Бунтарь без команды: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Черновцев подошёл к Александру и положил руку ему на плечо:

— Удачи и будь осторожен.

Саша кивнул.

Находясь по эту сторону, они не сразу понимают, что их дальнейшая жизнь превращается в душный, мрачный сон, за которым не последует пробуждения. По эту сторону, за высокими огородительными стенами, их разум становится уязвим к заражению жуткой неизлечимой болезнью, имя которой безумие. Ее симптомы проявляются у каждого по-разному, однако болезненный кризис, заставляющий потерять всё и просто-напросто убивающий надежду ещё хоть на одну возможность вдохнуть свободу, разрывает вклочья душу. Душа начинает кричать, постепенно захлёбываясь в собственной крови…

Некоторым из них всё же приходит озарение еще до того, как они погружаются в чёрную пучину безысходности. И тогда они делают всё для того, чтобы их душа не была порабощена и принесена в жертву. Для некоторых всё происходящее в настоящий момент не значит ровным счетом ничего — лишь бы потом, позже, издевающаяся болезнь не смогла застать их врасплох и расправиться с ними как горячее солнце расправляется с мокрым снегом. Когда однажды один из заключённых бросился к закрывающимся воротам, а затем за ним последовали ещё трое, их головы немедленно были разнесены пулями снайперов, несущих караул на вышках. Последнему из беглецов повезло чуть больше: выстрелом ему пробило грудную клетку, и пока он беспомощно лежал на сырой земле, откашливая сгустки крови, к нему подошел здоровяк с молочно-серыми шрамами на лице, в чёрных начищенных ботинках. Достав пистолет, он прикончил раненого, затем убрал оружие и повернулся к остальным. Его дьявольски холодный взгляд, казалось, коснулся лица каждого из заключённых, выстроившихся на бетонированной площадке.

— Вы жалки, и с этим ничего нельзя поделать, — молвил он. — Хотя нет — кое-что можно. Всё же ничтожный шанс на искупление своих грехов у вас есть. У нас здесь не церковь, и с Богом вы будете разговаривать потом, тет-а-тет. А пока вы искупите свою вину перед обществом, в котором вам когда-то была оказана честь пребывать, но вы дружно просрали её взамен на путёвку в ад…

Александр вспомнил теперь, кто такой был этот немногословный здоровяк-начальник с серо-молочными шрамами на лице, застреливший корчащегося от боли на земле заключённого.

Рубек.

Тогда он был моложе, передвигался без помощи трости, да и протезов вместо конечностей не носил. Но это был Рубек, который теперь обещал Саше свободу взамен на выполненное задание.

О, нет. Я не считаю, что это чья-то злая шутка. Просто ОНИ слишком невежественны, чтобы понять суть. Они глухи, немы и бесчувственны — именно это делает их уязвимыми…

Как и было запланировано, космический корабль «Стрела» опустился на Д-Землю ровно через час после вылета с планеты Атолл. Посадка была не мягкой: механизм управления корабля вышел из строя при приземлении (это не было предусмотрено), и транспорт ударился о поверхность планеты, погрязнув носом в мягкой почве и пробудив туман пыли. Александр Драговцев выполз из корабля и, сбросив с головы шлем, перевернулся на спину, раскинув руки и ноги. Саша тяжело втягивал ртом воздух, пытаясь отдышаться и успокоить озверевшее сердце. В висках стучало, щёки жарило. Немного придя в себя, он закрыл глаза и смочил пересохшее горло слюной. Затем повернулся на живот, приподнялся на локти. Лицо было покрыто крупными каплями пота. В скафандре сидел большой осколок радара. Сначала Саше показалось, что осколок продырявил одеяния и вошёл прямиком в тело, чуть пониже сердца. Но опасения были напрасными: одежда была сделана на совесть, и защитный материал спас Драговцева. Саша отбросил выдернутый кусок стекла и огляделся по сторонам. Выполнение миссии казалось столь же осуществимой идеей для начальства, сколь бессмысленным для заключенного решение оставаться под замкòм в тюремной крепости. Если у тех, кто занимает главенствующее ложе, появляется хоть маленький шанс добиться своего, они могут отослать на опасное задание кого-нибудь из своих подопечных — неважно, будет ли это группа матёрых охотников или всего один заключённый. Главное — добиться желаемого, пусть даже ценой жизни других. Начальники обещают простым солдатам (или заключённым) золотые горы, почести и медали, если задание будет выполнено, но…

