— Паш, ну что? Как он там, успокоился или всё ещё на взводе?
Паша басом ответил:
— Да вроде тишина, ждёт. Мне по смене уже всё передали. Ты иди, я заступил, а то ты уже двое суток на ногах. А ты знаешь, не положено, шеф запретил. Так что пока он не очухался, лучше бы тебе по-быстрому исчезнуть. Тебе старший двойные выходные дал, так что иди и отдыхай.
Василий ответил уже совсем тихо, видимо, не хотел, чтобы начальство услышало:
— Твоя правда, а то я у шефа перед глазами в последние два дня сильно примелькался. Пойду я, а ты давай, веди девушку.
Василий спокойно развернулся и ушёл, кивнув мне на прощание. Вот же ж! Идти мне в кабинет совсем не хотелось. Думала, со мной Василий пойдёт, а Пашу этого я совсем не знала.
Охранник скупыми движениями открыл дверь, быстро заглянул внутрь и сказал кому-то:
— Шеф, тут девчонку привезли, как вы любите. Ну, что, заводить?
Глава 15
Из глубины кабинета донёсся нетрезвый, но ещё бодрый голос:
— Давай её сюда. Сколько можно ждать?! Ко мне врач скоро должен приехать. Владимир какого-то невъебенного специалиста достал, всё хвалился, называл волшебником. Чего пялишься? Веди девку-то!
Я примёрзла к полу, не чувствуя ног, а в голове голос просто орал:
«— Что?!! Да какая я девка?!! Бежать, бежать отсюда!!!»
Я успела только развернуться, как крепкая рука зафиксировалась на моём локте, развернула, а передо мной оказалось лицо того самого Паши, только уже сильно недовольное. И он мне с угрозой, но тихо так, почти интимно сказал:
— Цыпа, куда собралась? Да не волнуйся, это он сейчас такой злобный. А со старательными девочками он добрый. Ты постараешься, он тебя щедро отблагодарит. Шеф, он такой. Ты же поехала сюда? Поехала. Ну, так чего теперь из себя строишь? Да не волнуйся, чего ты дрожишь? Он точно не извращенец. Он у нас такой, консерватор. Отымеет по полной, зато щедро отблагодарит да отпустит с миром. Только ты уж постарайся, поняла, цыпа?
Я даже возмутиться не успела этому предложению, находясь в таком глубоком шоке, что его слова доносились до меня с опозданием. Только-только открыла рот для возражений, а меня уже быстро втолкнули в кабинет, на прощание хлопнув по попе. Я оглянулась, собираясь поставить хама на место, а встретила только быстро закрывающуюся дверь.
Медленно повернулась, настороженно оглядывая помещение, в котором оказалась, и в шоке замерла.
Напротив меня, в кресле, развалившись, сидел он. Тот самый Стужев. Только это не был одетый в дорогой костюм довольный расслабленный хищник. Нет. Сейчас он не скрывал своей сути, оценивающе меня разглядывая.
Крупный, сильный и опасный хищник, а взгляд наглый!
Приценивался, примеривался, как бы обхватить поудобнее, да скушать в своё удовольствие. Его взгляд медленно проходился по моему лицу, оценивая. По глазам его бесстыжим видела, что вид мой ему понравился. Взгляд скользнул ниже, задержавшись на открытых ключицах, выемке на груди, и дальше, на талию, прошёлся по моим бёдрам, и вниз по ногам.
Хмыкнул, поднял взгляд и с довольным лицом выдал свой царский вердикт:
— Хороша. Сладкая, да? Губки супер!
Я ему, что, фрукт? Как на рынке выбирал. Паника накрывала с головой, и я заставила себя успокоиться, включая мозг.
Так, спокойно. Сейчас я всё объясню этому хаму и скажу, что лечить я здесь никого не буду. Никаких же нервов не хватит такое терпеть!
И тут этот грубиян вывел меня из себя:
— Что стоишь, отдыхать что ли приехала? Сюда иди, садись на коленки. Буду тебя дегустировать.
И заржал, идиот! Блин, а сам-то вон он какой здоровый, страшно. Ещё и смотрел с прищуром таким. Ну, ничего, мне бы только одной остаться и сумочку не потерять. Позвоню кому надо, и нажалуюсь на этого Стужева. С ним поговорят, и всё будет хорошо.
Так, стоп, какое позвонить? Он, что, слов не понимает? Нужно только объяснить, и всё разрешится.
Свела брови и сжала рот, готовясь к защите. Главное, было не нахамить, а я могла.
А тут этот самец опять: