«Во-вторых, спасая свою задницу, командир здешней российской части вынужден будет оказать пограничникам помощь».
«Вот он и пошлёт символическую помощь. Как это называется — взвод?»
«Усиленный взвод, это ещё четыре десятка. И они ударят бородатым в спину. Совсем не такой уж безнадёжный расклад, право».
Девушка внезапно остановилась.
«Вот бы и вправду ударить им в спину. Пара дальнобойных лучемётов…»
«И корабельный десинтор, чего уж мелочиться. Чтобы эти горочки превратились в песчаные барханы» — эльдар кивнул на виднеющиеся вдали горные хребты.
«Ох, Таур… Мне иногда кажется, что вместо сердца у тебя вставлен четырёхкамерный насос. Из чистого титана».
«Ты не права, Туи» — эльдар обнял девушку. — «После матери я больше всех люблю тебя».
— Ва! — голос грубый, гортанный. — Молча абнымаются, да? А нам абнымат-цалуват тоже давай, да?
Добрый десяток неопрятных бородатых личностей щерили жёлтые зубы, в явном предвкушении. Автоматов при них не наблюдалось — всё-таки день, и логово кафиров рядом — однако экспресс-сканер мгновенно выдал расклад — у троих в широких штанинах прятались пистолеты, у прочих только ножи и короткие железные дубинки.
«Ну вот, окончательно настроение испортили» — в мыслях Туилиндэ сквозила брезгливая досада.
«Давай, Туи».
Бородачи разом взвыли, хватаясь за лица. Резко запахло палёным мясом. Миниатюрный перстень-лучемёт не в состоянии прожечь в человеке сквозную дыру размером с кулак. Поэтому в режиме автоматического огня он бьёт по глазам. Самостоятельно, бесшумно и без единого промаха.
— Пакость какая… — Таурохтар уже извлекал из кофра вещицу, более всего похожую на ручной электрический фонарик времён СССР: круглый алюминиевый цилиндр с маленьким раструбом. — Ладно… к аллаху в амбар!
Последние стенания резко оборвались, стихли в вечернем воздухе. Вместо бородачей пузырились, быстро впитываясь в сухой грунт, обширные тёмные лужи.
— Нельзя задерживаться, Туи, — поставив кофр на землю, эльдар принялся в нём ковыряться. — Телепорт готов к работе.
— Нет, Таур, — тонкие ноздри девушки чуть подрагивали.
— Что?
— Мы вытащим этого парня.
— Не сходи с ума, Туи. Там уже вот-вот начнётся бой!
— Мне без разницы.
— Тебя уволят, полоумная! Да я сам тебя уволю!
— И ты меня не уволишь, Таур. И никто… и даже если, то это будет потом. А сегодня — сегодня мы вытащим этого парня.
— … Да причём тут степень достоверности источников!
— Да при том! Ну как ты себе это представляешь: вот я звоню начотряда — так и так, мол, по авторитетному мнению проезжих журналистов, в эту ночь решили мудьжахеды перейти границу у реки… Знаешь, что он ответит? «Пойди проспись, Сергей Иваныч, и чтобы я тебя больше в таком виде не наблюдал!»
Денис тоскливо посмотрел в окно, где гулял пыльный ветер. Не верит… понятно, что не верит. А даже если и верит в душе, вида не подаст. И в штаб звонить не станет — кому охота перед начальством выглядеть дураком? Журналисты, тыры-пыры… тоже ещё агентурный источник.
— Сергей Иваныч, ну а если? Ну хорошо… но хоть наряды-то на заставу отозвать можно?
Против ожидания, капитан Веленев ответил не сразу.
— Ладно, с постами решим вопрос. — начзаставы тоже поглядел в окно. — Да… неспокойно у меня на сердце, Дениска. Ты в курсе, Басманов рапорт написал?
— Так не утвердили вроде пока…