Ultraviolence (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Юнги поднимает взгляд на альфу и несколько секунд пытается понять, куда тот клонит.

— Право, международное право, — тихо говорит он.

— Нет бы на дизайнера какого-то учиться пошел, — притворно возмущается Чон.

На самом деле, Юнги его удивлять не перестает. Своей несгибаемостью, бесстрашием, отчаянным желанием учиться, несмотря ни на что. А теперь еще и тем, что и профессию он выбирает больше подходящую альфам. Чонгук не понимает, зачем ему это, вряд ли Юнги воспользуется своим образованием. У этого омеги нет четкого завтра, нет ничего. А он при этом просит. Стоит на своем. Чонгук долго думал о просьбе паренька. Он не привык выполнять чьи-то желания, помимо чиминовских, но тут захотелось. Может, просто ради его улыбки. Хотя Чон предпочитает так не думать. Просто списывает все на свое хорошее настроение. Чонгук решил, что образование он ему даст. В конце концов, Юнги полностью зависит от него, и даже если омега выкинет какую-то глупость — Чонгук с ним разберется: как подарил — так и отберет.

— Это господин Квон, он из министерства образования. Я уже распорядился, чтобы твои документы восстановили. У тебя даже удостоверения личности нет. Они будут готовы к вечеру, а потом он займется твоим зачислением в университет, — говорит альфа и откидывается на спинку кресла.

Юнги продолжает не веря смотреть на него и с трудом подбирает слова.

— Я смогу сам учиться, просто зачислят, и я буду сам все сдавать, — омега не знает, почему он это все говорит, а главное кому.

— Вот и прекрасно, — улыбается Чон. — Красивая, так еще и умная сучка. Везет мне.

Юнги мрачнеет сразу же и мечтает провалиться под пол, только его мечтам уже давно не суждено сбыться.

— Вы можете идти, — заявляет Чонгук и, встав на ноги, обходит стол. Квон откланявшись идет на выход, Юнги тоже поворачивается к двери, но сразу же замирает от приказного:

— Останься.

Чонгук подходит к омеге и останавливается напротив. Ловит взглядом панику на дне чужих глаз и усмехается. Альфа проводит костяшками по лицу Мина и, медленно нагнувшись, касается губ: не давит, не пытается раскрыть их, просто водит своими губами по его губам. Юнги не двигается, не прикрывает веки, продолжает нервно комкать футболку на животе и не дышит.

— Почему ты такой вкусный? — Чонгук задает вопрос не ради ответа. Он вообще будто спрашивает самого себя. — Как насчет того, чтобы поблагодарить меня? — этот вопрос уже точно адресован омеге.

Юнги шумно сглатывает и поднимает взгляд — Чонгуку этого достаточно. Он притягивает его к себе и впивается в губы. Целует оголодало, мнет, кусает, играет с чужим языком и нехотя отодвигается.

— Теперь ты можешь идти, — говорит альфа и идет к столу.

Только в лифте Юнги вдыхает полной грудью и пытается рассортировать свои мысли. С одной стороны, он рад, что сегодняшняя встреча с Чонгуком прошла безболезненно, и что альфа все-таки согласился дать ему возможность учиться, а с другой, Мин все еще не знает, как себя вести с ним, и как, вообще, держаться на ногах в его обществе.

***

Уже почти восемь часов вечера. С минуты на минуту за Джином приедет водитель Намджуна, но омега не готов. Он так и сидит в костюме на полу посередине разворошенной спальни и смотрит в одну точку. Это западня. Джину из нее не выбраться. Намджун знает, куда бить, чтобы добиться своего, и омега его искренне не понимает. Пусть это даже любовь, но в любви ведь надо понимать друг друга, надо уважать чужой выбор. Но видно, Намджун не знает, что это такое. Джин хочет Намджуна ненавидеть — это облегчило бы его страдания от того, что сердце и душа тянутся к этому альфе, а мозг твердит, что нельзя. Может, этот вечер в этом поможет, может, Джин увидит другую, ужасную сторону Намджуна и разлюбит его.

