Такую схему сексуальных отношений, как у Анны, ученые называют параллелизмом. Для этой схемы неважно, знает один партнер о существовании другого (других) или нет. При параллелизме у человека может быть несколько партнеров одновременно (как говорят французы, ménage à trois[30]), он может изменять супругу или состоять в открытых отношениях по договоренности со спутником жизни или, как в ситуации Уильяма, не распространяться о том, о чем его не спрашивают его партнерши. Чем больше в сети тех, кто состоит в параллельных отношениях, тем быстрее они заражаются передаваемыми половым путем бактериями и вирусами, даже при условии, что у каждого из участников всего несколько партнеров.
Временной промежуток тот же. После того как А заражается от партнера D, возникает потенциальный риск заражения для пяти других участников схемы. При наличии параллельных связей заражается больше людей, чем при серийной моногамии
Сейчас объясню, какую значительную роль играет даже очень небольшое число параллельных отношений для распространения инфекции внутри сети. Если говорить о ВИЧ, Мартина Моррис считает, что если всего 5 % участников одной сети сексуальных отношений имеют связь с несколькими партнерами одновременно, риск заразиться внутри этой сети будет вдвое выше, чем в другой сети такого же размера, но без параллельных связей6.
Даже если вы только подозреваете, что у одного из ваших сексуальных партнеров есть другие связи, риск заразиться ИППП будет выше. Холли Хоуорд (Holly Howard) из Департамента здравоохранения штата Калифорния выяснила, что у женщин, которые допускали возможность параллельных отношений, риск заразиться хламидиозом был в от двух до пяти раз выше, чем у тех, кто считал для себя такой сценарий маловероятным. На самом деле у женщин, которые лишь допускали возможность параллельных отношений, риск заразиться был таким же, как у тех, кто был уверен в наличии у своих партнеров других связей. Вывод: если вы подозреваете, что ваш партнер спит с кем-то еще, для вас риск заразиться ИППП будет выше.
Мы знаем, что у Уильяма была связь с двумя женщинами и он полагал, что его партнерши могли встречаться с другими мужчинами. Адаора Адимора (Adaora Adimora) из Университета Северной Каролины выяснила, что в параллельных отношениях гетеросексуальные чернокожие американцы состоят чаще, чем белые (о причинах этого подробно рассказывается в главе восьмой). Этим отчасти объясняется тот факт, что такие бактериальные ИППП, как гонорея и хламидиоз, у чернокожих встречаются в 5–10 раз чаще, чем у тех же категорий белого населения7, даже несмотря на то, что у чернокожих женщин в среднем столько же партнеров, сколько у белых, и они чаще пользуются презервативами8.
Что касается Ксавье, он не всегда пользовался презервативами, занимаясь анальным сексом. По данным Центров по контролю и профилактике заболеваемости США, 75 % латиноамериканцев-гомосексуалистов в 2017 году занимались анальным сексом без презервативов9. Несмотря на это, Ксавье удалось избежать заражения ИППП/ВИЧ, но долго ему так везти не будет. В конце концов он тоже пострадает от беспорядочной смены половых партнеров. У гомосексуалистов, которые состоят в параллельных отношениях или часто меняют партнеров, риск заразиться гонореей в 11–14 раз выше, чем у гетеросексуальных мужчин, а риск заразиться сифилисом выше больше чем в 100 раз10–12.
Хотя истинная и серийная моногамии – действительно эффективные стратегии снижения передачи ИППП/ВИЧ, они подходят не всем людям без исключения. Некоторые из нас не могут окончательно разорвать отношения и, как Уильям, заводят разных партнеров в разных местах. А кому-то, может быть, просто нравится разнообразие. Если вы узнали себя в одном из описанных мною персонажей, знайте, что существует способ состоять в параллельных отношениях и ничем не болеть. Чтобы узнать как, давайте обратимся за помощью к нашим полиаморным друзьям.
Вдоль и поперек
Специалисты в области науки об окружающей среде знают Мэриан как блестящего специалиста, чрезвычайно собранного и сообразительного. Наверняка ее коллеги были бы в шоке, если бы узнали о том, что когда-то Мэриан состояла в рядах радикальных альтернативщиков, она практически забросила свою карьеру и поселилась в штаб-квартире организации под названием OneTaste – полиаморного сообщества, ячейки которого процветают в восьми городах США и Великобритании.
В ряды OneTaste Мэриан вступила в период стремительного роста популярности этой организации, когда группа из восьми живших вместе человек разрослась до 40 участников и перебралась сначала в здание бывшего склада, а затем в жилой комплекс. Центром вселенной OneTaste была Николь Дедоун (Nicole Daedone), харизматичная и деловая (видео с ее выступлением на конференции TEDx, посвященным силе оргазма как средства от всех болезней женской половины современного западного общества, набрало 1,9 миллиона просмотров – она определенно умеет очаровывать людей)13. Многие считают, что OneTaste – это культ, но даже если это так, ясно одно: сообщества такого типа позволяют как следует изучить практику сексуального параллелизма. Если такие полиаморы, как Мэриан, умудряются избегать заражения ИППП, имея несколько параллельных связей, возможно, все мы можем у них чему-то научиться и в определенный период жизни тоже сможем вступать в отношения больше чем с одним партнером.
