— Мои друзья добровольно в полицейский участок не ходят, — вытерев слезы, выступившие от смеха, говорит Юнги. — А семьи у меня нет.
Намджун выдерживает долгую паузу и, даже понимая, что вопрос некорректный, всё равно решает его задать — о Юнги хочется знать всё и до мелочей. Он теперь личный фетиш Кима.
— А где они?
— Не знаю, — дергает плечами Мин. — Я в детдоме вырос, в глаза их не видел. Вечером мне мерседес выводить, или другое взять? — переводит резко тему Юнги, показывая, что больше говорить об этом не хочет.
— Да, — тихо говорит Ким. — То есть нет, выведи мазерати синий.
Намджун откидывается на сиденье и вплоть до дома молчит. Сам Ким вырос в полной и любящей семье, он даже представить не может, каково это - вырасти в детдоме. Намджун и его компания пару лет назад взяли на попечение один из детских домов столицы, и Ким, как гендиректор, несколько раз в год сам ездит туда, поздравлять детишек. Как бы эгоистично это не звучало, но Намджун эти визиты ненавидит. После каждой поездки он потом сутки приходит в себя — безнадежность в глазах детей убивает. А теперь, оказывается, что Юнги один из них. Намджун хочет что-то сказать, много чего, а еще лучше попросить остановить машину и прижать этого мальчугана к себе, поделиться с ним своим теплом, показать, что он не один, и если только захочет, то Намджун будет ему и домом, и семьёй, но это всё остаётся в голове Кима. В реальности они молча подъезжают к дому, Намджун идет к подъезду, а Юнги, загнав автомобиль в подземный гараж, отправляется домой.
По дороге Мин набирает Чимина и просит перенести визит ввиду непредвиденных обстоятельств. Чимин оказывается вовсе не против, рассказав Юнги о новой гонке, которая планируется вечером. Юнги кормит Теху, пытается рассказать ему, как прошел день, но кот, забив на хозяина, идёт в спальню спать в своей корзине. Юнги в отместку грозится его кастрировать и не отпускать гулять, но поняв, что Техе откровенно плевать на все угрозы, Мин и сам заваливается на диван в гостиной подремать до очередного похода к Намджуну. Юнги знает, что Теха ему долго лежать не даст, обязательно придёт и залезет сверху, поэтому он даже будильник не ставит и отключается.
Просыпается Юнги ровно за тридцать минут до установленного Кимом времени. Поняв, что на обществом транспорте он не успеет, он берёт такси и, доехав, сразу бежит в гараж. Взяв ключи у охранника, Мин только выводит роскошную «итальянку», как замечает стоящего во дворе и курящего Намджуна. Ким теперь одет в темно-бордовый костюм, поверх черной шелковой рубашки. Он будто только приехал с показа Ив Сен-Лорана, у Юнги от него снова дыхание спирает.
— Ты опоздал, — Намджун опускается на сиденье и пристально смотрит на парня.
— На три минуты, я проспал.
— Так заведи будильник.
— Меня Теха должен был разбудить, а он, скотина, сам дрых, — Юнги заводит автомобиль и выезжает со двора.
Намджун до крошащейся эмали сжимает зубы, прикрывает веки и пытается успокоить колотящееся сердце. Одно упоминание о Техе превращает Кима в зверя. Он уже представляет, как вгрызётся ему в горло, а потом закопает бездыханный труп на окраине. Интересно, что в этом Техе такого, что мелкий тараторит о нём без умолку, что вообще живёт с ним. Пугать Шугу своей агрессией сейчас не стоит, у них и так натянутые отношения, так что расправу над Техой придётся пока отложить, и пусть ревность разливается в венах и отравляет кровь, Намджун потерпит. Ким успокаивается, проверяет телефон и называет шофёру адрес ресторана.
— Ты так выглядишь, — смелеет Юнги. — Ну типа, не знаю, не по-офисному. Это что, свидание?
— Да, — слишком резко отвечает Ким. Ревность не отступила, все ещё клокочет и бурлит. — Ты ужинал? — говорит он уже мягче, пытается исправиться.
— Нет, — выпаливает Юнги, приходится прикусить губы, чтобы те не расплылись в улыбке. Одна мысль, что Намджун хочет с ним поужинать, что оделся так потрясающе для него, что вообще это свидание — будит, как казалось, давно сдохших в животе бабочек. Уже плевать на гордость и заёбы, с Намджуном на свидание хочется до звездочек перед глазами. Юнги сжимает в руках руль, чуть ли не прыгает на сиденье от счастья и продолжает поглядывать на Кима через зеркало.
— Завернешь впереди к Хилтону. Нам надо сделать там остановку, — говорит Намджун, и Мин послушно сворачивает. Юнги паркует машину перед гостиницей и ждёт дальнейших указаний, но Намджун молча выходит из авто и открывает дверь подошедшей к мазерати высокой брюнетке.