Все навыки и умения, помогающие выжить в этом мире, зачастую приходится совершенствовать на ходу, внезапно сталкиваясь с нежелаемыми перспективами суровой реальности. Александр не сопротивлялся своему внутреннему голосу, говорящему, что миссия будет провалена. Он (Драговцев) не собирался никому ничего доказывать и даже не очень верил в то, что его освободят из-под стражи. Но ему просто захотелось отвлечься от забвения, совершить прогулку и, возможно, пережить нечто такое, что бы изменило его жизнь, если повезёт… Рубек предупредил, что маленький космолёт, предоставленный Александру, будет управляться автопилотом. Обычное ручное управление в нём будет заблокировано, чтобы лишить Александра всякой возможности угнать корабль и сбежать. Несмотря на то, что в данный момент транспорт был сломан (хотя модуль связи оставался по-прежнему в рабочем состоянии), Драговцев решил выполнить то, ради чего прибыл на Д-Землю. Он знал, что если в ближайшие полторы недели он не выйдет на связь, то его миссия будет считаться проваленной.

Пепельный небосвод простирался над руинами, среди которых одиноко брёл узник судьбы, прибывший из иного мира. Брёл и думал о том, насколько маленькой и ничтожной обычно рисуется вероятность полного хаоса, и как потом, в последние минуты своей жизни ты сокрушаешься по поводу своих иллюзий тотальной стабильности и благосостояния. В эти последние минуты столкновения с неизбежным ты осознаешь, что ты, твоя жизнь, раса, планета… лишь песчинки в безбрежной пустыне вечности. Твоего мнения на самом деле никто не спрашивает. Ты обязан воспринимать всё как данность — другого выхода просто не бывает. Ты вынужден бороться, часто отказываясь соглашаться с тем, что борьба эта — лишь усилие выторговать себе ещё немного времени. А время — река, уносящая тебя вдаль, в неизвестность, но, как это принято, когда-нибудь всему приходит конец, и это «когда-нибудь» есть одна из альтернатив твоего «завтра».

Скалы, образец которых необходимо было отколоть, на карте обозначались ближе к восточной части Большой долины. Александру приходилось постоянно сверяться с показаниями электронного компаса, принцип действия которого для планет с одинаковой гравитацией был единым. К кисти правой руки железными сцепками была прикреплена упрощённая модификация автомата МП-5, разработанная специально для одевания и ношения таким образом. Магнитная конструкция ударно-спускового механизма позволяла вести стрельбу нажатием на кнопку маленького пульта, прикреплённого проводами к оружию. Саша держал пульт в руке. Ему показалось, что метрах в пятидесяти, у остатков ближайшего здания, кто-то или что-то мелькнуло, хотя не исключена была и причуда разыгравшегося воображения. В любом случае здесь могло быть небезопасно. Когда Александр ступил на чужую планету, то своими собственными глазами увидел, что эта планета неординарная. Возможно, когда-то она была живая, и её населяли жители, здесь были реки, озёра, леса, животные. Теперь же не очень большая по величине Д-Земля напоминала собой руиноподобную пустыню. Кто или что могло так её иссушить и обезобразить, было непонятно, однако Александру вспомнились предполётные слова Черновцева: «Саня, ты сумеешь взять ситуацию под контроль. Ты к этому давным-давно привык».

Хотя Рубек и не объяснил подробно, что произошло с Д-Землёй, ходили слухи, что планета попала под волны космической радиации, и жизнь там прекратилась. Сейчас множество засохших голых стволов деревьев походило на остатки бесчисленных почерневших распятий одного гигантского погоста. Кое-где сохранившиеся полуразрушенные дома и здания, опустевшие и покосившиеся, одиноко выделялись среди руин. Общая картина была отталкивающей и жалкой, словно выцветшее и потерявшее первозданную свежесть полотно давно умершего художника. На многие километры вокруг простиралась мёртвая, удручающая тишина, которая, казалось, была единственным живым существом, хозяйничавшим на этой чужой планете. Может быть, Рубек и Черновцев ошибались, и Д-земля необитаема, и нет тут никаких «гостей с других планет». Александр мог бы игнорировать свою миссию и оставить корабль прямо там, где он сейчас находился. У Саши была возможность сбежать и укрыться от военных, что будут его преследовать, и от своей прежней жизни. Укрыться здесь, в новом месте — пустом и безжизненном. Если его и будут искать — это будет продолжаться всю оставшуюся жизнь, но зато проведёт он её на свободе и навсегда забудет, что такое неволя и кандалы…

Стоп!