В основе движения OneTaste лежит практика под названием «оргазмическая медитация» (ОМ) – 15-минутный ритуал клиторальной стимуляции, при этом партнер, который стремится к оргазму (всегда женщина), раздет до пояса снизу, а тот, который дарит ему эти ощущения (мужчина или женщина), полностью одет. Для поселившихся в здании склада членов коммуны OneTaste два групповых занятия ОМ были частью привычного ежедневного распорядка. Также нужно учесть, что все 40 членов коммуны спали в одной комнате без перегородок, что способствовало сексу между ними во всем его многообразии в любое время дня и ночи. Хоть ОМ и предполагает соблюдение определенных физических границ, еженедельное участие в этом десятка с лишним разных партнеров быстро разрушает эмоциональные границы между ними, возможно существовавшие до того, как эти люди переступили порог жилища.
С точки зрения передачи ИППП ОМ сама по себе не представляет никакого риска. Во время пребывания Мэриан в коммуне члены OneTaste даже начали надевать перчатки, когда занимались ОМ, но для многих из них, в том числе и самой Мэриан, ОМ была лишь менее рискованным способом перехода к другим сексуальным играм – время от времени в коммуне ставили эротические спектакли с переодеваниями, практиковали ролевые игры, занимались оральным, вагинальным и анальным сексом, обмен партнерами происходил постоянно. То есть внутри коммуны процветал параллелизм в самом полном смысле этого термина.
Учитывая, что члены коммуны практиковали не только ОМ, но и все виды секса, лидеры внутреннего круга группы приняли решение о том, что все, кто живет в здании, должны пройти самую тщательную проверку на ИППП. Несмотря на наличие у некоторых членов коммуны страховки, внутренний круг хотел, чтобы все сдали одни и те же анализы, поэтому большинство обитателей бывшего склада коллективно отправились в ближайший государственный вендиспансер.
На руки результаты анализов получил секретарь, который удостоверился в отсутствии у всех членов коммуны ИППП; только после этого членам коммуны разрешили заниматься сексом друг с другом. Мэриан решила сдать анализы в другой клинике – она не хотела столкнуться с коллегой или знакомым. Получив результаты анализов, она отдала их секретарю и до сих пор не знает, кто из членов коммуны получил доступ к ее личной информации. В общей сложности в коммуне OneTaste она провела более двух лет и все это время регулярно сдавала анализы на ИППП.
Мэриан подсчитала, что за два с лишним года ее партнерами по ОМ были не меньше сотни партнеров. «За это время у меня был секс (вагинальный и/или анальный) примерно с десятью мужчинами из коммуны. Кажется, что это много, но на самом деле их могло быть гораздо больше». Со сколькими партнерами она занималась оральным сексом, Мэриан точно сказать не смогла – может, два или три десятка. Она извинилась за неточность данных – ученый есть ученый. Мэриан объяснила, что могла сбиться в подсчете партнеров, потому что участвовала в групповом сексе – во время таких мероприятий сложно подсчитать, с каким количеством партнеров у тебя был оральный или вагинальный контакт.
Несмотря на большое число партнеров и процветавший в OneTaste параллелизм, за два года, которые Мэриан провела в коммуне, вспышек ИППП и ВИЧ не было. Этому явлению, вероятно, способствовали два фактора. Всех членов регулярно проверяли и лечили, поэтому вероятность неконтролируемых вспышек болезней стремилась к нулю, даже при том, что параллельных связей было много. Гэбриел Ротелло (Gabriel Rotello), автор книги «Сексуальная экология», считает, что на распространение ИППП/ВИЧ влияет и то, сколько сексуальных контактов у членов коммуны было между собой и с партнерами, в коммуне не состоявшими.
Коммуна, членом которой была Мэриан, по сути, представляла собой закрытую систему. Хоть Мэриан и описывает ее как структуру с «полупроницаемой мембраной», обычно члены коммуны занимались сексом друг с другом. Иногда им случалось находить партнеров за пределами OneTaste, но им было так неловко объяснять, где и как они живут, что большинство на такие поиски не отваживались. Мэриан добавила, что чем больше времени человек проводил в коммуне, тем меньше знакомых за ее пределами у него оставалось.
Другим методом, который в OneTaste применяли с целью минимизировать риск заражения ИППП, была практика, известная под названием флюидная связь. Она предполагает обмен физиологическими жидкостями организма (без презервативов или других барьерных средств) только с одним партнером, у которого по результатам анализов не обнаружено ИППП/ВИЧ и с которого брали слово сразу рассказать о любых изменениях этой ситуации. Тот, с кем такой человек вступал в связь, давал обещание в случае чего сделать то же самое. За пределами флюидной связи обоим разрешалась иметь сколь угодно много партнеров, но абсолютно со всеми этими партнерами за пределами связи нужно было пользоваться презервативом.
