Бунтарь без команды: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Классное словосочетание. Не совсем корректное — примерно, как если б кто-то произнес: «ты должен захотеть». При этом как можно «быть должным захотеть»?.. Ты либо хочешь чего-то, либо нет. То же самое и здесь — либо бесценные, либо устаревшие. А «устаревшие, но бесценные» — редкое выражение, означающее какой-нибудь музейный экспонат для маленького количества любителей, отрешённых от основной массы людей, населяющих планету. Хотя… может быть нет ничего сверхъестественного и экстраординарного во фразах типа «устаревший, но бесценный»?

Сигарета…

Затяжка, и лёгкие заполняются ядовитым, но приятным дымом, слегка кружащим сознание.

Рита не часто курила. Могла даже назвать себя некурящей. Наверно именно поэтому при очередной затяжке чувствуется небольшое приятное головокружение и все лишние мысли рассеиваются словно туман. Мысли, что мешают сосредоточиться на творчестве… Не то, чтобы они прямо оставили в покое тебя навсегда после одной выкуренной сигареты и все жизненные проблемы были решены, но всё же быть расслабленной, пытаясь сосредоточиться на творческой деятельности намного лучше, чем пытаться сосредоточиться на творческой деятельности и параллельно бороться с лишними, ненужными мыслями. Многие писатели или композиторы для этого употребляют не просто одну — две сигареты, а… к примеру, выкуривают косячок, засасывают дорожку белого порошка или опрокидывают пару стопок. Потом реально получаются хиты и бестселлеры — такова жизнь. Но есть проблема: можно пристраститься ко всему этому говну (это про косячок, порошок и алкоголь), забыв про своё творчество. Бывали и такие случаи. Рита не собиралась расслабляться таким образом. Ей вполне хватало обычной сигареты. Хотя кто его знает — на следующий день всё могло измениться и мнение по поводу всего этого тоже изменится… Правда, героин Рита пока позволить себе точно не смогла бы — не настолько она хорошо зарабатывала пока. И это даже не вина её лучшего друга — дождя…

Рите часто виделось во сне, что она может летать. Идёт по дороге и вдруг её тянет взлететь; отталкивается ногами от земли и начинает подниматься в небо… У неё нет крыльев, но, тем не менее, она поднимается в небо. Медленно или быстро — всё зависит от её желания взлетать быстро или медленно. Она кружится высоко над землей, над городами, полями, лесами, сёлами, горами, а потом ей хочется опуститься на землю, и она опускается. Люди окружают её, наперебой спрашивают: «Как ты это делаешь? Объясни. Научи. Это чудо?». А она: «Не знаю. Просто это есть. С самого рождения». Они: «Тогда покажи ещё раз». И она вновь отталкивается от земли, без проблем поднимается в небо, слушая доносящиеся снизу восторженные возгласы и аплодисменты. Ощущает себя особенной… Эти сны такие реалистичные, и Рите в них было радостно. Радостно до слёз. Когда она просыпалась, эти приятные, волнующие ощущения продолжали оставаться с нею порою целых несколько дней. Встретившись с Димой и проведя в его доме несколько замечательных часов, Рита испытала нечто подобное… но наяву. Ей было очень хорошо. Хорошо до слёз. Она чувствовала себя особенной, богиней сказки, человеком с волшебными способностями. Даже слышала в тот момент где-то эти восторженные возгласы и аплодисменты ей. Рита хотела всё это описать в своём рассказе, выразить свои ощущения как можно более подлинно. Затем дать прочитать рукопись Диме. Взглянуть в его глаза. Заметить в его теле лёгкую дрожь от её описаний и вновь погрузить его в свои объятия.

Дождик все шёл и шёл, а Рита печатала и печатала текст на ноутбуке, слушая музыку группы «Кар-мэн». Её любимыми композициями были «Париж» и «Лондон, гуд бай!». Рита не знала, как назовёт этот свой рассказ (а может повесть или роман) и не знала, будет ли она его публиковать. Но написать его была огромная потребность. Затем прочитать самой и дать прочитать Диме. Если бы Рита писала ручкой на бумаге и было бы необходимо сжечь рукопись потом, она сожгла бы её, но произвести перед этим её на свет была большая потребность. Для пролога у неё имелось несколько стихотворений. Два из них были уже приведены выше. А вот третье, что Рите нравилось больше:

