Застрявший в Ревущем лабиринте: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Увидев протянутый к нему протез, боевой зверь тут же поумерил норов и позволил его навьючить самодельными баклажками. Так-то лучше. Мне нравятся инициативные сотрудники, но не строптивые.

— Думаю, ты нам пригодишься, — честно ответил я девице. — Отряду нужны упёртые люди. Ты ведь так и не выдала себя, хотя тебя пытали не один день.

Пленница чуть вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки.

— Не понимаю, о чём ты говоришь, хозяин. Я простая работница с забытой Окраном фермы…

— И чем ты занималась там?

— Молотила тростник, с утра до ночи.

— Хорошо, дадим тебе палку для начала.

Не успел я разобраться с одним членом отряда, как пришлось остужать новые горячие головы. На этот раз сцепились Шест с Молотильщиком, которые и до того ладили с большим трудом. Самурай у нас ярый адепт дисциплины, а наёмник привык обитать в полубандитских ватагах, где каждый сам за себя. Да и набравшая внушительные формы Доска невольно подливала в огонь даже не масло, а высокооктановый бензин. Я-то думал, что бывший стражник оказывал ей знаки внимания по пьяной лавочке, однако в империи подобное не является чем-то предосудительным. Тем более некоторые из шеков очень даже ничего, посимпатичнее большинства местных дегенератов. Так что я вполне понимаю желание сержанта дрючить её не только на плацу, выражаясь сугубо военным языком. Не напади на нас убийцы в столице, парочка могла провести ночь куда веселее.

Это нашего благочестивого Сторка удар бы хватил от одной мысли о близости с «нелюдью». А вот новый член отряда ксенофобией не страдал и сходу принялся штурмовать шипастую крепость. У воинственных шеков на взаимность можно рассчитывать лишь в том случае, если одолел барышню в честном бою. В противном случае она сама выбирает из кандидатов поинтереснее. Я к этой категории не относился никаким боком, зато самурай не раз одерживал верх в поединках даже с настоящим оружием.

Впрочем, Молотильщик её уложил одной левой, даже без протеза.

Не уверен, что бывшая невольница борделя была готова к отношениям, но до поры решил не вмешиваться. Люди взрослые, разберутся как-нибудь сами. Но когда у нас в отряде начал складываться пресловутый любовный треугольник, это стало грозить проблемами. А мне их и так по жизни хватает. Поэтому я не стал пускать ситуацию на самотёк и вызвал горячих пустынных парней на ковёр как только те снова сцепились.

— А чего он раскомандовался? — пожал широкими плечами наёмник. — Я ему не сопливый рекрут!

— Наверное, потому что Шест является моим вторым заместителем, — холодно напомнил я ему. — А учитывая специфику Двойки, то можно смело считать его первым. Мне казалось, мы всё обсудили, когда ты к нам присоединился.

— Да я ж не отказываюсь! Просто ценную боевую единицу лучше приберечь.

Шест отчётливо скрипнул зубами, верно расценив отнюдь не иллюзорный булыжник в свой огород. Я тоже не оценил хитрожопости Молотильщика, начав демонстративно крутить ручку взвода тетивы. Без лишней торопливости, будто между делом. Но все вокруг разом напряглись, а воздух наэлектризовался, как перед грозой.

— Запомни раз и навсегда, дружище. Самая ценная боевая единица в отряде это я.

— Вот как… — задумчиво протянул залётчик, чуть заметно насторожившись. — Стрелок это здорово, но лишь пока заряжен. А потом он становится лёгкой добычей для каждого, кто рядом.

— Не об арбалете речь. Самое ценное оружие это ум, а вы все им редко пользуетесь.

На этой просветительской ноте я и нажал на спусковую скобу. Болт буквально испарился, но вздрогнувший наёмник его не поймал. Я всё-таки не идиот, чтобы в него стрелять. А вот густые заросли неподалёку так и просили гостинец поувесистее. Отказать им в этом казалось неправильным, и судя по звонкому цоканью, мои опасения оказались верны. Точно не в песок попал.

