— Это автогальетта. — Сказал Михаил. Он положил руку на обтекаемый капот транспорта: — Эта штука может обогнать ветер…
Он указал на десяток металлических бочек, плотно прижатых друг к другу в углу гаража. Топливо… Инопланетное топливо, заставляющее автогальетту передвигаться со скоростью света.
Он открыл дверь со стороны водителя. Забравшись внутрь, Михаил посмотрел на распределительную панель.
— Здесь есть что-то вроде радиопередатчика, который автоматически включается, когда начинает работать двигатель. По этому маяку они находили меня, и мне все время приходилось отбиваться от них… Но вместе с тем в устройстве управления автогальетты есть возможность вручную задать точку назначения, куда тебе нужно добраться. И эта ласточка очень быстро домчит тебя туда, куда ты ей указал путь. То есть, тебе даже компас не нужен. Например, ты добыл образец скал, а дорогу назад, к своему космолёту не помнишь. Забей координаты нахождения своего космолёта в систему гальетты и нажми «пуск», да только держись за поручни. Не успеешь глазом моргнуть, как данное транспортное средство само доставит тебя туда, куда тебе нужно. Понял?
— Смотри-ка, какая полезная штука. — Драговцев кивнул.
Михаил достал с заднего сиденья ружьё и передернул затвор. Затем повернул ключ в замке зажигания и… ничего не произошло. Двигатель не заработал.
— Вот сучара! — Выругался Михаил. — Опять не заводится.
Затем его взгляд устремился к раскрытым воротам. Он смотрел на приблизившийся почти вплотную странный объект. С улицы медленно всё еще продолжал подкатываться огромный серебристый шар, словно после удара где-то далеко гигантским кием. Когда он остановился, и по его поверхности прополз длинный электрический разряд, Александр и Михаил наблюдали нечто непонятное, по размерам превосходящее гараж. Они, не отрывая глаз, следили за порождением возможной угрозы, ожидая, что в следующую секунду может произойти всё что угодно. Наконец Михаил молча подал Александру рукой знак, чтобы тот садился в транспорт рядом с ним. Спустя короткое время, по поверхности шара прошла ещё одна толстая нить электричества, а затем со стороны сферического предмета раздался звук, напоминающий тихий скрежет. Небольшой кусок стал медленно сползать с гигантского объекта, отделяясь и обнажая прямоугольное черное отверстие. Словно из большого яйца вылуплялся невиданный птенец, чтобы взглянуть на мир своими сонными глазами после заточения в тесной и тёмной утробе. Михаил вновь попытался завести автогальетту, но и в этот раз ничего не получилось.
— Ты же говорил, что маяк включается только после того, как заработает двигатель?
— Так оно и есть. То, что там снаружи — что бы это ни было, оно прибыло сюда не на сигнал датчика. Это что-то новенькое. — Отвечал Михаил.
— Как нам теперь свалить отсюда? — Драговцев сжал в руке пульт от автомата, держа вспотевший палец на спусковом крючке и продолжал глядеть на чёрный прямоугольник, по-видимому, служащий входом в круглый космический корабль (скорее всего, это действительно был космический корабль). Двигающийся кусок «скорлупы» уже полностью сполз на землю и лёг перед шаром.
Михаил продолжал попытки завести гальетту, время от времени ругаясь и матерясь… В конце концов, ему удалось задуманное. Мотор неохотно заурчал.
Чёрное отверстие в шаре загадочно зияло. Михаил стёр рукой пот, бегущий в глаза и медленно и плавно надавливал ногой на единственную педаль в машине. Шум двигателя гальетты становился громче и громче, переходя в надрывной рёв. В это самое время из прямоугольника в шаре подобно большим и ловким жукам один за другим стали выскакивать маленькие существа. Они были похожи на гномов из сказочных романов. В своих лапах существа держали чёрные предметы, напоминающие миниатюрные базуки и автоматы. Эти штуки выглядели угрожающе.
— Начинается…б твою мать! — Забеспокоился Драговцев. — Сейчас эти пидоры сотрут нас в порошок…
— Видишь два поручня перед собой? — Крикнул Михаил. — Возьмись за них руками и держись изо всех сил. Держись крепко. Только сначала пристегнись ремнём безопасности.
— Нам щас пиздюлей таких отвесят! Полетели уже, а!..
Из находящихся сзади на гальетте турбин вырвались потоки порывистого сине-оранжевого пламени. Отряд миниатюрных вторженцев направил оружие на автогальетту с пассажирами в ней. Карлики из шара, по всей видимости, были одеты в бронескафандры тёмно-зеленого цвета. На головах они носили шлемы с тёмными стеклышками, защищающие лицо и глаза. Выпущенные из автомата Александра пули лишь сбивали с ног маленьких солдат. Затем эти существа резво и проворно поднимались и вновь выстраивались в одну линию. Когда грянули первые выстрелы (лучи из оружия гостей из шара), автогальетта с двумя пассажирами на борту резко приняла полувертикальное положение и рванула вверх с места со скоростью света, пробив крышу и исчезнув в небе. С выжженной в потолке дыры на столпившихся под ней и глядящих вверх инопланетян сыпалась пыль и огненные ошмётки, оставленные на кровле пылающими турбинами гальетты.
«Я мертв», — была первая мысль в голове Драговцева. — «Меня разнесло на атомы, в которых продолжают дребезжать угасающие остатки моих мыслей…».
