс смотрит на меня с той же проклятой улыбкой на лице, пока я собираю свое снаряжение и набиваю карманы различными инструментами, которые могут пригодиться.
— Не жди меня, — говорю я ему.
— Я никогда не жду. — Он поворачивается к компьютеру и щелкает мышкой, чтобы включить его. — Не попадайся.
— Я никогда не попадаюсь.
Не говоря ни слова, я выскальзываю из нашей комнаты.
Бун-Хаус — это, безусловно, самое скучное здание на территории кампуса. Даже хозяйственные постройки выглядят более интересно.
Один из наиболее интересных аспектов Сильверкреста — это отсутствие единого дизайна или эстетики на территории кампуса. Здания и объекты инфраструктуры построены в разных архитектурных стилях, отражающих вкусы людей, которые пожертвовали деньги на их строительство. Некоторые из главных зданий кампуса напоминают старинные замки с каменными фасадами и башнями, а другие больше похожи на выставки современного искусства с множеством зеркал и интересными формами. Есть также прибрежные особняки, которые выглядят так, будто их вырвали из начала 1900-х годов и перенесли в центр кампуса, а некоторые похожи на крепости, в то время как другие выглядят более утилитарными.
Гамильтон-Хаус, общежитие, в котором я живу, имеет старинную готическую викторианскую атмосферу со всеми современными удобствами, но при этом выглядит как дача Брэма Стокера. Другие общежития не менее уникальны, и каждое из них имеет свой особый вид и атмосферу, соответствующие традициям людей, которые их основали.
Бун-Хаус — это невысокое кирпичное здание с маленьким внутренним двориком, практически лишенное индивидуальности, которое спрятано в заднем углу кампуса и окружено лесом с двух сторон.
Кроме того, в нем ограниченная охрана, и в отличие от большинства общежитий, планы здания не являются секретными и их можно найти в системе школы, если знать, где искать.
Благодаря моим исследованиям я знаю, что Майлз живет на третьем этаже рядом с задней лестницей. Комната напротив него занята, но соседняя пустует.