Очень долгую секунду ничего не происходило, пока замершие на месте бойцы осмысливали случившееся, после чего события понеслись вскачь, как укушенный оводом жеребец. Кустарник взмыл в воздух, будто хотел преодолеть само притяжение, а вместе с ним взметнулись комья песка с дёрном и куски порванных корней. Нас окатило настоящим градом из грязи, в котором проявилось нечто массивное и покатое. Словно валун решил прогуляться от скуки. Прямо к нашей прогалине.

Правда, у них не бывает суставчатых лап, да и с клешнями проблема. У этого же экземпляра их имелось целых две штуки. Каждая размером… Ну, даже не знаю, пусть будет большая неаполитанская пицца, из которой уже съели пару кусков. Этот проклятый мир мне когда-нибудь точно мне мозги вскипятит…

Шест отреагировал одним из первых, на чистых рефлексах ударив самодельным копьём прямо в надвигающуюся глыбу. С тем же успехом можно было попытаться проткнуть ближайшую скалу, однако подобная самодеятельность не понравилась его противнику. Одна из клешней с хрустом перекусило древко, будто тоненькую тростиночку. Второй она попыталась повторить фокус уже с самим сержантом, но тот шустро сиганул вбок, несмотря на увесистые протезы вместо ног. Жить захочешь — ещё не так расстараешься. Кузнечики будут давиться от зависти.

Остальные последовали его примеру и бросились врассыпную. Это немного дезориентировало нашего противника, заставив его закружиться на месте в поисках жертвы. Грозные клешни он вскинул вверх, растопырив зазубренные края. Ну прямо брачный танец краба-переростка. Существо, кстати, и впрямь на него походило строением — начиная от горбатого панциря, и заканчивая суставчатыми лапами. Только количество не совпадало. У этого красавца пар оказалось ровно в два раза меньше, чем у земных ракообразных. И я очень сомневаюсь, что на моей родной планете обитали подобные здоровяки, размером с электрический «сити-кар».

Разве что в эпоху динозавров…

Ребята попытались было его атаковать, но без толку. Молотильщик едва не лишился бритой наголо башки, а Двойка попрощалась с одним из дорогущих вакидзаси, который со звоном погнулся об суставчатую лапу. А ведь она этими клинками без труда шиноквала твердейший хитин рвачей… Однако железяку всегда можно найти новую, а вот двурукая ниндзя у меня всего одна-единственная.

— Назад, дура!

Мой новый снаряд срикошетил ничуть не тише. Будто по танку выстрелил, но я нарочно зарядил в паз последнюю болванку, чтобы усилить эффект оглушения. Чудище ненадолго потерялось в пространстве, слепо размахивая лапами, что позволило Двойке благополучно ускользнуть. Мой словарный запас обогатился парочкой новых выражений, а потом в бронированную тушу с рёвом влетел бычок, про которого я успел позабыть в суматохе. В голове сам собой возник образ поезда, который сносит застрявший на путях грузовик. Чихать он хотел на какое-то там препятствие, всем составом. У него — инерция!

Одна из клешней скрежетнула по толстым костяным пластинам, но даже у неё не вышло проломить природную броню. Особенно такую широкую. Бычок же не стал мудрить и таранным ударом опрокинул краба сначала на бок, а потом и вовсе перевернул его, поддев бивнями за край панциря. Хищник отчаянно задрыгал ногами в воздухе, но вернуться в исходное положение у него не вышло. Вошедший в раж тягяч принялся топтать плоское брюхо копытами, а финальной точкой стал размашистый удар Молотильщика.

Его кувалда только на первый взгляд кажется непрактичной фигнёй, годной только для хвастовства перед впечатлительными дамочками. Но на моих глазах эта стальная дура вынесла оконную решётку месте с рамой, что не смогли сделать несколько физически крепких мужчин. С одной стороны ударная часть оружия сужалась конусовидным острием, а с другой вполне походила на боёк молотка, только рифлёный. Таким запросто можно заколачивать железнодорожные костыли толще человеческого пальца.

Тыльная часть панциря оказалась не настолько крепкой, чтобы выдержать подобное издевательство. Плоский ударник проломил его, разбрызгав молотобойца бурыми ошмётками. Краб всё ещё дёргался, но это была уже агония. Со всех сторон к нему ринулись остальные бойцы, словно стая голодных пираний, и через полминуты всё было кончено. Клешни прижали к песку, пока те не сомкнулись навсегда.