Рубек ведь это предусмотрел. Он говорил: «Чем дольше ты будешь оставаться на той проклятой планете, Саша, тем больше будет вероятность, что живым ты оттуда не выберешься. Поверь, не все там выживут. И скажу тебе по секрету: Д-Землю еще называют планетой-монстром, и если ты захочешь скрыться от нас на ней, то долго там не протянешь…».

А стоит ли тогда умирать ни за что?

А СТОИТ ЛИ НИ ЗА ЧТО ГНИТЬ В ВОЕННО-ТЮРЕМНОЙ КРЕПОСТИ? Вот это вопрос поинтереснее будет.

«Вернёшься живым, с выполненной миссией — глазом не успеешь моргнуть, как окажешься на свободе». — И это тоже слова Рубека.

Бред…

Вокруг огромной свалки разбитого бетона и плит, из которых торчали погнутые куски арматуры, обитали всё те же тишина и спокойствие, перемешанные с запахом запоздавшего дождя. Эту тишину разбавил слабый шум из небольшого строения, притаившегося за грудой обломков. Строение с железными, облупленными воротами, замызганное грязью и с потрескавшимися стенами, напоминало собой склад, хотя с тем же успехом это мог быть гараж или ещё что-нибудь. Поначалу Драговцев хотел игнорировать своё любопытство и пройти мимо, но, в конечном итоге, всё же оказался в сумрачном помещении, в большей степени пустовавшем, хотя здесь тоже царил беспорядок: несколько пустых перевёрнутых бочек валялись на растрескавшемся, пыльном полу, кучи мусора и осыпавшейся извёстки возле стен. Внимание же Саши привлекла темная фигура у противоположной стены. Александр вглядывался вперед с легким чувством замешательства, пытаясь разобраться в ситуации, как вдруг субъект начал двигаться. Он заметил вошедшего и стремительно, хоть и неуклюже направился к нему, отталкивая ногами преграждающие путь заржавевшие бочки. Саша попятился назад через дверь, которая была распахнута настежь. Существо было немаленьким, и когда оно, грузно переваливаясь, вышло на улицу, перед взором Драговцева предстал пришелец, превосходящий Александра в росте, но с таким же строением тела, как у гоитхов и людей. Рука Александра неуверенно направила автомат на существо, которое недоверчиво смотрело на вторгшегося чужака своими впалыми глазами. Огромные мускулистые руки с толстыми пальцами были немного согнуты в локтях, придавая существу боевой грозности и готовности ринуться в атаку. Вообще это был здоровяк около двух с половиной метров ростом. Его кожа была фиолетовой, обнажающей кое-где на голове и теле почерневшие участки скелета. Голова напоминала собой скорее просто череп с огромными глазницами, обтянутый тонкой кожицей. Несмотря на свои габариты и неповоротливость, монстр быстро приближался, в то время как Саша открыл стрельбу. Шквал громыхающего огня разорвал покрывало тишины — той самой, которой были окутаны окрестности. Пули врезàлись в тело гиганта, но не причиняли ему боли, даже несмотря на то, что из ран летели капельки какой-то засохшей гадости, заменяющей кровь. Первый удар с размаха тыльной стороной гигантской руки-лапы пришёлся в голову Драговцева, заставив его отлететь назад на добрый десяток метров и шмякнуться о лежащий на куче обломков широкий саманный пласт. Для того, чтобы прийти в себя у Саши было очень мало времени, потому как, едва успев подняться на ноги, Александр вступил в рукопашную с приблизившимся недругом, пытаясь отражать наносимые удары. Одновременно, пользуясь неповоротливостью противника, Саша изворачивался и как можно резвее в прыжках и просто с земли молотил обидчика изо всех сил. Молотил куда придётся — по голове, по груди, по рёбрам, по спине, но толку от этого было совсем немного. Великан лишь вздрагивал, продолжая упорно держаться на ногах и продолжать бой. Наконец раззадоренный д-землянин-монстр улучил момент и схватил охотника с автоматом за горло. Затем с силой швырнул того назад к складу. Саша вновь врезался в гладкую твердую поверхность — теперь это была грязная складская стена. В глазах сразу же потемнело. Александру показалось, что его череп хрустнул, а рёбра разлетелись в разные стороны, разорвав кожу. Изо рта потекла кровь. Кроме того, Саша сильно прикусил зубами язык при ударе. Дыхание охватили судороги. К горлу подкатывала тошнота. Но Драговцев всё же поднялся на ноги, хотя долго не простоял, поскольку кружилась голова. Рухнув на колени, он упёрся ладонями в грязную землю. Опустив голову, сплёвывал быстро набирающуюся во рту кровь, вместе с тем пытаясь нащупать оружейный пульт. Саша боялся, что если потеряет сознание, то в себя вряд ли уже когда-нибудь придёт. Он держался из последних сил. Перед глазами все плыло…