Мэриан знала о том, что некоторые члены коммуны вступали в такую флюидную связь, но она сама не была готова заключить подобный договор с кем-либо и настаивала на использовании презерватива при любом вагинальном или анальном контакте. Мэриан спокойно первой заводила об этом речь, и случалось это так часто, что она считала, будто все члены коммуны знают о ее предпочтениях.
Однажды она занималась сексом с другим членом коммуны. Охваченная страстью, она забыла остановиться и предупредить партнера о необходимости использовать презерватив. «Я думала, он хочет достать презерватив, а он потянулся за лубрикантом». Так как пара занималась анальным сексом, вопрос беременности партнера Мэриан не беспокоил, а поскольку он находился позади нее, Мэриан не видела, что он там делает. Пока он не кончил, она не знала о том, что мужчина не надел презерватив. Когда он вынул член, она испугалась: «Что там такое у меня на спине. Я так расстроилась. Я винила себя в том, что поверила, будто он тянется за презервативом. Единственный раз я забыла проговорить этот момент, и вот что получилось».
Осознав, что у нее был незащищенный анальный контакт, она просто сбежала. «Я пошла в центр, села и какое-то время просидела в ужасе». Она сразу решила, что в ближайшее время сдаст анализы на ИППП и ВИЧ, причем на ВИЧ – несколько раз, чтобы наверняка знать, что не заразилась. Все анализы оказались отрицательными, а этот случай стал глубоким разочарованием. Оглядываясь назад, Мэриан признается, что, несмотря на обширный опыт и привычку всегда обсуждать этот момент с партнером, даже у нее случались осечки.
Мэриан была напугана, но решила остаться в коммуне. Она стала чаще предаваться ОМ, сеансы стали дольше, ей часто казалось, что ее накрывает волной биохимического кайфа. «У меня кружилась голова. Бывало, мне казалось, что я отдаюсь процессу на 150 %. Моя продуктивность достигала максимума». Позже выяснилось, что эта эйфория быстро проходит. К концу второго года в OneTaste у Мэриан случился эмоциональный срыв, она чувствовала себя опустошенной и часто плакала.
Вдобавок ко всему разразился финансовый кризис. На протяжении нескольких месяцев все свои деньги она направляла в коммуну. Однажды на ее банковский счет поступила ссуда на учебу, и деньги сразу же были списаны со счета в пользу коммуны.
Пора было выбираться оттуда.
Логика подсказывала, что покинуть OneTaste будет несложно. «Я позвонила родным, заняла денег, связалась с начальником, и меня приняли на прежнюю работу». С эмоциональной точки зрения выбраться из коммуны было не так-то легко. Мэриан продолжала поддерживать связь со многими членами коммуны – расстаться с соседями, любовниками и друзьями оказалось делом непростым.
Последней каплей стало возвращение в ее жизнь человека, к которому она испытывала сильные чувства, – ее бывшая коллега вернулась в Сан-Франциско. «Я поняла, что должна порвать все старые связи, если хочу быть с этой женщиной. Мне нужно было сорваться с крючка, на который я попалась, и теперь мне было ради кого это сделать».
Мэриан смогла оставить в прошлом свои полиаморные увлечения, но иногда призрак прошлого проникал в настоящее. «Иногда я встречала знакомое лицо, но не могла вспомнить, кто это – бывший коллега или, может, мы занимались сексом? Неприятное ощущение, хорошо, что со временем такое случается все реже».
Несмотря на неприятные воспоминания, которые остались у Мэриан о пребывании в коммуне OneTaste, она не стремится разубедить тех, кто хочет иметь параллельные связи или практиковать полиаморию с множеством партнеров, она лишь призывает помнить о существующем риске. Если человек активен и стремится к параллелизму, ему следует принять условия флюидной связи с одним партнером (если уж так хочется незащищенного секса), а со всеми остальными пользоваться презервативом. Неплохо также регулярно проверяться на инфекции и делиться результатом с партнерами. В идеале сообщать партнеру о том, что вы практикуете только безопасный секс, нужно еще до начала прелюдии, но Мэриан научилась прощать себя и других за то, что поговорить о защите получается не всегда. «Даже самые убежденные и образованные люди не идеальны. Мне просто повезло».
Спящие в ядре
А я тем временем все сижу в центре моей предполагаемой сети сексуальных контактов с родителями из садика, безуспешно пытаясь заразиться хламидиозом. Несмотря на то что у меня сразу несколько партнеров, средний возраст участников моей сети – 35 лет, а в этой возрастной группе распространенность хламидиоза составляет менее 1 % (0,7 %, если точно)14,15. Распространенность инфекции, то есть количество представителей популяции, которые являются ее носителями, также существенно влияет на возможность заразиться этой инфекцией для человека, у которого будет секс с представителем данной популяции. Внутри моей сети преобладает абсолютная моногамия, поэтому вероятность заражения стремится к нулю. Возможно, я заражусь вирусной ИППП – такой, как ВПГ (см. главы 1 и 4), но если мы захотим познакомиться с основными бактериальными инфекциями – возбудителями хламидиоза, гонореи и сифилиса, – заразиться от кого-то из членов моей сети будет непросто.
Конец ознакомительного фрагмента.