Любовь и лёд. Книга 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А из этого вытекало, что Игиниру нельзя искать укрытия в горах ни при каких условиях, бороться надо здесь и сейчас. Сбежав, он проиграет. Только какой из него, прости Безымянный, сейчас боец?

И выходит, что биться за него придется Яррену. Потому что только так он выполнит клятву, данную Рагару: помогать его младшему ученику Лэйрину во всем и всегда, даже без его ведома. Особенно, когда он наденет корону Гардарунта.

Причем тут Лэйрин? Очень просто. Если горные лорды получат Игинира и через него — Север, то они выйдут из повиновения, даже номинального, гардарунтскому королю. Этот шаг уничтожит Лэйрина как короля. И этот шаг расколет горы. Белые вейриэны не хотят чрезмерного усиления риэнов: это нарушит равновесие духовного Белогорья. Хуже того, опустевший трон Белой королевы больше не будет занят: лордам не нужна верховная власть над ними. За полтора века они уже привыкли к полноте власти и не захотят уступать.

Вот так и получается, что судьба Лэйрина, Гардарунта и Белых гор сейчас решается на Севере. И решается практически в одиночку каким-то магом-полукровкой и недоучкой. Да, именно недоучкой. Стать вейриэном Яррен не успел, да и учитель постоянно твердил, что его ученик не готов, что ему слишком рано для окончательного выбора пути, и не торопился допускать к финальным испытаниям и рекомендовать ученика в белое братство.

Яррен гнал от себя меркантильную мысль, что выигранный бой в одиночку вейриэны вполне могут счесть за испытание и принять его даже без учителя. Без Рагара он не хотел. Да и не ради себя он старался, а ради клятвы, данной учителю.

Жаль, не успели они с Рамасхой вырастить орден, а с ним и армию сторонников, хотя их и немало, особенно, среди северной молодежи. Но, увы, в иерархии северян власть держат старейшины родов. Почти как в горных домах. Сиагр Ланвей тут исключение.

С этими мыслями Яррен приложил ладонь к магическому замку гостевой башни, поднялся по лестнице, открыл дверь в отведенные принцессе покои и недоуменно замер.

Все спали. Вповалку, на коврах, в обнимку с эйхо. И Летта, со всех сторон окруженная искрящимися клубками малышей. И Мара, лежавшая, неловко подогнув ногу, словно сон сразил ее на бегу. И Кандар, еще бледный от потери сил, расположившийся у самой двери на медвежьей шкуре, как будто он прибежал на зов и упал тут же, сраженный внезапным сном.

Яррен первым делом приложил пальцы к шее принцессы. Жива и дышит, как и все остальные. Уже легче.

И вторая хитрая, защищенная от прожорливых эйхо охранная сеть, спрятанная под рассыпавшейся первой, была нетронута! То есть, это не магическое нападение. И не явное: посторонних сеть не пропустила бы. Кто-то примешал снотворное в угли, отравив воздух? Но тогда отрава уже выветрилась — ученик вейриэна не ощущал никакого на себя воздействия. Сонный яд был в питье? Но почему тогда и эйхо спят как убитые? Яррен, стараясь не наступить на развалившихся пузатых снежных дракончиков, взял кувшин с водой, принюхался, проверил магией. Чистая талая вода, никаких примесей. Эта версия тоже отпала.

Отставив кувшин, он поднял на руки принцессу и отнес на ее ложе, заметив попутно, что печь в покоях остыла, угли в жаровнях прогорели и корзина с запасом почти пуста. Значит, слуги забыли о своих обязанностях или Эмерит уже приступила к своему злодейскому плану и запретила отапливать гостевую башню.

“Ирдан! — позвал Яррен. — У меня проблема. В эйхо я ничего не понимаю, но у Виолетты, Мары и Кандара наведенный сон. Я что-то упустил в охране. Может ты видишь своим особым зрением какие-то следы чужого воздействия?”

“Вижу, но не скажу, пока ты не признаешься, какую авантюру с северянами ты задумал”, — отозвался дэриэн.

“Ты решился на шантаж? Как недальновидно. Я думал, ты мудрее, предок. В конце концов, ты же клятву давал лорду дома на алтаре, что будешь являться ко мне по первому зову и помогать во всем по первому требованию”. — “Давал. Но, если ты помнишь, в обмен на твое слово, а ты первым его нарушил. Воспоминания, мой хитрый потомок. Ты мне задолжал несколько суток своей жизни”. — “Сегодня отдам, мы же договорились!” — “Ну вот пока не отдал, плати проценты: делись замыслами! — уперся дух. — Иначе помогать не буду, имею право. И старший риэн рода не сможет меня осудить”.

Младший лорд накинул на принцессу шубу, высыпал в жаровню остатки углей из корзины и только тогда, взвесив все последствия, ответил дэриэну: “Ну что ж, раз имеешь право, то не помогай. Я освобождаю тебя от службы мне. Долг будет выплачен, сроки я назвал: до полуночи. Я призову тебя для завершения сделки, а сейчас исчезни и без зова не являйся”.

Дух всполошился: “Подожди! Как это освобождаешь? Как это исчезни? Я не могу оставить тебя одного в стане врагов! Да меня за такое твоя мать развеет без права возрождения!”

Яррен пристроил Мару на диван и укрыл пледом, одновременно продолжая мысленную дуэль: “Всё просто. Тебя не интересуют мои проблемы, меня не интересуют твои”.

Дух охнул и немедленно сдался: “Здесь никого не было из посторонних, кроме маленькой принцессы Осияны, а дочь Роберта и Хелины усыпила магия северян. Больше я ничего не знаю, клянусь!” — “Это не след, даже не намеки на разгадку. И стоило со мной ссориться?” — “Нет, прости… Эх, нет во мне инсейской хватки, — признал дэриэн. — Прости, Яррен. Я не хотел ссориться, это всё голод. Свирепею, слабею, рассудок туманится…” — “Прощаю, — сжалился потомок. — Но впредь шантажа не потерплю. Либо ты мой союзник, либо дедов соглядатай, а я тебя уже предупреждал: соглядатаи мне не нужны!”.

А вслух добавил:

— Тут и без тебя врагов хватает.

И вздрогнул, когда в ответ прозвучало чистое и звонкое:

— Я вам не враг!

“Ирдан, почему у тебя такой детский голос?” — изумился горец, оборачиваясь к источнику звука.

В дверях, обнимая детскую игрушку с огромным бантом на шее, стояла маленькая и очень растрепанная девочка-ласхиня, в которой Яррен с трудом признал принцессу Осияну. А позади нее едва держалась на ногах камер-фрейлина Исабель, вцепившись обеими руками в дверной косяк, чтобы не упасть. И на щеках шаунки цвели яркие алые пятна, похожие на отпечаток небольшой детской пятерни.

Глава 15. Осияна

— Ваше высочество, — поклонился младший лорд.

— Ваше высочество, — слегка склонила голову девочка, и ее на миг окутали слабые розово-голубые сполохи. Маленькая ласхиня показывала дозированную северным этикетом радость встречи. Будь сполохи чуть ярче, это можно было бы счесть за непозволительное проявление чувств.

Черные глаза Исабель изумленно расширились, а Яррен досадливо поморщился.

— Вы ошиблись, принцесса Осияна, я всего лишь младший лорд горного дома, ко мне обращаются «фьер Ирдари».

— Это ненадолго, фьер Ирдари. Я лишь немного поторопила события. Ведь скоро нас папа поженит, и вы будете по праву носить титул принца Северного императорского дома. Я тренируюсь вас так называть. Ведь я должна быть особенно почтительна с будущим мужем.