Дождь дарит свежесть и прохладу. Дождик — словно успокоительное на ночь, приносящее освобождение от душных мыслей, что настойчиво и бесцеремонно заполняют сознание. Саша курил на балконе… Свежий ветерок ласкал кожу. Александр Драговцев задумчиво смотрел в сгущающуюся ночь за стеклом, пытаясь всё разложить по полочкам в своей голове. Хотя что раскладывать? Жизненная ситуация не рисовала ни правых, ни виноватых. Однако на душе всё равно было гадко. Александр смотрел в сгущающуюся ночь. В руке дымилась сигарета. Саша начинал жалеть о том, что он сделал… Точнее он не сделал ничего плохого, но дал своё согласие на то, что теперь терзало его душу…

Когда они встретились с Ритой (точнее даже спустя время после того, как они с Ритой повстречались), она настойчиво пыталась привлечь его внимание к себе. Бессмысленно было бы отрицать, что Саша влюбился в Риту с первого взгляда. Может быть, однолюбам и интровертам проще в этом мире, чем остальным? Саша часто задавался этим вопросом, хотя есть ли смысл однолюбу и интроверту задаваться подобными вопросами? Почему?.. Да элементарно потому что однолюбам не нужно принимать много решений. Рита Саше понравилась сразу. Он думал о ней, она ему снилась ночами. Но первой шаг к отношениям между ними сделала она. Она сказала ему, что хочет чего-то большего, чем обыкновенное общение. Сердце Саши забилось по-другому, жизнь изменилась в мгновение ока, исполнилась каким-то смыслом что ли… И не потому, что кто-то так захотел и решил или Александр считал, что ему уже «пора захотеть и решить так, потому что он уже взрослый» — всё дело в том, что Саше было по-настоящему хорошо и приятно. Этого ощущения невозможно добиться силой или искусственным путем, по предложению советчиков, или сделать глубокие вдох-выдох, чтобы заставить себя… Такое ощущение просто появляется само собой. Оно либо есть, либо его нет. Третьего варианта быть не может. И в этом мире мало кто понимает подобную правду жизни. Саша убедился на своём собственном опыте, что если искра любви вспыхивает сразу после того, как ты встречаешь в этом мире своего человека, то что-то из этого может получиться в дальнейшем. То есть, отношения, семья могут родиться, существовать. Но человек должен раз и навсегда осознать (несмотря на то, что идиотские шаблоны в нашем мире пытаются нам вбить в голову обратное): любовная искра между людьми и всё за этим следующее не возникает и не проистекает из долгих ухаживаний мужчины за женщиной (или женщины за мужчиной), беготни, навязываний — хоть ты бегай и ухаживай неделю, хоть два года, а хоть целую вечность, пытаясь в чём-то убедить в первую очередь самого (саму) себя, свою душу, сердце. Ничего из этого не выйдет.

Рита смотрела на Сашу так, как могут смотреть лишь по-настоящему влюблённые. Её глаза в такие мгновения светились от счастья и одновременно… выражали истинную благодарность. Благодарность Саше за то, что он существует. Благодарность этой жизни, этому миру, Богу за то, что Саша есть. Глаза Риты сияли, глядя на Сашу, источали нежность, ласку и задор… Когда они ездили в автомобиле, Саша то и дело поглядывал в зеркало заднего вида, чтобы поймать на себе взгляд улыбающейся Риточки, сидящей на заднем сиденье. Им обоим было радостно от того, что они одновременно ловили на себе влюблённые взгляды друг друга. Это Саше и Рите не надоедало. Напротив, они уже не могли обходиться без таких моментов, скучали друг без друга. А однажды, когда они после бурного занятия любовью лежали обнажённые в постели, Саша, утерев пот со лба, спросил:

— Вот скажи мне, ягодка, что тебя во мне привлекает? Красивой атлетичной фигуры у меня нет и не было — зато складки жировые во всей красе, шевелюры тоже — лишь залысины (волос на голове с каждым днём меньше), отсутствие красноречия и бунтарство — мои неотъемлемые спутники жизни. Любить правила и систему — это вообще не моё. Отсутствие красоты — моё второе «я»: сама видишь все эти шрамы на лице после угрей. Если я раньше был закомплексованным человеком из-за своей внешности и не мог не то что завести девушку (прыщи, угри, неуклюжесть, лишний вес отталкивали от меня девушек), но даже стеснялся общаться со своими друзьями, то теперь я свободный от всего человек… Если раньше, при всей своей неуклюжести я чтил систему, старался следовать ей, потакать, лизал ей одно место, то теперь свободен от неё… Для меня вся эта окружающая система — что она есть, что её нет.