Александр лежал на земле, глядя на странно изменяющее свои краски небо. Небо, по которому двигалось несколько темных объектов разной формы — от круглой до конической. Они удалялись и удалялись, каким-то образом заставляя медленно, из одного в другой, во все цвета радуги перетекать краски небесных просторов. Саша наблюдал за изменяющимся калейдоскопом цветов, размышляя о том, на Д-Земле ли он ещё…
Вокруг была всё та же одичавшая, замусоленная обломками прежней жизни, пустыня. В этом месте (планеты Д-Земля) в почве змеились и переплетались друг с другом огромные трещины, какие образовываются после землетрясений.
Может быть. Но ты этого не знаешь наверняка. И хотя всё зависит в первую очередь от тебя, а потом уже от того, в каком мире ты пребываешь, ты всё же вынужден СУЩЕСТВОВАТЬ. Если ты устал от мира, в котором живешь, значит, ты устал жить. А если ты устал жить, значит находишься на грани того, чтобы сделать первый неправильный шаг. Именно неверные шаги могут привести тебя к тому, что ты не будешь прощён…
В следующий момент Александр заметил несколько высоких фигур, окруживших его. Теперь на фоне принявшего свой обычный первоначальный оттенок неба высившиеся субъекты казались великанами. Александр зашёлся надрывным кашлем, когда его шею сдавила сильная рука. В глазах потемнело, ноги болтались над землей. Пытаясь оценить взглядом того, кто держал его за горло, Саша чувствовал, что голова вот-вот взорвётся. Виски, казалось, превратились в два воздушных шарика, раздувающихся под напором кровяного давления.
Александр видел отвратительное лицо, пялившееся на него. Оно было похоже на лицо демона. Две тёмные глазницы с невидимыми впалыми глазами, две чёрные впадины вместо носа и проглядывающие из-за подобия губ два ряда зубов…
Хватка была ослаблена, и Саша наконец почувствовал под ногами почву. Он стоял, пошатываясь, ожидая пока восстановится обычный ритм дыхания и ощущая собственный стук разгорячённых вен. Вокруг стояла группа Сухарей, держащих в руках разное орудие. Тот, что стоял напротив, сжимал металлическую палку. Она была заточена с обоих концов и с кнопкой посередине, на которую мутант только что нажал пальцем.
«Как же меня уже заебали эти темницы!..», — пронеслось в голове Драговцева.
Да, он вновь был взаперти. В темнице планеты Д-Земля. За толстыми решётками было холодно и сыро. Саша не мог сопротивляться напору громил-уродов, что затащили его в свою крепость — гнездо и бросили в подвал. Драговцев не мог пошевелиться: сделанный в сердце из палки-шприца укол сразу же стал парализовывать Сашу, превращая просто-напросто в овощ. Теперь он лежал, уткнувшись лицом в холодный пыльный пол, прямо возле каменных ступеней. Действие транквилизатора, по-видимому, скоро начнёт прекращаться. По правде говоря, Александру не очень-то хотелось подниматься. Ему казалось, что он пролежал в темноте целую вечность, привыкнув к холоду и бесконечности забвения, поглотившим его. И теперь он был готов пребывать в невесомости запределья хоть три вечности. И не пробуждаться, чтобы не врываться опять в глупую реальность жизни, режущую своим светом глаза. Александр не очень сожалел о невыполненном задании. Может быть, кому-то другому из «КАПО — 3» повезёт больше, и он добудет частицы скал, привезёт их на Атолл и вручит лично полковнику Рубеку. А тот скажет: «Отличная работа, солдат. Ты заслужил свободу», и, возможно, даже похлопает зэка по плечу. Возможно, всё так и будет, и вожделенный экземпляр перекочует в золотой фонд Научно-исследовательской лаборатории города Дэггор. Но всё это будет позже, если вообще будет. А Саша лежит на дне холодного подземелья, избитый до полусмерти и опьянённый введённым парализующим препаратом. Нет, Александр не чувствовал себя побеждённым. Может ему вообще никогда не следовало включаться в эту игру в бессмертного стража порядка, ведь ни к чему хорошему это не привело? Помимо того, что эта повесть никогда бы не получилась в красивых стихах, она оставляет бесконечный творческий беспорядок…Хотя какое там творчество! Какой может быть творческий подход к такому делу, как бесконечное мочилово на разных планетах? Вместо авторучки и листа бумаги ты достаёшь из кобуры пистолет и начинаешь стрелять…
Саша вспоминал, как разговаривал с Ёриком Саблезубым перед тем как свернуть тому шею. Кабинет Саблезубого находился на пятнадцатом этаже высотного здания. Ёрик пригласил Александра к себе и попытался завербовать его к себе на службу. Попытался объяснить Драговцеву, что терять тому теперь уже нечего, но он может быть богатым, обеспечить себе безбедную жизнь.
— Закон? — Ёрик взял со стола бутылку с коньяком, налил себе в бокал, затем налил Александру. — Друг мой, у меня столько денег, что я могу для любого правосудия состряпать два десятка новых законов.
Он отпил из бокала, затем продолжил:
— Ты думаешь, высшая справедливость заставит подавиться алчностью негодяев? Может, ещё скажешь, что рай создан специально для сентиментальных личностей? Тогда мне тебя жаль, Саша.