Ultraviolence (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я знаю, — Риз останавливается напротив и достает из кармана платок. — Держи.

Юнги молча берет платок и утирает лицо.

— Послушай, не надо его злить. Ничего не поделать, все вышло, как вышло, но не нагнетай. Перестань сбегать, язвить, грубить, — осторожно говорит альфа.

— Вы сговорились все? — восклицает омега. — Почему я должен на все соглашаться и все терпеть? Чтобы подкармливать его эго? Это чудовище?

— Тебе было бы легче, — горько улыбается Риз, — намного легче. Попробуй. Разок хотя бы. Это не будет продолжаться вечно. Он отпустит тебя. А сейчас, давай вернемся, пока он не разнес все к чертям.

Юнги всхлипывает и смотрит на альфу, обдумывая его слова.

— Хорошо, — Мин медленно плетется обратно к зданию в сопровождении Риза. Перед зданием стоят автомобили из хорошо знакомого омеге кортежа.

— Успокоился? — Чонгук стоит у машины и докуривает сигарету.

— Да, — бурчит Юнги.

— Подойди, — приказывает альфа.

Юнги делает пару неуверенных шагов и останавливается напротив.

— Я убью его — это всего лишь вопрос времени, — Чонгук за цепочку притягивает Мина к себе и легонько касается его губ.

Юнги прикрывает глаза и позволяет альфе пробовать себя, позволяет облизывать губы, раскрыть рот и глубоко целовать. Отвечает. Прикладывает ладони поверх рук Чонгука и сам не замечает, как принимает условия игры, как сдается. Чон нехотя отстраняется, смакует на языке малиновый вкус и, не веря, смотрит на парня. Что-то не так. Где крики, угрозы, попытки сопротивляться. Юнги взгляда не уводит. Смотрит открыто и даже призывно. Чонгук удивлен, но думать не хочется, снова притягивает омегу к себе, вжимает в дверь автомобиля и продолжает сосать его губы. Руки альфы опускаются на его ягодицы, поднимаются к талии и продолжают грубо ласкать хрупкое тело. Юнги сам льнет, позволяет Чонгуку ласкать свое тело и совсем не ждет подвоха, когда тот ведет ладонями по его бедрам. В следующую секунду альфа уже достает из кармана омеги пузырек и подносит к лицу. Юнги слышит, как ухает его сердце куда-то вниз, прямо на тротуар.

Чонгук пробегается взглядом по буквам, отшвыривает пузырек прямо на асфальт и, притянув к себе омегу, впивается в него полосующим взглядом.

— Течку отстрочить хочешь? — зло усмехается альфа. — Я узнаю, где ты достал их, но это не главное. Главное, что ты меня обдурить пытаешься.

— Я… я больше не буду, — язык омегу не слушается.

— Что за игры ты играешь? — Чонгук продолжает рвать Мина на лоскутки одним своим тоном. Юнги облизывает вмиг пересохшие губы, лихорадочно придумывает оправдания, но ничего путного на ум не приходит. Омега устал жить под постоянным напряжением, под страхом в ожидании следующих действий Чонгука. Он понимает, что надо что-то придумать, а то этот психопат может такое выкинуть, что мало не покажется.

— Я сожалею, — выпаливает Мин, умнее мозг ничего так и не придумал.

— Отныне ты живешь со мной, лисенок. И течку ты проведешь со мной, точнее подо мной, — шипит альфа ему в губы. — У тебя только что закончилось право на ошибки. Вот мое последнее предупреждение: еще раз выкинешь подобное — я тебя покалечу. Обещаю. И похуй, что ты омега, — Чонгук отталкивает от себя парня и идет к дверце водителя.

Жить с Чонгуком. Мин все еще не может прийти в себя от этой фразы. Юнги сидит на переднем сидении автомобиля и молча всматривается в темноту за стеклом. Она сейчас ровно такая же, как у него внутри. Юнги всего лишь полчаса назад решил сменить свою тактику, попробовать подыграть альфе, а уже Чонгук везет его к себе. Все последнее время, несмотря на весь тот ад, который Юнги переживает, он знал, что наигравшись, альфа отправит его в бордель, где можно побыть в одиночестве, без этих пугающих черных глаз. Но больше так не будет. Он теперь будет жить с Чонгуком, есть с ним, спать… в одной постели, просыпаться рядом. Что за злая шутка? Как можно будет играть роль двадцать-четыре часа в сутки, как он сможет не сорваться и держаться. Это кажется чем-то нереальным. Вряд ли Юнги с таким справится. Чонгук не идиот — он раскусит Мина и свернет ему шею. Это всего лишь вопрос времени. Мин прикрывает глаза и откидывается на сиденье. Глупо сидеть и придумывать решение — Юнги уже давно ничего не решает.

