Я кивнула понимающе, хотя мне было что сказать на подобное лицемерие, но всё же проворчала:
— Ага, именно поэтому ты надеваешь на меня все эти жутко дорогие блестяшки, да?
Матвей тогда рассмеялся и пообещал, что он ещё и другие купит, непременно.
Я шла по дорожке, вдыхая свежий воздух и наслаждаясь относительной тишиной. Гул из открытых окон не мешал мне наслаждаться поздним вечером, когда нетрезвый, знакомый голос отвлёк меня.
Остановилась, с удивлением смотря на Анатолия Смолянова, который не так давно проходил у меня курс лечения. Он пришёл по рекомендации, за него просили проверенные люди. Он был моложе моих постоянников, ему было чуть за сорок, да и внешне он был просто богатырь. Неудачный слалом на известном всем курорте во Франции.
Он вроде и вылечился, а колено ныло, портя настроение и мешая работать. Он поднял знакомства и таким образом вышел на меня.
Я улыбнулась больше для приличия, вспоминая, что Смолянов полгода назад развёлся и к концу наших встреч настойчиво приглашал то в ресторан, то поплавать на его катере, то на прогулку на лошадях. Я неизменно отказывала, ссылаясь на отношения. На что он упорно отвечал:
— Пока кольца нет и штампа в паспорте, девушка свободна. И зачем тебе этот щегол, знаю я Ветрова, какой из него муж? Ему ещё погулять бы, а я, вот, уже нагулялся. Серьёзных отношений ищу. И чтобы жена не скучала в браке, а имела какое хобби там или интерес. Вон, как у тебя.
Тогда я сумела ускользнуть от внимания мужчины, а после мы поженились с Матвеем и какое-то время мало ходили на подобные мероприятия, увлечённые друг другом и общим бытом.
Трезвым Анатолий всегда вёл себя в рамках приличия, но сейчас он слишком открыто обрадовался нашей встрече и бесцеремонно взял меня за руки, нацеловывая их, вроде как приветствуя:
— О, кого я вижу! Свет очей моих. Значит, не ошибся. А то возвращался в зал, — Смолянов бесцеремонно взял меня под руку и повёл по дорожке, — а тут в окошко мелькнула знакомая фигура. Ну как не подойти и не восхититься? Ярослава, вы всё так же прекрасны. Давно не виделись, но я рад, искренне рад встрече.
Мы шли по дорожке, я попыталась отнять у Смолянова руку, но он словно не замечал моих трепыханий, и, захватив опять в своей большой ладони мою, с чувством начал целовать, бормоча что-то себе под нос.
Я попыталась высвободить руку, дёргая её, когда меня резко развернули, спиной прислонили к небольшой ограде и начали бесцеремонно целовать.
Я разлепила губы, желая высказать наглецу всё, что думаю, и вцепилась в его волосы, сильно потянув. Но этот слон будто и не замечал моих трепыханий. Его язык нагло и бесцеремонно проник в мой рот, я даже растерялась от такого натиска.
И вдруг почувствовала себя свободной. Выдохнула с облегчением, встретилась с бешеным взглядом Матвея, и замерла.
Глава 26
Матвей перевёл взгляд на взревевшего что-то возмущённое Смолянова. Мужчина вполне резво поднялся с земли, куда его опрокинул Матвей, и они оба, забыв о том, где они находились, принялись доказывать что-то друг другу.
Понятно, что более молодой и с детства увлекающийся борьбой Матвей быстро выбил из пьяного Смолянова дурь и, крепко взяв меня за руку чуть выше локтя, молча потащил за собой. Причём явно на выход.
Я растерянно спросила:
— Мы уходим?
На что получила злое, короткое:
— Да!
Матвей был зол. Он испугал меня той вспышкой гнева, но на то мужчины отличались от женщин, что не всегда могли справиться со своим гневом. Мы шли к машине, я дала и ему, и себе время успокоиться. А когда мы сели в машину, я села сзади, не желая садиться рядом.
Матвей так и не успокоился. Движения были резкими, за руль он вцепился так, что пальцы побелели. Поэтому я молчала, ловя на себе взгляды в зеркало.
В машине муж устроил мне настоящий допрос.
Дома я сразу же направилась в одну из гостевых спален, предупредив:
— Нам обоим следует успокоиться, утром всё покажется в другом свете. Матвей, сегодня я буду спать в отдельной спальне.
Муж схватил меня за предплечье, останавливая, зло зашипел:
— Значит, вот как это называется? Можно пообниматься с каким-то мужиком, а потом выставить себя самой невинностью? Ты пойдёшь спать туда, куда я скажу!
Я не выдержала, ответила так же резко: