Она сжимает мою руку. Мира выходит замуж за Марчелло Косту и переезжает к нему в Нью-Йорк, потому что ее жених – глава преступного клана, который контролирует северо-восточную территорию. А я останусь на юго-востоке. Отец Миры и Антонио – глава преступной семьи Ла Роса, а мой – капореджимо. Он подчиняется непосредственно главе мафиозной «семьи» и его заместителю. Поскольку Антонио возглавит империю после своего отца, я всю жизнь буду видеть его с Авророй. Их отцы договорились о свадьбе, о чем и объявили во всеуслышание на рождественских каникулах. Веселенькое у меня выдалось Рождество – получила чулок с углями. Не прошло и двух месяцев с момента официального объявления о помолвке, а меня уже тошнит от Аврориного сюсюканья и публичных проявлений привязанности.
Я бешусь не только потому, что Аврора отняла у меня Антонио. Она стерва. Настоящая, перворазрядная стерва. Говорю не для красного словца. Я со своим покладистым нравом с кем угодно найду общий язык. А Аврора все детство завидовала Мире, потому что ее отец – главный, и безжалостно издевалась над ней. Дошла даже до того, что заменила фотографию Миры в школьном выпускном альбоме фотографией свиньи. Аврора – мерзкая гадина, и ее скорое замужество ранит меня в самое сердце.
– Как ты думаешь, мне лучше переодеться в коктейльное платье после церемонии или придерживаться традиций и оставаться в свадебном наряде?
С тех пор как мы сели в самолет, Аврора задала Антонио не меньше сотни идиотских вопросов о свадьбе. Несчастный жених передергивает плечами и продолжает смотреть в окно.
– Как хочешь, – равнодушно произносит Антонио, и мне становится чуточку легче.
Мира призналась мне, что ее брат не в восторге от перспективы жениться на Авроре, хотя считает делом чести поступить так, как лучше для семьи. Поскольку свадьба Миры с Марчелло скрепит отношения с северо-востоком, их отец решил, что женитьба Антонио тоже должна послужить на благо семьи. Поскольку отец Авроры, Оронато Салуччи – заместитель босса и пользуется большим уважением, Аврора – логичный выбор.
– Обязательно надень черное платье, – ехидничает Мирабелла, – чтобы внешнее соответствовало внутреннему.
Аврора злобно прищуривается на Миру, затем поворачивается к Антонио.
– Ты ведь не позволишь ей так разговаривать со своей невестой?
Антонио вздыхает и приглаживает шевелюру. У него под глазами темные круги.
– Мира, думай, что говоришь.
Мира закатывает глаза, а Аврора одаривает ее сволочной улыбочкой.
Слава богу, через минуту лимузин останавливается перед воротами академии. Охрана обыскивает водителя, затем мы опускаем стекла, чтобы охранник мог видеть, кто сидит сзади; второй тем временем проверяет багажник и лезет под машину, чтобы убедиться, что мы не везем оружие или взрывчатку.
Мы вновь трогаемся в путь, проезжаем еще немного и делаем следующую остановку у здания службы безопасности ближе к корпусам общежития. Там сдаем мобильные телефоны и получаем взамен внутренние, которыми можно пользоваться только в пределах академии. Затем обыскивают на предмет контрабанды наши сумки и нас самих, после чего мы возвращаемся в лимузин и едем в общежития.
Безопасность в академии «Сикуро» на высшем уровне. Частный колледж создали четыре итальянские криминальные семьи, которые правят Соединенными Штатами. На юго-востоке, откуда мы родом, заправляет клан Ла Роса, на северо-востоке – Коста, на юго-западе – Аккарди, а на северо-западе – Витале.
Академия была учреждена три десятка лет назад, после того как в ходе борьбы за сферы влияния произошло несколько кровавых стычек, которые унесли жизни множества молодых людей, способных занять видные посты. Sicuro в переводе с итальянского означает безопасный.
Теперь представители всех мафиозных кланов могут по окончании средней школы отправлять своих детей в академию, не беспокоясь о том, что те поубивают друг друга, поскольку здесь действует политика нулевого насилия и запрещено ношение оружия. Исключение одно – особые занятия.
Со временем в академию начали принимать отпрысков других мафиозных семей, ирландских и русских, есть у нас даже представители мексиканских картелей и, наконец, дети политиков, потому что это выгодно в финансовом отношении. Астрономическая плата за обучение пополняет карманы четырех семей-основателей, а также дает представление о том, кто из студентов чего стоит.
Наконец мы подъезжаем к главному входу. Школа – образчик элегантности: тщательно подстриженные газоны, величественные здания, увитые плющом. Зеленая трава, живые изгороди, деревья слегка припорошены снегом. Многочисленные фонтаны и статуи придают пейзажу изысканности, создавая впечатление привилегированного и эксклюзивного учебного заведения.
Как только лимузин останавливается, я открываю дверцу и выхожу на прохладный воздух. Ко мне присоединяется Мира, которой тоже надоело представление Авроры.
– Поездка длилась целую вечность… – начинает она. И вдруг взвизгивает так громко, что я прикрываю ухо и отшатываюсь.
Мира бросается вперед: возле Рим-хауса стоит Марчелло со своим кузеном и по совместительству лучшим другом Джованни.
Видно, что моя подруга страшно скучала по Марчелло в разлуке, продолжавшейся всего какую-то неделю.
Меня смешит ее нетерпение увидеть жениха, ведь полгода тому назад, когда Марчелло воскрес из мертвых, Мира испытывала к нему прямо противоположные чувства. Она готова была на все, только бы избежать этой свадьбы. Справедливости ради стоит сказать, что они разобрались в своих противоречиях и многое преодолели ради будущего семейного счастья.
– Привет, София, – говорит Джованни, когда я догоняю подругу.
– Привет, как отдохнул? – спрашиваю я.
Он пожимает плечами.
– В основном приходилось слушать жалобы этого, – он указывает пальцем на Марчелло, – на разлуку с вон той.
Он переводит палец на Мирабеллу.
– А ты, София?