***

Джин на прием не пришел. Намджун знает, что у него дела, знает, что бета вроде отпросился. Но альфа до последнего думал, что прием бета не пропустит. До сих пор ни разу не пропускал. Ким вертится по залу, смотрит на часы и все порывается уйти. У него вмиг испортилось настроение, и нет желания кого-то слушать. Перекинувшись парой слов с Чонгуком у входа, Намджун идет к своему роллс-ройсу, на ходу придумывая, что это отличный повод навестить Джина. Чонгук привел Юнги, а бету его вопрос очень интересует. Ким называет шоферу адрес Джина и, откинувшись на сиденье, наслаждается тишиной ночного города.

***

Сегодняшний день был кошмаром. Сколько бы таблеток ни выпил Джин, его все равно колошматило и размазывало по квартире. Джин ненавидит течку, ненавидит, что он омега, и ненавидит, что ему приходится притворяться, что это не так. Половину дня омега провел, рыдая в ванной и давясь омерзительными таблетками, а полдня смотрел на экран мобильного и боролся с порывом набрать Ким Намджуна. Именно он причина того, что в этот раз течка невыносима. Его образ не исчезает, его голос все еще в ушах омеги. Джин, словно призрак, слоняется по квартире и как мантру повторяет про себя любимое имя. Поняв, что так Намджуна не призвать, вконец обессиленный бета рухнул на диван и отключился. Вот только отдыхать ему не дает кто-то очень настырный, кто-то, кто несмотря на то, что ему не открывают дверь уже после пятого звонка, все равно продолжает звонить. У Джина нет сил встать с дивана, и вообще, он никого не ждет. Поэтому бета, приложив к ушам руки, продолжает игнорировать незваного гостя и ждет, когда тот уйдет.

Но все летит к чертям уже в следующую секунду, когда бета слышит ровно два выстрела и глухой звук ударившейся об стену двери.

— Я не хотел ломать дверь, но подумал, вдруг ты там газом отравился, — слышит бета приближающийся из коридора до боли знакомый голос и сползает с дивана на пол. Джину кажется, у него снова галлюцинации, но он ведь точно слышал выстрелы. Намджун заходит в гостиную и застывает прямо на пороге.

— А вариант, что меня нет дома не рассматривался? — зло говорит омега и прикрывает ладонями лицо. — Мне конец.

— Это мне конец, — еле выговаривает Намджун и шумно втягивает в себя воздух, пропитанный запахом лайма. Альфа прикрывает глаза, позволяет запаху впитаться в свою кровь и снова затягивается. Не насыщается. Впускает его в себя дозами и не позволяет себе выдохнуть. Будто Бог собрал все самые прекрасные запахи мира и создал этот невероятный аромат, который сейчас разносится в крови альфы и берет его в плен. Окутывает, впитывается и доказывает, лучше него не будет, лучше не найти. Намджун и искать не будет. Он только что нашел то, что искал всю жизнь, то, что пробудило в нем самое тайное и сокровенное и обнажило то, что было погребено под годами отращиваемой броней. Его омега.

У Намджуна в голове миллион вопросов, но ни один сейчас задавать не хочется. Не хочется портить момент. Он так и стоит на пороге, прикрыв веки, и часто дышит. Намджун боится открыть глаза, боится, что все это мираж, что стоит их открыть, и все исчезнет. Окажется сном. Но ничего не исчезает. Джин — омега. Красивая, безумно пахнущая омега. Видимо, альфа внутри Намджуна чувствовал это всегда. Как Намджун мог так проебаться, а главное, как Джин смог это так долго скрывать. Через что только не пришлось пройти омеге с этой тайной. У альфы от одной только мысли сжимается всего несколько секунд назад проснувшееся сердце. Но это все потом. Сейчас его разум затуманен, сейчас все, что он видит, это сидящий на полу красивый парень. Желанный, единственный в своем роде и любимый, безумно, навечно любимый омега. От одного его запаха у Кима внутри переворот. Джин дурманит, он притягивает, он берет в плен, и Намджун готов сдаваться, хоть до конца жизни. Его запах, его выглядывающие из-под растянутой футболки молочно-белые плечи манят, Намджун сжимает ладони в кулаки и с трудом делает шаг вперед.

— Уходи, — еле слышно просит омега. — Пожалуйста, уходи.