Великан приближался. Из автомата Драговцева вновь полетели пули. Ярость и гнев закипели в раскалённом сознании… Саша вдавил кнопку в пульт с такой силой, что большой палец побелел. Из горла вырвался крик, Александр продолжал обстреливать врага. Едва патроны в магазине автомата закончились, как Саша вновь опустил лицо и вцепился пальцами в землю. Закрыл глаза, делая глубокие вдохи. В это самое время поодаль от склада раздался рёв мотоциклетного двигателя. Саша заметил молниеносно и расчётливо взметнувший в воздух по бетонной плите двухколёсный транспорт. Водитель ловко, подобно искусному каскадеру, оттолкнулся от мотоцикла и, произведя сальто в воздухе, приземлился на землю, очутившись на корточках. Затем он запрокинул руку назад, сорвал прикрепленное к спине ружьё и выстрелил в летящий прямо на монстра-бойца мотоцикл. Пуля угодила в бензобак, пробив его. Последовал взрыв и разбрызгивание полыхающей топливной массы, обдавшей огнём великана и всё близлежащее пространство вокруг него…

Жалобное гудение, похожее на глухой стон при сцепленных намертво зубах, исходило от мечущегося из стороны в сторону здоровяка — мутанта, пожираемого заживо пламенем. В конце концов, он повалился наземь, словно отколовшаяся от конгломерата каменная глыба, и затих. Воздух давно исполнился тошнотворным запахом горящей плоти, и даже хлынувший дождь ещё долго не мог прогнать эту адскую вонь.

Сознание — тёплая масса, заполняющая темную пустоту спящей души. Оно медленно пробуждает боль, которая вскоре завязнет в голове, возвещая о том, что ты по-прежнему жив. Сырой запах и далёкий шум грома, холод и дух чужеродного окружения будут глумиться над душой потерпевшего неудачу одичавшего пилигрима. Та дорога, что вела в неизвестность, сейчас ещё больше затянута дымкой сомнения, хотя в любом случае назад пути нет. Не было никогда. Где-то впереди слышится посвист бури — страшной, беспощадной, разрушительной, и от неё никуда не деться. Вопрос один — будет ли твоя миссия выполнена прежде, чем ты окажешься в капкане жизненного катаклизма или нет.

— Тебе повезло, — сказал субъект, который пялился при свете керосиновой лампы в зеркало висящего на стене шкафчика. — Ты думал, что вот так просто сможешь войти сюда и вломить первому встречному?..

Голова Саши сильно болела, однако, к своему удивлению, он легко вспомнил, что с ним произошло, где он находится и зачем он здесь. Тело было заполнено свинцом усталости. Александр медленно повернул голову, взглянул на того, кто стоял у зеркала и, по-видимому, брился. Это был человек (а может гоитх), одетый в костюм цвета хаки.

— Сколько я был без сознания? — Слова из пересохшего горла выползали неуклюже и негромко.

— Почти двенадцать часов. Тебе здорово досталось от Сухаря. Ещё бы немного, и он бы просто размозжил тебя как… Чёрт! Опять порезался… Последний бритвенный станок затупился! Твою мать!!!

— От кого мне досталось? — Переспросил Драговцев.