Омега вздрагивает от звонка мобильного и, даже не глядя на экран, встает на ноги. Джин передумал переодеваться. Он поедет к Намджуну в своем офисном наряде, и пусть омеге самому в нем неудобно, плевать. Ким не заслужил того, чтобы ради него наряжались. Он берет мобильный и идет на выход.

Джин сидит на заднем сидении ягуара и отсылает почту. Когда парень поднимает свой взгляд от телефона, то за окном, вместо привычных каменных джунглей, он видит бескрайние луга.

— Мы же выехали из города, — ошарашено говорит он шоферу. — Куда вы меня везете?

— За город, — лаконично отвечает шофер и снова возвращает внимание к дороге.

Джин обреченно вздыхает и, откинувшись на сидении, решает подремать. Проводить по восемь часов в офисе, а потом ехать на ужин к черту на кулички — для Джина это слишком. То, что он всю свою жизнь притворяется бетой, привело к тому, что объем работы, взваливаемый на него, ничем не уступает объему работы альф. Если бы он не лгал и объявил, что он омега, то ему бы даже сократили рабочий день, хотя в таком случае, у него попросту не было бы этой работы и должности.

Машина сворачивает на проселочную дорогу и, миновав высокие каменные стены, заезжает во двор огромного особняка. Шофер подбегает к дверце омеги и, открыв ее, приглашает его выйти. Джин молча следует за мужчиной. Они обходят особняк, и у него даже дух захватывает от открывшейся картины. На лужайке позади особняка стоит белая беседка, в которой накрыт стол, рядом небольшой пруд, в котором плавают утки. Весь шум, вся суета будто остались там, за этими воротами. Свежий воздух бьет в голову, и омега уже не хочет покидать это место. Джин подходит ближе к пруду и, присев на корточки, подзывает утку с утятами. Но те наоборот отплывают к другому берегу, потревожив зеркальную гладь воды.

— Просто так они не придут, — омега вздрагивает и поднимает голову на голос незаметно подошедшего альфы. — Держи, — Намджун протягивает ему кусочек батона.

Джин несмело тянется за хлебом и сразу поворачивается обратно к уткам. Намджун одет в бежевые хлопчатобумажные брюки и белую свободную рубашку. Такого Намджуна Джин не видел. У него растрепаны волосы, и весь он какой-то домашний и уютный. У Джина от него щемит сердце. Но лучше об этом не думать. Как и о том, что Намджун идеально выглядит во всем. Омега молча скармливает хлеб уточкам и встает на ноги.

— Проходи к столу, утки уже сыты, а я голоден, думаю, ты тоже, — улыбается альфа и идет к беседке. Джин молча идет за ним и присаживается на стул.

Ужинают они большей частью молча. Джин за весь день съел один сэндвич, поэтому, если первое время он просто ковырялся вилкой в тарелке и к еде не тянулся, то вскоре омега расслабился и успел попробовать почти все, что наготовил повар Намджуна. А готовил он просто божественно. Джин любит поесть. В последнее время он слишком выматывается на работе и приходится ограничиваться замороженной едой или доставкой, а раньше Джин готовил сам. И родители и друзья в восторге от готовки омеги, а сам он соскучился по нормальной вкусной домашней еде.

Если отбросить в сторону все «почему» и «зачем» Джин сейчас здесь — то с Намджуном хорошо. С ним спокойно и уютно. За ужином парни обсудили пару вопросов касательно Совета, поговорили о ближайших заседаниях и даже умудрились поделиться мыслями об остальных главах Домов.

Уже подали кофе и десерт, и Джин с ужасом обнаруживает, что больше говорить не о чем. Все, что касалось работы, они уже обсудили. А о личном говорить не хочется. В конце концов, они и не друзья вовсе, и точно не любовники, Джин вообще не знает, кто они друг другу. Он старательно изображает интерес к тирамису, которое уже точно в него не влезет, коротко отвечает на вопросы Кима и периодически смотрит на время на телефоне. За весь ужин Джин посмотрел на Намджуна всего пару раз, а сейчас, без остановки помешивая свой кофе, который специально для него Ким приказал сварить в турке, он уже не знает, что сказать.