Сердце Мина пропускает удар. Он с трудом сглатывает ком обиды, собравшийся в горле, и снова заводит машину. Юнги обидно настолько, что пальцы на руле дрожат, влага собирается в глазах и мешает разобрать дорогу. Юнги продолжает давить на газ, старается не смотреть в зеркало заднего вида и пытается сам себя согреть, потому что внутри разрастается огромная льдина, которую в глотку Мина запихал Намджун своим безразличием. Так вот что за свидание у Намджуна, вот кого он собирается кормить ужином, а Юнги - идиот, который решил, что это про него. С чего бы это, зачем Намджуну сирота, которую он из-за благотворительности не усадил в тюрьму.
Ночной город за стеклом превращается в одно сплошное пятно, концентрироваться получается с огромным трудом. Юнги украдкой глотает слезы обиды, еле сдерживается, чтобы не закурить, и молча продолжает ехать к ресторану. То, как Намджун мило общается с девушкой, как они смеются, выводит на раз, делает только хуже. Юнги отправляет обиду в дальний угол подсознания и, глубоко вздохнув, решает не показывать Киму, как он ранил его сегодня. Не сдерживается, бросает короткий взгляд в зеркало и сразу жалеет — брюнетка прилипла к Намджуну, он четко видит ее руку на его бедре, а Юнги будто кожу бритвой полосуют. Уводит взгляд, перестраивается в левый ряд, переключает музыку, снова впивается в зеркало — Намджун смотрит прямо в глаза, будто девушки рядом и нет. В салоне автомобиля их только двое. Ким гипнотизирует, словно не даёт увести взгляд, и Юнги отдал бы всё, чтобы понять, о чём сейчас тот думает.
Юнги заезжает во двор ресторана и паркуется. Пара на заднем сиденье покидает автомобиль, а Юнги кажется, что он способен сейчас голыми руками вырвать руль. Стук в стекло отвлекает парня от мыслей, как унять злость.
— Заедешь за мной к одиннадцати, — говорит Намджун, стоит Юнги опустить стекло.
— За тобой? — ядовито переспрашивает Мин. — Даму ты в ресторане бросишь? Может, сразу бы вас к тебе отвёз. Хотя нет, сперва ужин, у вас мажоров всё ведь так делается.
— Не язви, — холодно бросает Ким и идет к ожидающей его у входа девушке. Намджуну кажется, что Юнги ревнует, во всяком случае - хотелось бы, чтобы всё было именно так.
Стоит Намджуну с девушкой скрыться в ресторане, Мин выходит из авто и, передав ключ портье, едет к себе за митсубиши. Намджун может катиться к чертям, дорога до ресторана была адом на земле, возить его еще и на квартиру с этой девчонкой никаких сил не хватит. Слишком больно. Юнги поедет на гонки, а Намджун за непослушание может вернуть его в тюрьму. Это всё уже слишком, а страдать будет только один из них.
***
Юнги приезжает на трек одним из последних и, пообщавшись с Хосоком, кое-как отцепив от себя Чимина, он присоединяется к гонщикам. Гонки проходят загородом. Гонщикам надо проехать трек, обогнуть лесной массив и вернуться к старту первыми. Два круга из трёх Мин прилетает первым, что и неудивительно, ведь теперь к обычному профессионализму прибавлена еще обида, приправленная щепоткой ревности, и просто неконтролируемая злость — всё это создаёт жгучую смесь. Автомобиль будто чувствует настроение хозяина и летит по трассе, оставляя за собой только клубы пыли. Юнги уже заехал на круг, оставил позади всех соперников и осталось обогнуть только лес, как в зеркале заднего вида он видит хорошо знакомый мазерати. От неожиданности, что Намджун здесь, Мин теряется и моментально теряет скорость. Ким подлетает за долю секунду и начинает прижимать парня к лесу. Мин понимает, что если он упрётся, то один из них точно пострадает, и останавливает машину. Первым из автомобиля выходит Намджун. Он взглядом провожает пролетевших рядом соперников Мина и останавливается у машины. Гонки закончились: Юнги проиграл. Но думать об этом не хочется, всё, о чем думает Мин, это идущий к нему Ким, и ничего хорошего во взгляде старшего нет. Юнги нехотя открывает дверь и выходит из машины. Он подходит к мазерати и осматривает шины.
— Напрасно ты так с ней, она не привычна к таким трекам, это гламурная дама, — с издевкой говорит Мин.
— Может, объяснишься? — Ким подходит ближе и одним своим взглядом заставляет Мина почувствовать себя ничтожеством. — Почему, выйдя из ресторана, я не застал тебя? Какого чёрта ты ушел?
— Незапланированная гонка, — хмыкает Юнги. — Я не мог пропустить.
— Похуй! — рычит Ким и наступает. Мин отшатывается, прислоняется к дверце мазерати — такой Намджун страшен, и к своему стыду Юнги понимает, что боится.