Рита, продолжая разглаживать волоски на теле Саши, гладить своими нежными пальчиками его кожу, молвила:

— Вот именно это и привлекает. Твоя неординарность и независимость. Самодостаточность и своеобразная красота души, отличающаяся от красоты души большинства других людей. Всё это, сладенький мой… и не только это. — Она подняла голову, взглянула ему в глаза и подмигнула. Саша тут же дотянулся до ее губ и сладко поцеловал.

Саша сидел на диване. Одна из его любимых книг из серии про участников испанской конкисты лежала рядом. Виктор Скрибблер «Сокровища участников конкисты» — так гласил заголовок. «История покорения горсткой испанских конкистадоров огромных территорий Нового Света. Исторический детектив» говорило пояснение. Александр к тому же интересовался историей открытия Нового Света и европейских стран в средние века такими мореплавателями как Христофор Колумб или Васко да Гама. Что касается воинства — Саша пока не чувствовал себя Эрнаном Кортесом, завоевавшим Мексику и победившим ацтеков… Нет, дело не в том, что Александр собирался разрушить что-то или кого-то уничтожить как Кортес в свое время уничтожил целую государственность. Но Саша пока что и не сумел создать в этом мире чего-то необыкновенного, привлечь и завоевать к себе внимание, чтобы его Риточка не бросала его вот так, на полдороги, а чтобы не могла без него жить ни минуты, восхищалась бы им. Восхищалась бы так сильно, как когда-то европейцы восхищались завоевателем Кортесом, благодаря которому в XVI веке появились ваниль и шоколад. Александр считал себя никудышним покорителем мира и женских сердец. Рита на днях ему заявила: «Даже не знаю. Не могу тебе ответить точно. Хочу пока ещё побыть одна. Извини…» после того, как он ей позвонил и сказал: «Не соскучилась еще по мне? А я скучаю…».

Трудно быть однолюбом и интровертом? Нет, не особо. Нужно только суметь убедить себя в том, что если твоя истинная любовь от тебя отгораживается, не хочет тебя видеть, значит так и должно быть и изменить ты ничего не можешь. И в то же время другого тебе ничего не надо от этой жизни… Вот и всё. Подумаешь, делов-то.

Убеди себя. И всё. Но как это сделать? А-а…Это уже другой вопрос…

Саша прошёл на кухню и достал из холодильника запечатанную бутылку водки. Он не всегда так делал. Только в некоторых случаях. Когда жизнь начинает медленно, но верно рушиться, к примеру…

Александр налил и выпил одну за другой три стопки спиртного. Не закусывая. Убрал назад в холодильник водку и покинул кухню. Прошёл в зал, вновь сел на диван и принялся за чтение книги. Вскоре приятное тепло стало постепенно заполнять тело, организм, сознание. Плачущая от несправедливости душа вроде бы временно вытерла слёзки и попыталась показать пусть какое-то подобие, но всё же улыбки. И это хоть немного, но успокоило Сашу. Постепенно он стал засыпать.

Взрослые — они как дети. Хотя, когда дети ведут себя по-детски — это нормально. А к взрослым это применимо?.. Возможно, в этом мире есть дали, которые будет полезно осваивать как взрослым, так и детям. Однако, как узнать, когда нужно остановиться? Как узнать, что всё, что тебе было нужно, ты уже получил? Существуют ли такие моменты в жизни, когда все вещи во вселенной обретают смысл, всё встаёт на свои места, а душа исполнена гармонией и компромиссами? Вряд ли такое бывает — как у детей, так и взрослых. Как молодая жизнь, так и жизнь постарше обычно исполнены какими — то поисками. Поисками чего-то… Поисками даже на каком-то неосознанном уровне.

Поисками чего?

