— С ним всё в порядке. Просто он попросил поменяться, так как ему не подходило расписание.
Объяснение Арманда звучало правдоподобно. А я уже надумала! То, что он планировал вести у нас лекции, не было связано со мной. Он больше не подозревал меня и не собирался следить. Вот только дурное предчувствие навязчиво зудело под коркой мозга…
Арманд начал лекцию с общей теории, и его бархатистый, но довольно громкий и твёрдый баритон растекался по аудитории. Арманд заложил руки за спину, медленно шагал из стороны в сторону, затем подошёл к своему столу и сел на край. Неторопливо расстегнул пуговицы на манжетах, при этом не отвлекался от рассказа, и закатал рукава до локтей, обнажая мускулистые руки с проступающими венами. Сегодня Арманд надел белоснежную рубашку, которая контрастировала с его угольными волосами, а чёрная жилетка плотно облегала крепкий торс. Брюки были немного свободными, и во время движений сквозь струящуюся ткань проступали стальные мышцы бёдер.
Я подпирала щёку кулаком, второй рукой сминала край листка, и неотрывно смотрела на Арманда, делая вид, что внимательно его слушаю, но смысл слов проносился мимо меня. Хотя я всегда вникала в лекции других магистров…
Арманд поглядывал на меня, и мне начинало казаться, что снова чем-то вызвала его подозрение, но он смотрел спокойно, как рассказчик на слушателя, а я невпопад легонько кивала. Решила, что он также часто уделял внимание и другим адептам.
Внезапно Арманд замолчал. Я покосилась на сокурсников: они что-то записывали. Растерянно посмотрела на Арманда, и он указал взглядом на мою тетрадь — похоже, он продиктовал важное предложение, а я пропустила. Тогда я приложила руку ко лбу, прикрывая глаза, незаметно подглядела в тетрадь Дженны и списала пару строк. Щёки вспыхнули от стыда.
После этого я слушала внимательнее и конспектировала каждую тему. Арманд вкратце рассказал про несколько миров, затем от его фразы в груди встрепенулось тёплое, ностальгическое чувство с привкусом горькой тоски:
— Жители называют свою планету Землёй.
«Ах! Он случайно не про мой мир говорит?»
Арманд будто в доказательство перечислил шесть материков и назвал несколько стран.
«Точно! Речь про мой мир! — обрадовалась я. — Хоть одну тему я буду знать в совершенстве! Вот бы вытащить этот билет на экзамене! Хотя вряд ли я буду здесь аж до конца семестра».
Я оторвалась от конспекта и, слегка улыбаясь, слушала Арманда. Он называл сухие факты, рассказывал всё верно, не искажал правды и закончил фразой:
— А ещё там нет магии, — пренебрежительно усмехнулся он.
Среди адептов послышались изумлённые возгласы — похоже, о таком они слышали впервые.
— Как это нет? — в недоумении спросил Берт. — Разве это возможно? А чем тогда там люди занимаются?
— А как они строят дома? — спросил другой сокурсник. — Для этого же нужно сложное заклинание! Как исцеляют раны? Как, в конце концов, стирают, убирают и готовят?
— Им пришлось освоить науку, придумать технику и построить кучу заводов, — снисходительно ответил Арманд.
— Люди проделали огромный труд, что освоить науку, — заступилась я.
— В бездарном мире на какие уловки только не приходится идти, — холодно произнёс Арманд.
Волны жара хлынули по венам. Да он оскорбил меня лично!
— Бездарном?! — не выдержала я и подскочила со стула.
Арманд взглянул вопросительно.
— А если забрать магию из этого… то есть нашего мира, то что останется? Ничего! Будем жить в пещерах и без водопровода. Это у нас все рождаются с магией, нам всё подаётся на блюдечке! А там человечество прошло долгий путь, чтобы достигнуть расцвета цивилизации! А ещё… там есть компьютеры и интернет! — выдала я последний аргумент — то, чего мне так не хватало в этом мире.
Я замолчала — поняла, что наговорила лишнего. Висела тишина, все смотрели на меня. Арманд медленно поднялся с края стола и шагнул ко мне.
Ох… не хотела же я пробуждать огонь в его глазах…
Глава 17
— Что вас так зацепило, адептка Рэядеар? — безошибочно назвал Арманд мою фамилию и едва заметно поморщился.
Я вздрогнула — он и вправду её запомнил, даже не взглянул на мою серебряную нашивку. Моя новая фамилия звучала странно, мне самой было трудно её выговаривать, но у него она легко слетела с языка. Тогда почему Арманд поморщился? Может, моя фамилия означала что-то неприличное или походила на ругательное слово? Точно! Это Гаренс подставил меня! Сказал, что у меня самая распространённая фамилия, а на самом деле решил подшутить. Или откровенно поиздеваться? Ух, я ему устрою!
Арманд остановился в нескольких метрах от моей парты и сцепил руки за спиной.
— Слово бездарный означает, что мир лишён дара магии. Или вы увидели в этом скрытый смысл? — спросил Арманд и крепко стиснул зубы. На скулах заиграли желваки.