Кандар не выдержал:
– Что вы имеете в виду, сиятельный?
Сиагр вздрогнул, словно только что осознал, что не один в зале. Махнул рукой:
– Не бери в голову, младший лорд. Тебе не о чем волноваться, ты же не ласх. Отдыхай, пока есть время. Приберись тут, если остались силы. Кстати, кронпринц распорядился тебя покормить и согреть, жди слуг с едой и жаровнями.
Последняя фраза донеслась до горца вместе с фонтаном снежинок, брызнувших из открытого портала.
Кандар остался один посреди разгромленных покоев, заваленных ледяными обломками.
– Жаровни? – пробормотал горец, отцепил от пояса фляжку с эликсиром, сделал глоток. Покачал головой: – Тогда башню затопит! А этот полукровка, как всегда, где-то шляется, и вся тяжелая работа опять будет на мне!
***
Рамасха, разослав веера вестников своим сторонникам, начал поиск с ледовых темниц в самых нижних этажах дворца – в отцовском крыле. Император зачастую не желал терять силы на дальние переходы и держал пленников, задержанных для допроса поблизости. Для утренних разминок или вечерних.
К нему быстро присоединились брат Ниэнир и несколько десятков ласхов, перевернувших темницы вверх дном. Охрана, впечатленная слухами о битве в тронном зале, не сопротивлялась. Более того, стража охотно примкнула к отряду первого наследника. Уж что-что, а интуиция у северян была отлично развита: тому способствовали и суровые условия жизни, и огромные расстояния снежных безмолвных просторов.
Но ученика вейриэна в дворцовых темницах не было.
Не оказалось его и в столичном каземате, и в укрепленном бастионе-тюрьме для особо опасных государтсвенных преступников.
Попутно отряды Рамасхи искали и принцессу Виолетту, но ни малейшего следа не обнаружили.
Правда, от границы с Гардарунтом прилетело срочное сообщение о подозрительном магическом всплеске на высоком речном берегу, похожем на магию белогорцев. Но ничего внятного стражи не видели.
Сполох белой магии посреди грязной лужи? Не смешите вечную мерзлоту.
Принц отмахнулся и не стал никого отправлять для проверки. На счету было каждое живое и верное сердце.
Его отряды шли по спирали, методично проверяя каждый из известных первому наследнику охотничьих замков-«подснежников», посеянных Алэром, любителем тайных и порочных развлечений, по всей империи. И плевать, что после такого поиска тайное перестанет быть таковым, каждая белая пушистая собака Севера будет осведомлена.
Рамасха чувствовал каждым позвонком, уже нывшим от бесконечных портальных переходов, что время безнадежно уходит. Может быть, Яррен уже погиб, а нежная Фиалка упала с опасной для людей тропы духов в сугроб и замерзла насмерть.
Где-то в девятой по счету пустой императорской берлоге следопытов настиг вестник от Ланвира. Сиагр сообщал, что оруженосец Кайш найден, полученные им сведения о проведенном в Дихорской долине ритуале бесценны, но чудовищны, и что Кайш готов выступить свидетелем, но он очень слаб – зацепило магическим ударом, когда Алэр и его приближенный уничтожали лишних свидетелей. Может и не дожить до совета старейшин.
И Рамасха сделал мучительный выбор:
– Ниэнир, брат, мое присутствие необходимо во дворце. Я дам тебе карту, где обозначены излюбленные норы нашего отца. Продолжай поиск. Если Яррен погибнет, Рагар никогда нам этого не простит. Да и его кровный и весьма могущественный отец будет мстить. И жестко, я этого мерзавца знаю. А если погибнет леди Виолетта…
– Тогда мстить будет Белогорье, – вздохнул младший принц.
Рамасха не стал возражать против этой версии, хотя хотел сказать совсем другое. Вдруг оказалось, что невозможно представить мир Эальра без сияющих фиалковых глаз золотоволосой принцессы, чье жаркое сердце опалило и разбудило как солнце даже Снежного принца Севера.
– Я вернусь так быстро, как только смогу, – старший брат сунул карту младшему и ободряюще похлопал по плечу. – Ты только сам на рожон не лезь. Наверняка в подземном каземате серьезная охрана. Если найдешь след – немедленно сообщи мне, я примчусь на подмогу.
***
Верный друг Рамасхи, советник и телохранитель Кайш выглядел как полупрозрачная, мерцающая тень самого себя. Его подвесили заклинаниями над столом из чистого льда в апартаментах личного лекаря кронпринца. Вокруг тела были расставлены ритуальные чаши, напоминавшие круглые каменные очаги. Пожилой лекарь поддерживал в них биение синего пламени. Языки поднимались ввысь, лентами окутывали раненого, свиваясь в кокон как у шаунских мумий.
Лангвира, как ни странно, в помещении не обнаружилось.
На миг задержавшись на пороге, кронпринц широкими шагами прошел внутрь.
– Он жив?
– Да, мой принц. Но лучше его сейчас не трогать. К счастью, всё, что тебе нужно, он запечатлел на зерно памяти. Ланвир уже посмотрел и положил его на полку, – лекари кивнул на книжный стеллаж в углу кабинета, и Рамасха увидел небольшой мешочек из синего шелка, похожий на пустой кошель для монет. – Возьми и иди, не мешай мне.