Саша не собирался всю жизнь проводить в поисках чего-то непонятного. Его натура взывала к разумным граням. Несмотря на это, он, конечно же, не отказывался от мечтаний, хотя в этом мире они зачастую не приводят ни к чему толковому. Саша знал одно: когда он познакомился с Ритой, ему больше не нужно было что-то искать. Неприятности? Они бывают у всех. Но порою неприятности, как и поиски, оборачиваются разрушенной жизнью. Это настолько очевидно, что даже ребёнок по этому поводу не будет нуждаться в дополнительных разъяснениях. Когда Саша встретил Риту, он понял, что небеса послали ему своё благословение и позволили обрести счастье. Хотя, возможно, счастье — это очередная иллюзия… Счастье — это не то, что посылают человеку небеса, а то, что посылает разум. Это как, например, чтобы повысить гормон радости, не нужно прибегать к какой-то излишней вере в нечто возвышенное и волшебное. Необходимо просто сожрать пару шоколадок и будет тебе волшебство… Точно также и с любовью — люди сами её себе придумывают. Пусть будет так. Но Саше нужна была лишь Рита — даже если эту любовь он установил для себя сам. Ему было всё равно, что ему говорили и советовали вокруг. Он не боялся признать истинной сути вещей — что никаких чудес не бывает, и всему в мире есть рациональное объяснение. Даже если, порою, его хрен разыщешь…

Саша работал программистом интеллектуальной пыли. Он долго размышлял, в сторону какой профессии развивать интерес — программиста, защитника конфиденциальности или инженера космической энергии. В итоге предпочтение было отдано программированию. Профессия программиста интеллектуальной пыли теперь, уже в наступившем будущем, принадлежала ряду самых востребованных. Пока ещё не вся планета была усеяна распределённой сетью микросенсоров — пылинок, чтобы собирать и передавать техническим специалистам и научным сотрудникам данные о состоянии её (планеты) в режиме реального времени. Тем не менее, во многих странах эта микросенсорная сеть уже была настроена специалистами информационных технологий и прекрасно работала. В России такая сеть имелась тоже. Она пока что не покрывала весь необходимый процент территории данной страны, однако работа в исследовательских организациях кипела. Одной из таких организаций был «Альтаир», находящийся в городе Шелесе. Александр Драговцев в компании «Альтаир» работал уже больше десяти лет. Он начал здесь работать, поступив изначально в помощники к своему отцу в Отдел по организации чистки. Отдел по организации чистки занимался устранением последствий бурь и других природных бедствий в населённых пунктах, а также устранением потенциальных во время возможных плохих погодных условий угроз для жизни населения и для жилья людей. Например, сотрудники отдела помогали жителям убирать старые деревья, подвергающие опасности дома и постройки. Затем, спустя пару лет, Саша был переведён в Отдел информационных технологий, перед этим сумев проявить своё мастерство в программировании. По мере работы в Отделе по организации чистки Александру с отцом сначала выдали самосвал «Камаз Катаси» грузоподъёмностью десять тонн и выпуском ещё начала девяностых годов. Однако затем данный рабочий транспорт был заменён на более современный «Камаз — 55111» такой же грузоподъёмности. Однажды, когда Саша с отцом отправились на задание, Андрей Викторович (папа Александра) молвил:

— Интересно, что было бы, если б на пути человека появился волшебник и сказал: «Исполню любые твои три желания, но заберу потом твою душу. А сразу после исполнения желаний ты вынужден будешь утерять навеки свободу своей души»?..

Саша очнулся от раздумий и посмотрел на Андрея Викторовича.

— Знаешь, думаю, многие из людей, — продолжал тем временем папа, — не задумываясь, сходу стали бы называть волшебнику для воплощения в жизнь свои потаённые мечты и желания. Я, к примеру, тоже не стал бы отставать от других. Но только если бы условия со стороны волшебника ко мне при воплощении в жизнь такого волшебства были бы попроще.

— Попроще? — переспросил Александр, направив взгляд в боковое окно.

— Да. Если моя душа должна будет утерять свое кредо свободы и претерпеть порабощение, то шёл бы он такой волшебник куда подальше…

— Ты вообще к чему это всё, пап? Решил поразвлекать меня байками, чтобы скучно не было в дороге?

— Нет, Сашок, — Андрей Викторович включил поворотник и свернул с трассы грузовик на нужную улицу. — Это я к тому, что нет необходимости возводить твою Риту в степень волшебницы, которая, хоть и обещала исполнить твои заветные желания, но хочет отобрать взамен свободу твоей наивной души.

Александр продолжал смотреть в окно.

— Я слышал уже, что ты однолюб. И что предательство отбирает веру в жизнь. Но задумайся хоть на минуту…