— Только предполагаю, мой граф. Но я не думаю, что они бы рискнули пойти на это в одиночку. Скорее всего, есть и другие кланы, которые находятся в тени. А Лихачёвы — просто рискнули высунуться, потому что их дети — одни из ближайших к наследию детей Императора.
— Можешь что-нибудь про них добавить?
— Это клан, который не заслуживает своего положения, — голос Ады внезапно ожесточился. — Они — не те люди, которые должны иметь родство с Императором.
Ага, кажется, они ей неплохо так насолили.
— У тебя к ним личные счёты, да?
— Не важно, граф. Это совершенно не важно, — хотя по напряжённой интонации я понял, что да — личные счёты.
Что же, захочет — сама расскажет. Не буду давить. Мало ли, какие раны я затрону, если продолжу этот разговор?
Я сменил тему:
— Значит, эти Лихачёвы избавиться от меня, — задумался я. — Стравили со Сталиновыми… а те и не против.
— Эти не испугаются. Я думаю… — робко заговорила она, — что Сталиновы собираются обрушиться на Вас, чтобы завоевать репутацию при дворе и доказать Императору, что с ними стоит считаться. О Вас ходят слухи, как об очень сильном маге, который ещё не определил свой ранг. То есть Вы можете быть как Мастером, так и следующим рангом — Вершителем. А кто-то даже допускает, что Вы на границе высшего ранга — Абсолюта. В котором находятся считанные единицы, на всю Империю. Да на весь мир таких магов не больше двух десятков.
Я с ухмылкой сжал свой кулак. Руками, пожалуй, я могу дробить даже камни. А Мастера для меня уже явно не противники.
Вершитель? Вероятно.
Абсолют? Возможно.
— Меня считают зверем, которого можно победить и использовать как яркий трофей, — я воздел кулак выше. — Что же… Пусть приходят. Кто бы ни был. Сталиновы? Пусть. Лихачёвы? Пусть. Да хоть все разом. Гвардия каждого клана, который явится в мои владения, ляжет в землях Северного Предела.
— Мой граф… — я почувствовал её улыбку. — Вы так грозно звучите. Жаль, что Вы не мой защитник. Я была бы спокойна. Знаете, женщине иногда очень важно это — чувствовать себя защищённой.
— У Вас для этого есть телохранители.
— Да что они сделают, если нападающий будет сильнее их? А это не редкость. Это не выдумка. Но один из вариантов. Помните, что случилось на моих именинах? Даже батюшка оказался на грани. Он мог умереть. Для Вас это, возможно, не что-то сильно удивительно. Но для меня… для всей Империи, он — как живой бог. Редко кто воспринимает его иначе. Только Вы и ряд аристократов, жаждущих получить влияние на его персону. А если могут убить живого бога, то насколько уязвима обычная хрупкая девушка?
Ага.
Обычная.
Хрупкая.
Которая обладает одним из сильнейших магических Даров. Да ещё и ближе всего по его потенциалу к самому Императору. Если постараться, из неё можно сделать невероятно сильную магичку.
— Потому простите мне мои жалобы, — произнесла Ада. — Я просто тоскую по безопасности, которой лишена. Жаль, граф мой, очень жаль, что я Вам не интересна… как женщина, — короткий вздох. — Простите. Я перешла границу дозволенного.
Ага, извиняется она.
Вновь Ада стала актрисой. «Несчастной девой в беде», которая ждёт храброго и сильного принца, что решит все её проблемы. А желательно, привяжет этого принца к её папаше и сделает себя куклой в его руках.
Спасибо. В прошлой жизни уже проходили. Вскользь. Знаем. Чем закончится — тоже.
Потому я даже не ответил.
— Неужели Вы ничего не почувствовали? — примерно через десяток секунд спросила Ада. — Ничего внутри не отозвалось в Вас желанием защитить меня? А потом… — её голос стал тихим, томным, — получить награду, которую герой заслуживает?
Я засмеялся.
— Ваше Высочество забывает, что истинный воин побеждает врагов не только внешних, но и внутренних. А Ваше предложение, очевидно, слишком выгодно нашему общему знакомому, — сказал я, имея в виду Императора.
Ада рассмеялась мелодичным голоском.